Чтение онлайн

— Поцелуй меня, — сказала она.

Жонглер с удовольствием подчинился. Поцелуй был долгим, и влюбленным казалось, что время остановилось. Их абсолютно не смущало, что прохожие смотрят на них, и кто-то при этом улыбается, кто-то недовольно качает головой, едва сдерживаясь, чтобы не сделать замечание, а кто-то, в основном из числа пожилых, сердито бурчит себе под нос. Когда они закончили целоваться, Флави произнесла:

— Знаешь, мне кажется, я уже давно тебя полюбила. Просто не могла признаться в этом самой себе.

Динкель улыбнулся:

— Насчет тебя не знаю, но я влюблен по уши уже очень давно.

— Пойдем домой? — предложила циркачка.

— Пойдем.

Они были слишком увлечены друг другом, чтобы заметить, как две пары внимательных глаз наблюдают за ними из-за угла.

***

Двое мужчин в темных одеждах и с капюшонами на голове бродили по улицам Навии, выжидая удобный случай для того, чтобы остаться наедине с тем, кого выслеживали.

— Они вообще расходятся когда-нибудь?

Тот мужчина, который был ниже ростом, пожал плечами:

— Не знаю, Бирг. Зоран немного по-другому рассказывал о нем.

— В смысле?

— Он почему-то говорил, что Динкель — вечный одиночка.

— Хм. Это точно он, Креспий?

— Точно.

Они следовали за влюбленной парочкой, стараясь не отставать, но в то же время быть незаметными. Надо сказать, особого труда это не составляло ввиду беспечности обоих циркачей.

Бирг был, как обычно, спокоен, сосредоточен и уверен в правильности того, что делает, а Креспий угрюм. Младшему из братьев не очень понравилось поручение, данное магистром Конратом, а именно — найти и допросить Динкеля любыми доступными методами. Этому человеку однозначно придется развязывать язык силой, так как, судя по рассказам Зорана, Динкель отчего-то был невосприимчив к гипнозу, даже с помощью зачарованного амулета.

«Я вращал его прямо перед лицом Динкеля, а он просто смотрел на меня как на дурака и по-прежнему отказывался говорить, какие у него карты».

За все время, что Креспий провел в Ордене, он еще ни разу не поднимал руку на невинного человека. Это едва не произошло в Эйзенбурге, где кровавую работу сделал ныне покойный Скельт, и это уже точно произойдет в Навии по отношению к хромому жонглеру.

Креспий и Бирг уже второй день безуспешно ходили за парой циркачей в ожидании момента, когда они, наконец, разделятся. Но этого не происходило, и убийцы в который раз свернули на очередную широкую улицу вслед за теми, кого преследуют.

— Может, схватим их обоих, а, Креспий?

Младший из Ордена с укором посмотрел на напарника.

«Ему что, вообще без разницы, сколько крови проливать?»

— Я думаю, подождем еще.

Бирг вздохнул.

— Надоело мне ждать. Сделали бы с тобой дело да пошли бы дальше. Но будь по-твоему, подождем еще немного.

Креспия передернуло, когда он представил, как допрашивает парочку, заставляя влюбленных видеть страдания друг друга. И при мысли о том, что, послушайся он Бирга, ему бы пришлось причинять боль женщине, Креспий чуть не взвыл от нахлынувших ненависти и презрения к себе.

«Зоран был прав во всем. Мы не должны были продаваться королю. Но у меня нет выбора».

— Твою мать, они вернулись к себе домой. Все, Креспий, пора заканчивать с прелюдией. Мы зайдем внутрь.

— Бирг, давай подождем еще. Допрашивать их одновременно — это слишком жестоко.

Похожий на кабана убийца недоуменно посмотрел на товарища:

— Рановато ты обмяк. Поменьше думай о гуманизме, а то станешь как Зоран. Такие мысли до добра не доводят.

«Не вижу ничего дурного в том, чтобы стать как он».

Креспий вздохнул и произнес:

— Как скажешь, Бирг. Как будем проникать внутрь?

***

Они сидели за столом друг напротив друга. Динкель налил вина себе и Флави, после чего, подняв бокал, произнес:

— Предлагаю выпить за тот день, когда мы впервые встретились.

Флави на секунду погрузилась в воспоминания, после чего ответила:

— С удовольствием. Когда ты впервые пришел на репетицию, то напугал всю труппу, — девушка слегка рассмеялась. — Но зато потом покорил всех. И в том числе меня.

Они выпили, после чего Флави неожиданно поинтересовалась:

— Заколка глубоко погрузилась, когда ты нырнул за ней?

— Не очень. Но мне чуть не пришлось вступить в драку со здоровенным лососем, который, как мне показалось, позарился на нее.

У Флави было очень живое воображение, и когда она представила комичный поединок жонглера с рыбой, то не смогла сдержать смех. Динкель тоже засмеялся.

Они продолжали болтать обо всем подряд, предаваться воспоминаниям, строить планы на будущее, шутить и смеяться, как вдруг жонглер увидел, как Флави, раскрыв рот, испуганно посмотрела ему за спину. Он только хотел обернуться и посмотреть, в чем дело, как вдруг в его глазах резко потемнело, и он потерял сознание.

***

Когда он очнулся с раскалывающейся от боли головой, то обнаружил себя привязанным к стулу в подвале арендуемого им с Флави дома. Напротив него в таком же положении находилась рыжая циркачка. Он попытался что-то сказать ей, но получилось лишь мычание: вставленный в рот кляп мешал превращать звуки в слова.

— Ну давай, Креспий. Ты хотел попробовать по-хорошему, так пробуй быстрей.

Динкель увидел, как между ним и Флави встали двое мужчин: один чуть выше среднего роста и очень коренастый, а второй — среднего роста, молодой и стройный. Оба на вид являлись людьми чрезвычайно опасными, но, несмотря на это, взгляд того из них, что моложе, казался мягким.

«Они одеты в точности так же, как мой друг Зоран. Но, по-моему, они далеко не странствующие детективы».

Тот, которого звали Креспием, вынул кляп изо рта Динкеля, после чего последний произнес:

— Если хоть один волос упадет с ее головы…

— И что же тогда? — коренастый, сверкнув поросячьими глазками, бесцеремонно подошел к Флави и сжал пальцами ровно один ее волосок. Девушка при этом вздрогнула. Затем бандит легким рывком вырвал волосок и, дунув на него, демонстративно отправил в короткий полет по воздуху.

Динкель стиснул зубы от злости и попытался разорвать веревки, напрягая свои мускулы. Но это было бесполезно.

Креспий достал откуда-то амулет в виде скрещенных черных крыльев и начал вращать перед лицом Динкеля словно маятник.

«Они не только одеты, как Зоран, — у них и амулеты такие же. Что тут происходит, черт подери?»

— Где сейчас Зоран из Норэграда? — вкрадчиво спросил Креспий.

— Убери от меня эту железяку, ублюдок.

Динкелю показалось, что Креспия ответ не устроил. Но он не разозлился, как ожидал жонглер, а как будто расстроился. А вот его напарник пришел в бешенство.