Чтение онлайн

К 8 часам 23 июля 1944 года Лудза была освобождена. Состоялись митинги, на улицах всюду проходили теплые встречи гвардейцев с жителями города. В тот же день в городском парке был похоронен отличившийся в боях при освобождении Лудзы командир роты 23-го полка 8-й гвардейской стрелковой дивизии Герой Советского Союза лейтенант В.И.Зайцев.

Сражение на Лубанской низменности, проходившее в жаркие дни конца июля и начала августа 1944 года, получило свое освещение в печати. О его боях и эпизодах много писала также наша дивизионная газета «Суворовец».

«Геройски проявил себя в бою за важный опорный пункт гвардии рядовой Владимир Пролетаев, - рассказывалось в одной из оперативных корреспонденций.
– Искусно применяясь к местности, он скрытно подобрался к вражеским окопам. Выждав удобный момент, Пролетаев ворвался на вражескую позицию. Десять немецких солдат и одного офицера уничтожил гвардеец в рукопашной схватке. Он проложил путь всему своему отделению. В течение одного дня Владимир Пролетаев совершил несколько боевых подвигов и был дважды отмечен правительственными наградами. Утром командир полка наградил его медалью «За отвагу», а вечером за новый подвиг командир дивизии вручил ему орден Славы».

У многих из нас все это случилось на глазах, и мы с удовольствием перечитывали заметку о нашем Володе Пролетаеве.

–  Геройский парень, ничего не скажешь!
– воскликнул сержант, который в том бою вел отделение вслед за Пролетаевым, и добавил: - Стоило бы прописать и о том, как наши пушкари орудия на себе тащили…

К его мнению присоединились многие участники солдатского разговора, который мне довелось невольно подслушать. И действительно: в событиях тех дней было сколько героики, столько же и ратного труда, изнурительной работы до кровавых мозолей на руках, до темноты в глазах, до такого состояния, когда, споткнувшись и упав, сам не в силах подняться.

Лубанская низменность - край непролазных топей и болот, густых лесов и многоводных рек… На сотни квадратных километров раскинулся он в Восточной Латвии. Мало чего увидишь, окидывая местность взглядом. Чтобы получить о ней представление, надо воспользоваться крупномасштабной картой. В центре широкой низменности голубым пятном обозначено озеро Лубаны. Вокруг него насчитаешь полтора десятка больших и малых рек, увидишь густое разветвление притоков. К северу вытянулись озера Балтэзери, Эйни, Звидзес, они постепенно превращаются в болота, тоже имеющие названия, - Плакшица, Вилку, Олгас…

Местные жители рассказывали: в здешнем озерно-болотном краю есть места, где редко ступала нога человека, только ловкие охотники пробирались там звериными тропами.

Немало коварных загадок таила Лубанская низменность: проходимы ли здешние места для войск, возможны ли тут действия? Редкие дороги и межозерные дефиле немцы тщательно подготовили к обороне. Что же касается других путей, то они, видимо, были уверены, что пехота, артиллерия и танки там не пройдут - никаких путей, собственно, нет.

Время, однако, не ждало, требовало смелых решений и умелых действий.

Сражение началось. В соответствии с замыслом командования наши войска наносили удар двумя клиньями - севернее и южнее озера Лубаны.

Гвардейцы наши, отличавшиеся всегда бравым внешним видом, превратились в болотных солдат: пропотевшие насквозь, измазанные липкой грязью, подчас задыхающиеся под тяжким грузом, они шаг за шагом преодолевали трясины по узким гатям, наскоро сооруженным саперами.

Зной стоял нестерпимый - будто все мы в одежде и обувке попали в парную баню. Словно паром, подернулись густым туманом болота и озера.

И в таких прямо-таки адских условиях наступление развивалось стремительно! Мало того - мы старались найти и находили возможности для применения внезапного маневра.

Задача нашего полка в этом бою состояла в том, чтобы овладеть крупным населенным пунктом. Этим, собственно, начинался штурм вражеской обороны.

Населенный пункт окружен болотом, единственная дорога, ведущая к нему, оседлана усиленным батальоном противника, каждый клочок земли пристрелян. Решение могло быть основано только на тактике маневра, фронтальная атака в данном случае не годилась.

Бой на дороге завязала одна лишь рота, хотя своей активностью она производила на немцев впечатление наступающего крупного подразделения. Главные же силы под командованием офицеров Г.Макарова и Н.Боронина я направил в обход, через болото.

Пехотинцы шли по колено в воде, преодолевая топь. То там, то здесь вдруг слышался среди монотонного хлюпанья трясины тяжкий всплеск - кто-то провалился по грудь. Оступившегося подхватывали сильные руки товарищей.

Еще труднее было двигаться нашим артиллеристам. Солдаты, сержанты и офицеры батареи старшего лейтенанта С.Кудлаева все до единого впряглись в постромки, перетаскивая по топям свои пушки. Если орудие застревало в грязи, на помощь артиллеристам бросались пехотинцы. Перед началом этого «марша» через болото я особо предупредил всех: помогать друг другу, глядеть друг за другом.

Долго потом ныли кости и болели мускулы после многочасовой тяжелой работы и вынужденного купания в трясине - напряжение ведь потребовалось предельное. Зато как оправдал себя маневр! Преодолев болото, подразделения вышли на открытый, незащищенный фланг немцев. Короткий, стремительный удар - и населенный пункт, казавшийся неприступным, был взят с ходу.

Несмотря на все трудности, болото и помогало нам, как помогают в своем доме стены. Немцы же чувствовали себя на болотистой местности неуверенно. Они судорожно цеплялись за твердую землю дорог и дамб (которых было мало), а очутившись даже на мелкой топи, лишь чуть-чуть увязнув, сейчас же пасовали. Куда девалась обычная немецкая стойкость в обороне… Подразделение капитана Ж.Абдурахманова, отрезав немцам путь отступления по единственной дороге, почти без боя овладело вражеским опорным пунктом. Взвод лейтенанта П.Владенко загнал в болото и в считанные минуты уничтожил около полусотни гитлеровцев.

Штурм вражеских оборонительных укреплений на Лубанской низменности как начался успешно, так и продолжался. Важно было не дать врагу опомниться, упредить его в боевых действиях. Не менее важно было сохранить силы личного состава наших подразделений, наступавших в тяжелых условиях болотистой местности. Командиры, политработники, офицеры-хозяйственники использовали малейшую возможность и проявляли немало выдумки, находчивости, поддерживая боевой порыв солдат и вместе с тем обеспечивая время от времени нужную передышку. Полкотелка горячей каши, пахнущей дымком походной кухни, часок-другой крепкого сна на сухом месте у костра, ободряющее слово в минуту перекура - вот что нужно солдату.

В течение четырех суток наш полк, продвигаясь вперед, совершая маневры на болотистой местности, громил вражеские силы, передовые и резервные. Гитлеровцы трижды пытались расчленить наши боевые порядки, но всякий раз безуспешно. Каждый из командиров подразделений понимал: потеря боевого контакта равносильна гибели. В критический момент, когда кончились боеприпасы, только сила взаимной выручки спасла нас от беды. Подразделения полка атаковали немцев, добыли у них оружие и продолжали решать свои задачи, громя врага его же снарядами, минами, патронами. За время боев на Лубанской низменности наши гвардейцы захватили в плен сотни гитлеровцев.