Чтение онлайн

Эти тучи еще успеют разразиться аплодисментами в виде ледяного града, молний и рокота. Они еще успеют поблагодарить актеров так, как не благодарил их еще никто и никогда. А пока что эти жуткие тучи, неостановимо шествуя с севера, сопровождали пятерых столь же жутких всадников, одетых во все черное.

Они гнали коней галопом так, словно соревновались с ветром. И не было в их глазах ни жалости, ни прощения. Лишь холодная, убийственная решимость.

Тучи обязательно разразятся аплодисментами, когда все закончится. Но игры на бис они выпросить не смогут. В этом спектакле ее не будет, как не было и репетиций.

***

Зоран и Джесси добрались до ущелья. Девушка явно не пришла в восторг от мысли, что ей снова придется идти над пропастью по длинному деревянному мосту.

— Не бойся, Джесси, он прочный.

— А я и не боюсь, — солгала она, вызвав легкую улыбку на лице Зорана.

— Тогда ступай первая, — ответил он, предпочитая держать свою спутницу на виду во избежание несчастного случая.

Но Джесси восприняла это как вызов, а не меры предосторожности:

— Ты думаешь, я трусиха?

Зоран промолчал, но иронично поднял правую бровь, что само по себе являлось вполне недвусмысленным ответом на вопрос.

— Ладно, — произнесла Джесси, гордость которой была задета, и отвернулась от Зорана, встав лицом к мосту. Секунду повременив, с решительным видом шагнула по деревянным доскам. Зоран пошел следом.

Они добрались до середины моста. Джесси двигалась медленно и осторожно. Находясь за спиной девушки, Зоран не мог видеть ее лица, но он не сомневался: оно уже не излучает былой уверенности. Но вдруг, будто решив оспорить догадку своего спутника, Джесси остановилась и, несмотря на страх, посмотрела вниз: ей было очень любопытно, насколько же все-таки глубока пропасть под ними.

Оказалось, что она не такая уж и глубокая, хотя и мелкой ее отнюдь нельзя было назвать: ее высоты вполне хватало для того, чтобы упавший с моста человек разбился наверняка. Этому способствовало также и дно ущелья, которое из-за рассыпанных повсюду валунов, разных по форме и размеру, было крайне неровным. Стены ущелья, с бесконечно торчащими из них острыми гранями горной породы, являлись в меру крутыми, но не отвесными. Отколовшиеся от них камни не падали вертикально вниз, а скорее стремительно скатывались, попутно разбиваясь на кусочки. И, конечно же, падение с края ущелья, как и падение с моста, сулило человеку верную смерть, только слегка оттянутую, сопровождающуюся многочисленными ударами каждой части тела об угловатую, твердую поверхность еще до соприкосновения с землей.

— Не смотри вниз, Джесси. Голова закружится, — с серьезностью в голосе предостерег Зоран.

Девушка сглотнула и, выдержав некоторую паузу, послушалась и продолжила путь с осторожностью еще большей, чем прежде.

— Ну вот, а ты боялась, — сказал Зоран, ступив на твердую землю вслед за спутницей.

— Я не боялась! Хватит так обо мне говорить! — воскликнула она.

«Какая же ты упрямая».

Зоран улыбнулся, после чего подошел к девушке и обнял ее. А затем долго и страстно поцеловал. Желание дискутировать и возмущаться у Джесси сразу отпало.

— В страхе нет ничего плохого, Джесси, — спокойно произнес Зоран, когда отпрянул от черноволосой спорщицы.

— Тогда почему ты ничего не боишься?

— Я тоже боюсь. Не бывает людей без страхов.

— И какие же есть у тебя?

— Снова потерять кого-то из близких.

— И все?

«Снова быть преданным. Да и убитым тоже не хотелось бы оказаться».

— Да.

— Хм. И кто же эти близкие?

— Ты, например. Еще пара человек. Не так уж много, если честно, но это все, что у меня осталось.

Она внимательно смотрела Зорану в глаза, наслаждаясь каждой секундой, проведенной с этим человеком. Вдруг его взгляд сделался веселым, а затем он наклонился к уху Джесси и иронично произнес:

— Так что нет ничего плохого в боязни мостов.

***

— Гроза надвигается, — сказала вдруг Джесси, бросив взор на плывущие с севера черные тучи.

— Да, — ответил Зоран.

— Тебе нравится гроза?

— Нет.

— Почему?

— Потому что мне редко доводилось встречать ее в тепле и сухости. А тебе?

— Люблю ее. Дома ли я, на улице ли, без разницы. Когда дома, мне приятно засыпать под рокот грома и шум ливня. Осознавать при этом, что я в безопасности. Когда на улице, мне нравится ощущать на коже капли дождя, чувствовать, как ветер бьет меня по лицу словно хлыстом. В такие моменты я понимаю, что живу.

Зоран, насколько позволяла его физиономия, нежно посмотрел на свою трогательную спутницу.

«Я сделаю все, чтобы ты понимала это как можно дольше».

Джесси же, наоборот, не глядела на собеседника. Ее взор был направлен вдаль. Туда, откуда надвигались тучи.

— Но знаешь, Зоран… Гроза, которая будет сегодня, почему-то внушает мне тревогу.

— С чего вдруг?

— Не знаю. Тучи какие-то… пугающие.

Зоран пригляделся и, пожав плечами, ответил:

— Тучи как тучи.

Следующие несколько минут они прошли в безмолвии, прервать которое решила Джесси, все продолжавшая наблюдать за горизонтом и небом:

— Смотри-ка, Зоран, кто-то скачет. Тоже во Фристфурт спешат, наверное.

И Зоран посмотрел. И Зоран узнал эти силуэты, несмотря на внушительное расстояние до них. Он не мог их не узнать. Черные. Хищные. Зловещие.

Не услышав никакого ответа на брошенную фразу, Джесси повернула голову на спутника и увидела, как изменился тот в лице: оно стало твердым, непроницаемым и мрачным. Оно как будто даже потемнело. Как те самые тучи, о которых Зоран минуты назад вел с девушкой беседу. Взгляд зеленых глаз сделался пристальным, холодным и ненавидящим. Зоран перестал моргать и смотрел неизменно туда, откуда мчались всадники.

— Беги, — растянуто и низко произнес он.

Хоть тон и не терпел возражений, Джесси попыталась ослушаться, догадавшись, в чем дело:

— Да как ты можешь, никуда я не…

— Беги, я сказал, — гробовым голосом перебил Зоран.

— Ни за что!

Он посмотрел на Джесси испепеляющим взглядом:

— Город совсем рядом. Если ты убежишь, то сможешь позвать на помощь. Если нет, то мы оба умрем. Выбирай, чего хочешь больше: погубить нас или спасти.

Она тяжело задышала, не зная, какое решение будет правильным. Зоран заговорил снова:

— Ты теряешь время. Чем дольше думаешь, тем меньше шансов.

— Кого мне найти в городе?! — наконец определилась она.