Чтение онлайн

Там стоит человек в элегантном костюме и белой маске, полностью закрывающей лицо.

За его спиной я тут же узнаю лазурную шевелюру Посейдона. Он сидит на полу вместе с остальными — судя по всему, здесь всё наше семейство. Рыжеватые волосы Коэн служат мне вторым подтверждением.

— Давай, присоединяйся к остальным.

Незнакомец картинным жестом приглашает меня пройти мимо него.

Я ползу на четвереньках, как последний идиот, лишь бы не тратить время на то, чтобы встать. Я был прав, но только наполовину. Здесь не вся семья, а только Посейдон, Зевс, Гера, Коэн, Хайдес и Гермес.

Осмотревшись, я наконец соображаю, где мы. Маленькая, сырая и холодная комнатушка с обшарпанными серыми стенами. С противоположной от нас стороны, прислонившись к стене, стоят Танатос и Дженнифер Бенсон.

Господи. Опять эта Ворона?

— Что происходит? — шепчу я.

— Меня зовут Гипнос, — вещает металлический голос у меня за спиной, — и это твоё третье испытание, Арес.

Гипнос. Бог сна в греческой мифологии.

— Гипнос был братом-близнецом Танатоса, Смерти, и рожден нимфой Никтой, архаичным божеством. Его власть была так велика, что даже боги не могли устоять перед его силой, — пускается в объяснения Танатос. — Многие думают, что бог сна — Морфей, хотя на самом деле он был одним из сыновей Гипноса. Морфею лишь поручали посылать сны богам и смертным.

Я выдерживаю паузу. — Ладно, — наконец отвечаю я. — И на кой хрен мне эта информация? Мы где вообще?

И самое главное: где Хелл? Она была со мной, когда меня похитили. Неужели её оставили в покое, и целью был только я? Да ну, бред. Всем уже ясно, что я к ней привязан. «Что ты по ней сохнешь», — поправляет противный голосок в голове.

— Наверняка это очередная девица, которую ты трахнул и бросил, — бормочет Зевс.

Хайдес кивает: — Слушай, когда всё закончится, составь нам список, сколько их там и кто они. Чтобы мы хоть подготовились к следующему разу.

Хейвен смотрит на Гипноса, прищурившись. — Ребят, я не думаю, что это девушка. Вы голос слышали? Даже через искажатель он звучит как мужской.

Все взгляды устремляются на меня. Я вскидываю руки: — Тогда это точно не мой бывший. Я по девочкам.

В кои-то веки это не кто-то, кому я перешел дорогу. Ну, это утверждение еще можно оспорить, но суть в том, что это не очередная брошенка с разбитым сердцем.

— Кто ты? — спрашивает Хейвен.

Не понимаю, чего она так печется. Какая разница, кто это? Очередной псих на зарплате у Урана.

Гипнос опускает голову, подносит руки к маске и медленно её снимает. — Привет, сестренка.

Ньют Коэн? Я чуть собственной слюной не поперхнулся.

— Ньют? — вскрикивает Хейвен, бросаясь вперед. Хайдес перехватывает её за талию, Гермес помогает его удержать.

Последний раз, когда мы видели Ньюта, он уже начал говорить и восстанавливаться после долгой комы, в которую впал из-за Лабиринта.

— Ньют, мы же виделись три дня назад! Как ты… Как такое возможно? Тебе же становилось лучше! Врач сказал, что ты почти готов вернуться к нормальной жизни. Что ты здесь делаешь? Организуешь игру для Ареса?

Ньют бросает маску на пол. Когда он смотрит на сестру, в его взгляде мелькает что-то похожее на сожаление.

— Месяц назад ко мне пришел Уран и спросил, не хочу ли я отомстить Аресу. Речь шла не просто о мести, мне предложили очень крупную сумму. Я согласился.

Это какой-то бред. Я вскакиваю на ноги и едва не падаю от внезапного головокружения.

— Какого хрена тебе мне мстить? Ты впал в кому из-за этой семейки, из-за их безумных игр, а теперь сам в них впрягаешься? Да ты просто дебил недоделанный.

Ньют не ведется на мои оскорбления. Он переводит на меня пустой взгляд и криво усмехается.

— Мне плевать на всех, кроме сестры. И, как видишь, раз она здесь с нами, ей ничего не угрожает. Эта семья лишила меня всего. Меньшее, что я могу сделать, — это срубить бабла, пытая тебя в одной из ваших же гребаных игр. Не ты ли больше всех радовался, когда я оказался в Лабиринте? Не тебе ли было насрать на мою жизнь? Не ты ли целый год прикидывался моим другом, чтобы потом обращаться со мной как с куском дерьма?

Ладно. Виновен, Ваша честь. Пожалуй, у него есть причины желать мне смерти.

— Ты даже в больницу ко мне не пришел. Ни разу не притворился, что тебе не всё равно.

Я выдавливаю улыбку. — Я просто искренний человек. Может, оценим это моё достоинство и поедем дальше?

— Арес! — в один голос одергивают меня Хейвен, Хайдес и Зевс.

— Ладно, ладно, я понял, — соглашаюсь я, поворачиваясь к Ньюту. — Но ты не берешь в расчет, что этим ты делаешь больно своей сестре. Она теперь одна из нас.

При этих словах по его детскому лицу пробегает судорога отвращения. — Никогда больше так не говори.

— Но это правда! — Коэн вскакивает, следом за ней Хайдес и Гермес. Братья переглядываются с Посейдоном, и тот тоже встает, преграждая ей путь, чтобы она не натворила глупостей. — Ты мне все мозги вынес, чтобы я не связывалась с Лайвли, а теперь сам вызвался рулить их игрой? Серьезно?

В глазах Ньюта вспыхивает искра истинного безумия.

— Наш отец мертв, Хейвен! Он мертв, черт возьми! — выплевывает он. — И каким бы психопатом и убийцей он ни был, он был единственным, кто у нас остался. Да, долгов больше нет, круто, но что у нас осталось? Ты об этом подумала? Ни-че-го.

— И поэтому ты решил взять деньги у тех самых людей, от которых так хотел нас оградить? — давит она, стараясь говорить спокойно и рассудительно.

— Именно. А что мне еще оставалось? Я беру деньги, становлюсь лицом этой игры. Я участвую, но не как пешка, а значит, мне не грозит опасность. Я обеспечиваю себе будущее. И вдобавок немного мщу тем, кто заставил нас страдать.

Хейвен быстро качает головой. — Никто из них этого не делал. Они могли бы помочь и тебе, если бы ты только позволил…

Её брат разражается громким хохотом, в котором нет ни капли веселья. — В чем помочь, Хейвен? Ты серьезно думаешь, что это навсегда? Что будешь ходить у них в любимицах, пока смерть не разлучит вас? Как думаешь, сколько еще пройдет времени, прежде чем Хайдес найдет себе другую любопытную девчонку и сделает её своей пешкой? Ты правда веришь, что они будут защищать тебя вечно? Уверена, что на них можно положиться?

Так, эти речи начинают выбешивать даже меня. Надеюсь, Хайдес сейчас встанет и просто разукрасит ему физиономию, желательно при поддержке Афины и Аполлона. У меня сил нет, но я бы активно поболел. И кстати: куда делись Джаред и Гадюка?