Чтение онлайн

— Вот. Этого хватит на неделю, — одетый в черное снова заговорил, указав на стол, на поверхности которого столбиками разложил серебряные монеты.

Владелец дома бережно сложил деньги в свою сумку и произнес:

— Желаю удачного времяпровождения в Трезне, господа. Всего доброго. — Он положил на стол связку ключей, после чего поклонился отрывистым кивком и ушел.

Троица провожала его взглядом. Когда дверь захлопнулась, тот, что смуглее остальных, заговорил:

— Ну хорошо, Зоран, подвал у нас теперь есть. Что теперь?

— Теперь мы дождемся ночи.

***

Линар Соренсен, начальник дознания города Трезна, возвращался со службы домой, как всегда, поздно вечером. После смерти барона Дункана этот служака стал нервным и пугливым, ведь многие в городе поговаривали, что мэр умер не случайно: ему якобы отомстили близкие незаконно арестованных жителей.

Линар никак не мог понять, откуда людям стало известно о насильственной смерти градоначальника, ведь слухи о скоропостижной кончине последнего из-за чахотки распускались весьма старательно.

«Кто-нибудь из стражи проболтался, скорее всего».

Прошло уже больше двух лет со дня убийства Дункана, и Линар, опасавшийся той же участи для себя, все еще не мог успокоиться. Он старательно убеждал себя в беспочвенности собственных опасений, но при этом продолжал вздрагивать от любого шороха, когда оставался один, что случалось, впрочем, довольно редко, так как Линар в целях безопасности постоянно окружал себя стражниками и даже шага без них не делал. За исключением случаев, когда направлялся из дома на работу и наоборот. Он не хотел прослыть трусом в глазах своей жены.

Принимаемые им меры предосторожности на самом деле не были лишены смысла. Начальник дознания был далеко не дураком и прекрасно понимал, что человек, способный убить целого главу города в собственном доме, легко может добраться и до него при наличии такого намерения.

А оно было.

***

— Может, он уже дома? — шепотом спросил Нейб.

— Нет. Он поздно возвращается, я точно это знаю, — ответил Зоран.

— Хм, — буркнул Рогги.

Троица, напоминавшая беззвучные тени, тихо подходила к безлюдному, слабо освещенному перекрестку.

— Все, мы пришли. Он точно пройдет здесь, иначе ему придется делать большой крюк до дома. Нужно перекрыть пути отхода. Рогги, встань вон там, за бочками. — Зоран указал гному на узкий промежуток между двумя заброшенными на вид домами. — Ты, Нейб, скройся за каменной лестницей, которая ведет к мосту. А я останусь здесь. Спрячусь и схвачу его, когда он будет проходить мимо.

Гном, южанин и Зоран заняли свои позиции.

«Далековато до дома, который мы сняли. Будет очень печально, если стража заметит, как мы несем по городу чье-то тело. Может, попробовать гипноз?»

Прошло около получаса, а Линар все не подходил. Зоран уже начал сомневаться в правильности выбранного для похищения места и обдумывать следующий день.

«Подождем еще немного. Если не появится, проследим за ним с утра, когда он будет выходить из дома. Поймем маршрут, по которому он ходит, и снова выставимся ночью, но теперь наверняка».

Зоран уже собрался окликнуть товарищей и уходить, как вдруг ему показалось, что с конца улицы доносятся звуки шагов. Прислушался — так оно и было.

«Какой-то он нервный. По сторонам оглядывается».

Это определенно был начальник дознания: худая фигура, шаркающая походка, не слишком высокий рост и плохо сидящее форменное обмундирование — облик этого человека остался таким же, каким и запомнил его Зоран больше двух лет назад, когда следил за Дунканом. Единственным, что Линар где-то потерял, оказалось его былое спокойствие: он постоянно оборачивался и как будто с тревогой вглядывался в каждый неосвещенный угол.

Зоран отыскал в кармане свой амулет и заранее достал его.

«Металл кажется более холодным, чем обычно. Странно».

Лжедетектив вышел на дорогу аккурат в тот момент, который позволил ему оказаться лицом к лицу с начальником дознания и меньше чем в шаге от него. Но все пошло не совсем так, как рассчитывал Зоран. Взгляд Линара Соренсена не сделался пустым из-за маятникообразных движений амулета, а выражал вполне понятный страх.

«Андерс предупреждал, что амулет рано или поздно перестанет работать, если его владелец предаст Орден. Очень не вовремя».

Пока Зоран находился в недолгом замешательстве Линар уже побежал прочь, в панике выкрикивая:

— Стража! Стража!

Зоран, мысленно выругал себя и рванул за ним, понимая, что, выбежав на более широкую и освещенную улицу, привлечь внимание стражи Линару не составит никакого труда, как вдруг в бок начальника дознания, словно носорог, врезался Рогги.

— Ух, — служака, из груди которого гном выбил весь воздух, упал на землю, пролетев предварительно не меньше пяти футов.

«Теперь я понимаю, почему тебя зовут Костоломом».

Кричать Линар Соренсен уже не мог — кислорода не хватало. Но даже если бы хватало, призвать стражу еще раз он бы не успел: могучий гном наклонился над ним и вырубил тяжелым ударом своего огромного кулака.

— Зоран, что с тобой, черт подери? Он чуть не удрал! — ворчал Рогги.

— Я что-то замешкался.

***

— Нейб, не мог бы ты набрать ледяной воды для нашего нового друга? Ему пора просыпаться, — сказал Зоран.

— Ага, — отозвался южанин, после чего взял лежавшее в углу пустое деревянное ведро и пошел вверх по лестнице к выходу из просторного подвала.

— Может, сдох? — предположил гном.

— Нет, он жив. Но приложил ты его знатно, Костолом, — опроверг лжедетектив догадку Рогги. Тот, в свою очередь, сразу приободрился, поднял подбородок и сделал гордую физиономию — ему нравилось, когда его называли Костоломом и хвалили за физическую силу.

Когда Нейб захлопнул за собой дверь, Рогги поинтересовался:

— Зоран, почему ты его сразу не схватил?

— Эээ… мне показалось сначала, что я обознался.

***

Поток ледяной воды хлынул в лицо и тело человека, за обе руки привязанного к низкому потолку подвала. Пленник проснулся, сделав одновременно с этим глубочайший вдох.