Чтение онлайн

— Из-за тебя что ли тряхнуло? — ошарашено спросил я.

— Мгм, — счастливыми глазами смотрит она, — я, знаешь ли, чувственная натура.

— Заметно, — рассмеялся я, уже устав воспринимать всё серьёзно. Потом напрягся: — А Комиссия не нагрянет?

— Какая?

— Ну по магическим делам.

— А-а, не-е-ет, — отмахнулась она. — Уже знают, что это я. Папа только позвонит. О! Вот и он… Ало! Привет папуль… мне уже посмеяться… но… ладно. Хорошо. Да поняла я! Всё пока.

Я вдруг проникся таким сочувствие к Императору, словно это мой брат. Мы с Валентиной знакомы без году неделя, а он то с детства этот набор сюрпризов воспитывает.

Ароматный напиток потёк в желудок. Я всё-таки вернулся к вопросу о жителях Изнанки.

— И как часто встречаются архидемоны? — спросил я сверкающую малахитом Валентину.

— Ну-у, очень редко. Просто маги обычно не выживают от встречи с ними. Поэтому может и почаще, чем принято считать.

— Ты так о всём этом легко говоришь, — криво посмотрел я.

— Ну, а чего тут расстраиваться? Мы же его замочили… хрясь и отправили в Хаос! — рукой она при этом сделала жест, словно прихлопнула кого-то.

— Тебя чуть не убили, дурёха! — не выдержал я.

— Но ты же спас меня. И ещё спасёшь, я уверена, — очаровательно улыбнулась она.

Мне, конечно, слышать такие слова более чем приятно.

— Ага, случайно коснувшись тебя в области груди, — заалел я лицом.

— Это ты называешь «случайно», «коснулся» и в «области»? Нет, господин Председатель, ты всеми своими широкими ладонями постарался объять её и сжал. Боюсь подумать, что бы ты позволил себе ещё, не приди я в сознание.

У меня от стыда свело нутро.

— Прости.

— Я не сильно-то и обижаюсь. Это ведь не больно, а совсем даже наоборот. Да и архидемона удалось укокошить благодаря такому способу.

— Хорош способ, — отозвался я с осуждением.

— А чем нет? — лукаво спросила она.

— Всем.

— Не хотел бы повторить? — вскинула она бровь.

— Валентина! Опять ты уводишь разговор непонятно куда. Что ты сказала про Хаос?

— Ну, там демонические духи и обитают. Между нашим миром и Хаосом нет связи. Только через Изнанку, но туда они тоже просто так не могут попасть. Нужен маг, который вызовет и воплотит демона. Такой маг получает себе слугу. Всё бы хорошо, только совсем не хорошо. Нельзя человеку уходить сознанием в Хаос. Сразу потеряет душу, а вместо этого обретёт злое, мерзкое, безжалостное её подобие. Падшие Маги — так мы их называем.

Смотрю я на Валентину и дивлюсь. Столько оказывается знает, а связать одно с другим не может.

— Выходит какой-то Падший Маг, вызвал архидемона…

— Не какой-то, — оборвала она, — а очень могущественный. Тут видишь, как с перетягиванием каната — кто кого утянет. Если слабый, то сам в Хаос попадёт и станет одним из мириадов демонов.

— Там есть мощнее, чем архидемоны? — похолодел я.

— Наверняка, но магов такого уровня нет. Мы просто назвали их Эпическими. Но ни разу не случалось такого, чтобы кому-то удавалось их вытянуть. Попытки были, но увы — кишка тонка! — рассмеялась она.

Тут меня осенило, да так, что стало плохо.

— А ты бы смогла?

— Фу-у… я же не дура в Хаос лезть! Да и сила у меня стихийная, а не практическая. Вот если бы мы с тобой чем посерьёзней занялись, я бы пол Хаоса могла перебросить, — расхохоталась Валентина.

— Сядь рядом, — попросил я сдвинувшись.

— Зачем? — прикрыла она ротик, но в глазах заполыхало.

— Сейчас покажу, сядь, — повторил я.

Покраснев, она аккуратно встала и столь же грациозно села. Спина, шея, профиль — всё великолепно. Тяжело отрываться от созерцания, но надо.

Я собрал пальцы для щелбана и хорошенько саданул ей по лбу.

— Ай! — распахнула она глаза. — Ты чего?!

— Валентина, — взял я её руки, аккуратненько сложенные на коленке, в свои, — на тебя идёт охота. Этот архидемон пришёл не на создание пузыря, а за тобой. Похитил и что-то сделал для потери сознания. Да, действительно, если бы не я, то сейчас, возможно, не было бы нашего мира. Или вторая Изнанка была в руинах и с миллионами погибших. Этот Падший Маг бы использовал тебя, каким-нибудь способом вызвал твою стихию и вызвал Эпического демона. И всё, всему бы настал конец. Просто они не предусмотрели, что букашка вроде меня может помешать.

В глаза Валентины поселился страх, выпустив слёзы, она кинулась мне на грудь.

— Ма-а-атус! Что… что нам теперь дела-а-ать?! — разревелась она.

— В стратегическом плане всё понятно — уничтожить Павшего. А вот насчёт тактики решим, когда вернётся Вероника. Пока же затаимся и будем начеку. Не бойся, Валентина, я тебя защищу.

— Правда? — подняла она зарёванное лицо.

— Обещаю, между тобой и им теперь стою я.

— Спасибо! Ты такой чудесный, — улыбнулась девушка.

— Придётся только пожить вместе, — дошла до меня следующая мысль-проблема. — И, похоже, у меня дома.

Я и так заставил родителей, а особенно маму, переживать, а съехав куда-нибудь, вообще дам почву для всяких мыслей. Осталось придумать предлог, и для родичей девушки.

— Вместе? — заморгала она. — Как супруги?

— Вместе, но не, как супруги, — нервно отозвался я, смущенный ещё от того, что она до сих пор прижимается.

— Я согласна! Вези меня в свой дворец, рыцарь, — театрально произнесла она.

— Ну, не дворец, конечно, — рассмеялся я.

— С тобой, хоть в соцжилье.

Меня разобрал хохот.

— Сама сказала. Будь по-твоему, — глянул я в её непонимающие глаза. — Ладно, ты отсядь, пожалуйста и мы подумаем, что сказать.

— А вдруг меня украдут, когда я отсяду? — прижалась она сильнее, ещё и ногу закинув на мою. Мне в глаза смотрит не только её лицо, но и часть бюста теряющегося в темноте углубления декольте.

— Валентина, созерцая твои прелести, я не могу думать о серьёзном, — попробовал отодвинуть я, но куда там — держится крепко.

— Это тоже серьёзно, Матус! Да и не видно же ничего, погоди, я исправлю это недоразумение, — она потянулась к молнии.

Я честно признался себе, что уже не смогу остановить Валентину. Не смогу, потому, что не хочу.

Всякое могло случиться, но в дверь постучали. Бог есть, и он спас меня.

Отстранился от всё ещё сопротивляющейся Валентины и поднялся. Огляделся, поправил форму, глянул на принявшую нормальное положение и потупившуюся Валентину. Затем открыл.

— Матус, можно? — спросила Светлана, с очень обеспокоенным видом. — Ты уже не кричишь на переведёнку?