Чтение онлайн

— Тихо! — прошипел мастер Кин. — Не вздумай орать. Это мне ты должен рассказать всё об известном тебе главе клана.

Священник перестал вращать глазами и еле заметно дёрнул рукой, показывая, что орать не будет. Мастер Кин убрал ладонь в его лица.

— Говори быстрее, времени совсем мало.

Запинаясь и заикаясь, лежащий священник поведал, что успел узнать с того времени, как получил задание. Герцог Танке, глава мироттийской Цапли, всегда был себе на уме. Он предпочитал торговлю войне, а если и вёл войны, то, скорее, финансовые, но уж там герцог был беспощаден. Благодаря его искусству маневрирования меж скользких берегов заговоров и интриг, то и дело устраивавшихся другими кланами, мироттийский клан Цапли постепенно занял большую часть рынка ростовщических услуг. И в силовые операции герцог предпочитал не вмешиваться.

Тем удивительнее было поведение герцога Танке, когда он неожиданно для всех вошёл в коалицию непримиримых, которые настаивали на лидерстве короля Мироттии в предстоящей войне с демонами. Будет война или нет — неизвестно, а застолбить за страной главенство — жизненно необходимо. И четыре мироттийских клана при финансовой поддержке клана Цапли начали наступление на короля, который по их мнению был слишком уж нерешителен и мягок. Пока до прямых угроз королевской власти дело не дошло, но до этого было уже недалеко — например, глава клана Соколов прямо заявил, что он был бы куда лучшим правителем, нежели рохля Ниал. Похоже, участь ситгарского клана Сокола его ничуть не страшила.

Священник Броссий был знаком с личным причётником герцогской семьи, отцом Енуарием. И тот в разговоре как-то ненароком обронил, что любимая дочь Танке — младшенькая Алиссия, куда-то исчезла. Просто в одну ночь пропала из своей спальни. Броссий, то и дело подливая вина в кружку отцу Енуарию, в конце концов выяснил, что тот знал много больше, нежели простые слуги в замке Цапли — всё-таки, должность личного причётника обязывает. И изрядно принявший на грудь отец Енуарий поделился с давним приятелем сведениями. Ни сам герцог, ни его жена внешне ничуть не обеспокоились исчезновением младшей дочери, но на самом деле Танке очень переживал. И немудрено — ведь Алиссию забрали «погостить» люди из клана Южного волка. Причём, не мироттийского, а ситгарского. Впрочем, наверняка мироттийские «южные волки» поспособствовали своим ситгарским братьям в похищении дочери герцога Танке.

Услышав про это, мастер Кин нахмурился. Задача, стоящая перед ним, и до того не блещущая простотой, теперь осложнялась неимоверно. Мастер Нугейр чётко и недвусмысленно передал пожелание короля Юловара — устранять герцога Танке только в случае его явного и добровольного участия. Герцог, несомненно, явно финансово участвовал в настойчивых попытках кланов поделить пирог будущей победы, но вот насчёт «добровольно»… похоже, этим здесь и не пахло. Зато теперь становилось понятно, почему мироттийская Цапля выполняет всё, и даже сверх того, что от богатого клана потребовали главы других высокорожденных.

Мастер Кин с минуту размышлял, приняли ли главы кланов-заговорщиков участие в похищении, или это была инициатива только мироттийского Южного волка, и пришёл к выводу, что в любом случае это играет против Ситгара. Самым простым решением было заняться устранением герцога Танке — в стане заговорщиков и без того наступит неразбериха, вызванная столь своевременными смертями глав кланов, и прекращение финансирования, пусть даже временное, будет для короля Ситгара полезным. С другой стороны, мастер Нугейр высказался прямо — по возможности оставить герцога Танке в живых. Что связывало Ситгар с мироттийским вельможей мастер Кин, конечно, не знал, но напрасно таких пожеланий не высказывают.

Потратив ещё пару минут на расспросы священника, вампир удалился тем же путём, которым пришёл — через окно, а отец Броссий остался разглядывать тяжёлый мешочек с золотыми — плату за собранные и переданные сведения. Командир тройки негромко свистнул, созывая своих подчинённых, и вскоре они уже незаметно перебирались через крепостную стену Родстока. Честно сказать, никакого труда преодолеть стену им не составило: одно название, а не стена, да и стражники, дежурившие в эту ночь, дрыхли в караулках, а не ходили патрулями вдоль охраняемого объекта. Полчаса спустя вампиры уже отвязывали от кустов лошадей, спрятанных в близлежащем лесочке.

Мастер Кин, хотя и склонялся к устранению герцога, как более простому решению, всё же был вынужден приказать подчинённым следовать прочь от замка, и направил коня обратно в сторону ситгарской границы. На удивлённые вопросы молодых воинов мастер клинка коротко обрисовал создавшееся положение и закончил:

— Едем в замок ситгарского Южного волка. Если девчонку где-то спрятали, то только там. Иначе Танке сумел бы её отыскать и вытащить.

Молодые вампиры кивками выразили согласие с мнением старшего. До утра они успели добраться почти до ситгарско-мироттийской границы, провели днёвку в одной из рощ в отдалении от дороги, и к следующему утру уже вступили во владения Ситгарского Южного волка. А на следующую ночь тройка достигла замка главы клана. Вампиры, ещё до темноты успевшие разведать подступы, без помех прошли окружающие замок застройки и огороды, легко преодолели воняющий тухлятиной старый ров, давным-давно бывший без воды, и бесшумно взобрались на защитную стену. После чего тройка ночных убийц притаилась в тёмном углу.

Мастер Кин не был уверен, что девчонка из Цапель находится здесь, а даже если и так, где её искать? Об этом следовало расспросить кого-нибудь из местных, но рядовой стражник может и не знать о тайной пленнице. А вот какой-нибудь сержант — старший караула, вполне мог об этом слышать или даже точно знать. Так что следовало просто дождаться смены караула, захватить старшего и потолковать с ним по душам. Полумастер Киодо выразил опасение, что отсутствие в караулке старшего непременно вызовет переполох, но мастер Кин только отмахнулся, буркнув «заглянем к ним по пути».

Всё прошло, как он и задумывал. Час спустя сонный сержант привёл не менее сонную смену часовому, который продрал глаза, только услышав стук подкованных сапог начальства по камню. Едва сержант и трое солдат удалились, как часовой, который должен был охранять значительный кусок стены, прислонился к дощатой стене ближайшего сарая и погрузился в сон. Мастер Кин, уже готовившийся оглушить солдата, пожал плечами и неслышной тенью отправился вслед ушедшим, а своих подчинённых отправил к караулке. Он ещё дважды понаблюдал за сменой часовых — ничего интересного в этом процессе не было. Рутинная процедура очевидно обрыдла и самим участникам, поэтому всё происходило быстро. Правда, в последнем случае часовой спал слишком крепко, соответственно, приближения начальства не услышал, за что был награждён парой зуботычин и угрозами лишить недельного жалования. Участь неудачливого товарища вновь заступившего на пост ничуть не устрашила, потому что он тотчас улёгся на траву и, поёрзав, уснул. Мастер Кин только подивился разгильдяйству местной охраны — случись подобное в Григоте, лишением недельного жалования часовой не отделался бы. Да и не вздумал бы никто из вампирских воинов спать на посту — слишком при этом легко потерять голову и вовсе не от собственного начальства. Впрочем, безалаберность стражников была вампирам только на руку.

Когда сержант и трое солдат, то и дело спотыкавшихся в темноте и вполголоса ругающихся, подошли к караулке, сверху на них обрушились два вампира. Два полумастера против четверых полусонных и ничего не подозревающих солдат — это даже не смешно. Пять секунд спустя вампиры уже связывали сержанта, а сам мастер Кин метнулся в караулку. Трое спящих на грубо сколоченных нарах солдат отдыхающей смены уснули теперь уже навсегда, каждый получив по умелому удару кинжалом в сердце. Пока мастер Кин ими занимался, Киодо и Рустеник втащили внутрь остальных. Кин отправил парней наружу, а сам принялся приводить в чувство оглушённого сержанта методом раздачи крепких пощёчин. Вскоре вислоусый сержант пришёл в сознание, бессмысленно похлопал глазами и, ещё не полностью осознав, что из командира превратился в пленника, прорычал «Тебе конец…»

— Заткнись! — прошипел вампир, зажав рот пленника ладонью. — Пискнешь без моего разрешения — конец наступит именно тебе. Ты понял?

К окончанию столь краткого инструктажа сержант уже пришёл в себя настолько, чтобы осознать: он лежит связанный на грязном полу в собственной караулке, рядом трупы солдат, а над ним склонился какой-то тип в чёрной одежде и с чёрной же маской на лице. И, что самое неприятное, этот тип держал у шеи сержанта нож, по виду очень острый. Поэтому старый вояка осторожно моргнул в знак того, что всё понял.