Чтение онлайн

— Я… боюсь боли, — начала издалека. — Я мало что помню, когда на меня только наносили все эти знаки и символы… Но было очень больно. И потом у жрецов…

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. — Он коснулся моей ладони осторожно-осторожно, но прикосновение все равно отозвалось во всем теле.

Я невольно вздрогнула — не от страха, а от какого-то предвкушения и другого, зарождающегося в животе чувства. Но Мар расценил это по-своему и быстро убрал руку, отстраняясь.

— Когда мы… ну… будем вместе, — я не поверила, что сумела это произнести, — будет не очень больно?

Глаза мага расширились, и от его темного-темного взгляда перехватило дыхание. В нем было столько всего, что мои эмпатические щиты не выдерживали настоящей бури и сминались один за другим.

Мар долго всматривался в меня, видимо, пытаясь понять, насколько я серьезна. Я же нервничала, но не отводила глаз, наблюдая, как он медленно склоняется ко мне.

— Я постараюсь, чтобы больно не было. — Последние слова коснулись моих губ вместе с его горячим дыханием.

Вначале поцелуй был осторожным, почти невесомым. Маг будто пробовал меня на вкус, легко проходился языком. Одна его ладонь легла мне на спину, притягивая ближе, вторая на затылок, а поцелуй из осторожного становился требовательным и напористым, глубоким и чувственным. Дыхание срывалось, воздуха не хватало, и Мар оставил мои губы в покое, проложив дорожку из поцелуев от шеи до плеча. Шнуровка на платье, как по волшебству, разошлась, лиф съехал, но сейчас я отмечала это краем сознания, почти не придавая значения.

Стыдно не было, кажется, весь стыд сгорел в той страсти, с которой целовал меня темный маг. То и дело возвращаясь к губам, а потом вновь опускаясь ниже, каждый раз заходя все дальше.

Платье отлетело в сторону, сорочку Марьян одним движением спустил до талии. Первым порывом было прикрыться, и я дернулась, но Мар перехватил мои руки, заведя за голову и легко удерживая оба запястья одной рукой. Второй он беззастенчиво ласкал грудь, тут же проходясь поцелуями. Все ощущения обострились разом, я стонала и выгибалась навстречу, кусала губы, о чем-то просила, буквально растворяясь в его ласке, теряя голову и всю себя.

И даже не поняла, в какой момент оказалась перед ним совершенно обнаженной. Меня не держали, но больше прикрываться не хотелось. Хотелось трогать и гладить самой, принять участие в этом безумии, поддаться ему полностью, раствориться в нем без остатка.

— Ива, — то ли вздох, то ли стон сорвался с губ мага, а его полный восхищения взгляд ласкал не хуже умелых пальцев.

Марьян провел рукой по моим ключицам, потом погладил плечо. Он выпускал магию, но она не жалила и не жгла, а распаляла еще сильнее, делая прикосновения только отчетливее и острее.

Все мое тело сейчас покрывал узор, но, как ни странно, больше это не пугало. Все отошло на второй план и потеряло значение.

Я сама, не в силах ждать больше, сняла с него рубашку, а следом потянула завязку на домашних брюках. Никогда бы не подумала, что буду так восхищаться красотой обнаженного мужчины, но от его вида захватывало дух, и я невольно сжала ноги, чувствуя внизу нарастающую пульсацию и жар.

— Ты прекрасна, — прошептал он.

И этот шепот отдавался вибрацией во всем теле. Я прильнула к Марьяну и с наслаждением обняла за плечи, прижимаясь еще ближе, чувствуя его всего, горячего и такого же возбужденного. Мар коленом раздвинул мои ноги, ложась сверху, накрывая собой и снова целуя.

А потом я сама подалась навстречу, чувствуя одновременно боль и захлестнувшее удовольствие, заставившее прогнуться в спине. Было непривычно, странно и в то же время невероятно хорошо. Такое пронзительное ощущение наполненности, целостности и близости, словно мы больше не два человека, а одно единое целое. Две половинки, нашедшие друг друга, идеально совмещающиеся и подходящие одна к другой.

Наши дыхания, стоны, движения смешались. Я слышала его шепот, заклинания, окутавшие нас и заставляющие становиться еще ближе, прижиматься еще теснее.

Я вся горела, и узор горел на коже. Магия внутри бурлила, требуя выхода, и в какой-то момент, кажется, она выплеснулась из меня вместе с криком удовольствия, когда тело окончательно перестало подчиняться.

Теперь я знала, что такое «отдаться кому-то», потому что больше себе не принадлежала.

Мар с глухим стоном лег на меня сверху, на мгновение придавив, но тут же приподнялся на локтях и заглянул в глаза, будто ища ответ на какой-то невысказанный вопрос.

Слова сейчас просто не могли описать то, что я чувствовала. Зато поцелуй передал все, что испытывал Марьян, и я с готовностью ответила тем же.

Через несколько минут он перекатился на бок. В его белых волосах запутались красноватые блики, в черных зрачках и практически таких же радужках плясал отраженный огонь. Его пальцы скользили по моей коже, обводя слова, ставшие отчетливыми и видными среди узора.

— У нас получилось? — спросила я осипшим после крика и пережитого удовольствия голосом.

— Что-то определенно получилось. — Марьян тепло улыбнулся и снова окинул меня жарким взглядом, заставляя вспомнить, что я по-прежнему без одежды.

Я непроизвольно сжалась, начав высматривать сорочку, отброшенную в пылу страсти куда-то в сторону, но Мар прошелся пальцами по моим плечам, отодвигая волосы и убирая руки.

— Тебе нечего стесняться, Ива. Ты просто невероятна.

Щеки вспыхнули, а жар по новой начал проникать в тело, отчетливо помнящее, какое наслаждение может подарить лежащий рядом мужчина.

И тогда я поняла, что моих эмпатических щитов больше не существует. Не от Марьяна. Кажется, они рассыпались еще в самом начале. Соединились не только наши тела, но и эмоции. И сейчас наши чувства тонко переплетались, передаваясь друг другу. Теперь неудивительно, откуда во мне столько смелости и страсти — Марьян щедро делился ими, наполняя меня, словно сосуд, вытеснив все сомнения и страхи. И я при всем желании не могла больше от него ни закрыться, ни отгородиться.

— Связь? — Я прислушивалась ко всем изменениям, происходившим со мной.

Внутри меня.

— Уже почувствовала? — Его ладонь легла мне на живот, заставляя вздрогнуть — не от страха, а от отголоска пережитой бури, еще не улегшейся во мне.

Но все враз вытеснил холод. Я охнула, а Мар отдернул руку.

— Мы снимем печать, — уверенно заявил он, обняв меня за плечо и притянув ближе, делясь своим теплом. — Все заклинания на твоем теле теперь подчиняются мне. Тебе больше нечего бояться.

Он провел пальцами по моей руке — и узор исчез, словно у него была губка, впитавшая грязь. Заклинания действительно подчинялись беспрекословно, а значит, Мару больше не придется вытягивать из меня магию, чтобы очистить кожу.

Я все-таки встала и надела сорочку. Сидеть обнаженной было во всех отношениях слишком. Марьян тоже натянул брюки, хотя он совершенно не стеснялся собственной наготы и продолжал любоваться мной.

Захотелось влезть и в платье, но Мар остановил.

— Зачем? — удивленно спросил он. — Только не говори, что хочешь уйти.