Чтение онлайн

У Харрикейн в руке телефон. Когда я открываю список подписчиков страницы, нахожу ее профиль. Хелл там и в помине нет. И правда, когда я фокусируюсь на ней, замечаю, что она смотрит на меня. Она бесстрастна. Телефона в руках нет.

Она единственная, у кого его нет. Хотя она и не хочет показывать никаких эмоций, в ее глазах блестит любопытство. Но это длится недолго. Она разрывает зрительный контакт и уходит.

Я провожу взглядом короткие волосы Хелл, пока она не исчезает в коридоре, ведущем к аудиториям научного крыла. Я все еще улыбаюсь, когда другая фигура грубо вырывает меня из моих фантазий. Я видел его всего один раз, но узнал бы и за километры.

Танатос.

Сегодня он не после заплыва в бассейне. Он улыбается мне с ухмылкой, которая становится все более порочной, почти злобной. Поворачивается спиной и идет в том же направлении, куда ушла Хелл.

Дерьмо. Он хочет пойти за ней? Делаю шаг вперед. Что-то меня останавливает. Два пальца хватают меня за ухо и тянут в противоположную сторону, к входным дверям. Зевс.

Я брыкаюсь, как капризный ребенок, и мне удается вырваться. Брат хватает меня за руку и рывком, совсем не нежно, вытаскивает из здания.

— Мне нужно вернуться внутрь, Зевс, отпусти…

— Нет, сейчас ты заткнешься и будешь вести себя как взрослый, — перебивает он с такой жесткостью, что я отступаю. — Мы здесь, чтобы помочь тебе. Помочь тебе, идиоту, который мог бы использовать зажигалки, чтобы прикурить косяк и немного улететь, как делает Поси, а вместо этого поджигает ими трупы родственников! Закрой свой рот и скажи спасибо, что мы не бросаем тебя на произвол судьбы.

Мы молча смотрим друг на друга. Его грудь вздымается неровными рывками. Остальные стоят под деревом в саду и молча наблюдают за нами.

Я освобождаюсь резким рывком. — Если ты так хочешь играть в героя, который спасает чужие задницы, то хотя бы не делай это с таким видом, будто делаешь одолжение. А иначе — брось меня на произвол судьбы и живи спокойно, Зевс.

Судя по взгляду Коэн, она слышала нашу перепалку. И выражение ее лица мне знакомо. Только когда она меня отчитывает, это меня не бесит. Это просто делает больно.

Я поднимаю руки вверх, как только Аполлон открывает рот. — Нет смысла тратить здесь время. Можете идти своей дорогой и жить своей жизнью. Я разберусь с играми, мешать вам не буду.

— Ты часть семьи, никто не будет жить дальше, бросив тебя на произвол судьбы, — возражает Гера и бросает суровый взгляд на Зевса. Должно быть, они все слышали.

Хейвен с чувством кивает, соглашаясь с ней.

— Ну, я бы подумал над этим, — комментирует Лиам. — Весь этот бардак с лабиринтом был не особо веселым. Я бы с радостью избежал новых проблем.

Вот в такие моменты я вспоминаю, почему, несмотря ни на что, терплю Лиама. Мне нравится его честность. Я бы сказал то же самое. Если бы Аполлон вляпался в неприятности? Ободряющий хлопок по плечу — и пока. Мне-то что.

— Оставь его, он не всерьез, — вмешивается Хайдес, массируя переносицу.

— Нет, вообще-то всерьез.

Хайдес испепеляет его взглядом, от которого даже меня пробирает дрожь.

— Почему в меня никто никогда не верит? — продолжаю я, распаляясь все больше. — Кстати, игра мне кажется довольно тупой. Что такого могут выбрать эти идиоты, которые тут учатся? Завтрак с панкейками или хлопья с молоком? Посрать в туалете на экономфаке или посреди сада? Да ладно вам…

— Я бы на твоем месте не относилась к этому так легкомысленно.

Каждая мышца в моем теле каменеет.

Я знаю этот голос. Он не принадлежит никому из тех, кто стоит передо мной. Это голос, который спустя годы продолжает бесить меня так же, как в первый раз. Невероятно раздражающий голос…

Я оборачиваюсь и получаю подтверждение. Дженнифер Бенсон. Моя бывшая. Или, точнее, та, с кем я регулярно трахался и кто верил, что у нас серьезные отношения. Это было в старшей школе. Я бросил ее по имейлу, потому что не выносил звука ее голоса и не выдержал бы такого серьезного и долгого разговора с ней вживую.

Она такая же, какой я ее помню, только цвет волос сменился — должно быть, покрасила в черный, и теперь у нее длинные косички. Темная сияющая кожа, карие глаза как у сирены. Вот глаза ее сводили меня с ума. Удлиненные, кошачьи, с густыми ресницами. Высокие скулы и полные губы. Лицо, высеченное Богом.

— А ты какого черта здесь делаешь, Дженнифер Бенсон? — Хотелось бы, чтобы в голосе звучал шок, но мне, скорее, весело.

— Она Дженнифер Бенсон? — восклицает Хейвен. — Та самая Дженнифер?

Лиам выступает вперед с протянутой рукой. — Приятно познакомиться, Лиам Джузеппе Бейкер.

Я отталкиваю его руку, а Зевс помогает мне, оттаскивая его за плечи.

Дженнифер хмурится, оглядывает всех присутствующих, а затем снова смотрит на меня. — Дженнифер Бенсон? — неуверенно повторяет она.

Я мешкаю. Что я сказал не так? — Да. Дженнифер.

Если бы взгляды могли убивать, я бы уже рассыпался на тысячу кусочков.

— Меня зовут не Дженнифер Бенсон, Арес. Откуда ты вообще взял это имя?

Единственные, кто смеется, — это Гермес и Посейдон. Я не понимаю.

— Нет, вообще-то зовут. Ну, по крайней мере, я так помню. Дженнифер Бенсон, разве не так тебя зовут?

— Меня зовут Джунипер. Джунипер Стивенсон, — шипит она, медленно чеканя имя и фамилию.

— В свое оправдание скажу, что фамилии очень похожи.

— Ты такой эгоистичный идиот, что даже не удосужился запомнить мое имя.

Я чешу затылок, хотя он совсем не чешется. — Поверь, я тоже в шоке. Я был свято уверен, что тебя зовут…

Она поднимает руку, и я замолкаю. Ценю, когда люди останавливают меня, пока я не сделал ситуацию еще хуже. — Проехали. Правда, оно того не стоит.

— Ну… Дженн… Джунипер. — Я не знаю, что сказать. — Может, сразу перейдем к причине твоего появления здесь, или сначала обменяемся дежурными «как дела»?

Она выглядит так, будто ей весело. — Для тебя я больше не Джунипер, Арес. Я Цирцея, организатор сегодняшних игр.

Никто не произносит ни звука. Даже у меня, у кого всегда наготове какая-нибудь неуместная фразочка, нет слов.