Чтение онлайн

— А если найдут… ну, эти… отклонения? — спросил Студент, вспомнив про «беременность» своей кошки. — Или косоглазие?

— В отчёте будет сказано: «Боеспособность восстановлена, критических отклонений нет», — пояснил командир. — Мелочи никого не волнуют. Главное — зверь может рвать врага и слушать команды. Остальное — личное дело химеры, на усмотрение хозяина.

Он пошёл к выходу, давая понять, что разговор окончен.

— Ответственность беру на себя. В случае каких-то проблем буду отвечать перед штабом. Но я уверен, проблем не будет. Этот Виктор знает своё дело лучше, чем все наши академики вместе взятые. Так что рот на замок. В отчётах пишем: «Прошли экстренное восстановление у контрактного специалиста». И точка. А теперь — всех зверей на сканер. Бегом марш!

Бойцы, подхватив своих питомцев, потянулись к выходу. Каждый из них понимал: командир прав. Найти такого мастера — это удача, которая выпадает раз в жизни. И просрать её из-за лишней бюрократии было бы преступлением.

— Кстати, — бросил командир уже в дверях, — Студент! Если твоя пантера родит… щенка назови Виктором. В честь спасителя.

В раздевалке грянул хохот.

Студент покраснел, а его пантера, словно понимая шутку, довольно фыркнула и потёрлась головой о ногу хозяина.

Я вышел в приёмную за кофе.

Ранним утром там было относительно тихо, если не считать тихого шипения из угла.

На стуле для посетителей сидел толстый рыжий кот. Его хозяйка отошла к стойке заполнять бумаги, а кот, воспользовавшись моментом, решил установить свои порядки.

Он заметил одного из моих хомяков-уборщиков, который мирно протирал плинтус крошечной тряпочкой. В глазах кота загорелся охотничий азарт. Он спрыгнул со стула, припал к полу и, виляя задом, начал подкрадываться к грызуну.

— Мяу! — кот прыгнул, выпустив когти.

Обычный хомяк умер бы от разрыва сердца. Но это был мой хомяк.

Зверёк, не оборачиваясь, перекатился в сторону. А кот, потеряв равновесие, проехался мордой по свежевымытому полу и врезался в ножку стола.

Не успел он очухаться, как из вентиляции, как десантники с вертолёта, высыпались ещё трое хомяков в чёрных банданах.

Один приземлился коту на загривок, второй — схватил за хвост, третий встал перед мордой в стойку каратиста и грозно пискнул.

Кот выпучил глаза.

Хомяк на загривке начал делать ему… массаж? Нет, он искал болевые точки! Нажатие — и кот перестал чувствовать задние лапы. Ещё нажатие — и пасть кота сама собой открылась.

Третий хомяк, тот, что стоял спереди, достал из кармана крошечную витаминку с седативным эффектом и закинул её коту в рот.

Кот судорожно сглотнул.

Хомяки синхронно отпрыгнули и растворились в тенях под мебелью.

Вернувшаяся хозяйка увидела своего питомца, который сидел с ошалевшим видом и смотрел в одну точку.

— Ой, Рыжик, пупсичек мой сладкий! Ты такой спокойный сегодня! Обычно ты на всех кидаешься. Тебе нравится в клинике?

Рыжик медленно повернул голову в сторону вентиляционной решётки, откуда торчала мордочка в чёрных очках, и мелко задрожал.

— Порядок, — довольно кивнул я. — Дисциплина на уровне.

Я прошёл в свой кабинет, сел, закинул ноги на стол и наконец-то взял свой бутерброд с колбасой. Прислонил планшет к сахарнице и включил утренний выпуск новостей.

— Кеша, отвали! — я отмахнулся от пернатой тушки, спикировавшей на мой завтрак.

Попугай сделал вираж и приземлился на край стола, жадно косясь на кружок колбаски.

— Жадина-говядина! Бедному Кеше кусочек пожалел? А мне, между прочим, нужны калории! Для регенерации!

— Ты регенерируешь, только если сдохнешь, — резонно заметил я, откусывая добрую половину бутерброда. — А от ожирения ты просто летать перестанешь.

Кеша возмущённо нахохлился, явно собираясь выдать тираду о правах питомцев, но тут звук на планшете резко скакнул вверх, перекрывая его ворчание.

Включился экстренный выпуск.

— Мы ведём трансляцию из пригорода… — надрывался репортёр. — … где прямо сейчас силы Имперской гвардии при поддержке штурмовых отрядов проводят спецоперацию по ликвидации особо опасного преступника!

Камера тряслась, оператор явно нервничал, но картинка была чёткой.

На экране полыхал особняк. Не родовой замок, конечно, но домина внушительная, обнесённая высоким забором. Вот только забор этот сейчас представлял собой груду битого кирпича.

— Целью операции является гражданин Масленников! — кричал журналист в микрофон. — Известный в криминальных кругах как «Мясник-Вивисектор»! Теневой химеролог, обвиняемый в похищении редких видов, незаконных экспериментах и создании запрещённых боевых модификаций!

Я подался вперёд, вглядываясь в экран.

Масленников. Фамилия мне ни о чём не говорила, но масштаб его деятельности впечатлял.

Вокруг горящего дома кипел бой. И бой этот был странным. Гвардейцы, закованные в тяжёлую броню, поливали территорию свинцом и магическими техниками, но продвинуться не могли. Им мешали.

Из дыма и огня на них выскакивали твари. Разные, жуткие, сшитые из кусков, кажется, всего, что попалось под руку этому безумцу. Огромные псы, мутировавшие кошки, какие-то ящероподобные особи…

Вот на экране мелькнул огромный кабан, покрытый стальными пластинами. Он врезался в строй гвардейцев, разбрасывая их, как кегли. Кабан взвыл, глаза налились кровью, и он с удвоенной яростью бросился грызть металл броневика.

Похоже, этот Масленников использовал их как живые торпеды. Ему было плевать на своих созданий. Для него они были просто мясом, инструментом, который можно выбросить после использования.

— Варварство, — поморщился я.

Но кое-что меня заинтересовало.

В кадр попал сам Масленников. Мелкий, лысоватый мужичок в перепачканном сажей халате. Он бегал по террасе второго этажа и орал команды. Он не был аристократом. Обычный выскочка, который где-то нахватался знаний и решил поиграть в бога.

И судя по тому, как отчаянно сопротивлялись его твари, кое-что он всё-таки умел.

Я увидел, как одна из его химер — странный гибрид рыси и змеи — плюнула в гвардейцев сгустком кислоты, который прожёг магический щит. Интересная формула. Нестандартная.