Чтение онлайн

— Башня всё ближе, — напомнила Сюзанна, — У вас конечно есть природная защита от этой дряни. У нас — выработанная многолетними практиками. Но сигнал усиливается и начинает пробивать даже её. Держись. Не слушай. И не поддавайся страху.

— Осталось совсем немного, — добавил Альберт, до побелевших костяшек сжимая копьё и нервно оглядываясь по сторонам.

Я успокаивающе хлопнул девушку по плечу. Затем махнул рукой вперёд по тому, что некогда было проулком. Мы двинулись дальше.

Центр города отряд давно миновал. Медленно но верно, мы приближались к его восточным окраинам. Домов тут же почти не было. Лишь оплавленные кучи из камня меж которыми ворочались и копошились такие же оплавленные куски плоти. Они уже не могли передвигаться. Им было попросту нечем. Они просто лежали и пульсировали, поблёскивая на холодном, безжалостном солнце серыми нарывами кожи. Изредка какая-то из них издавала то ли протяжный вздох, то ли хриплый стон, который тут же глухим эхом разносился по улицам. На боках некоторых кусков плоти виднелись следы зубов. По всей видимости те безглазые существа пытались пробовать их на зуб, но вкус не понравился даже им.

На мозги давило всё сильнее. Внутренний взор постепенно начинал различать очертания мрачного силуэта на горизонте. Силуэта от которого во все стороны непрерывно дул красноватый ветер, с каждым новым шагом всё сильнее обжигавший глаза и кожу. Установка сумасшедшего мага работала, продолжая поддерживать созданный им кошмар. И мы приближались к самому его эпицентру.

Восточной стены у города не было. Камень оплавился до такой степени, что от неё остался лишь небольшой гладкий бугорок, блестевший россыпью росы в холодных лучах утреннего солнца. Мы перебрались через него, не став даже соваться к остаткам арки ворот. Она почти целиком была облеплена пульсирующей и стонущей плотью. Площадь перед ней была усыпана мясными наростами, которые шумно взхыхали, покачивались и едва заметно толкали друг-друга, пытаясь под эту самую арку пролезть.

Ров тоже не стал для нас серьёзным препятствием. Края его давно оплыли, а некогда глубокая канава превратилась в тихий ручей, достававший нам едва ли до колена. Перебравшись через него, мы ещё немного попетляли между покрытыми ржавой плёнкой болотными бочагами и наконец выбрались на насыпь восточной дороги, соединявшей между собой город и башню.

Тут, за его стенами дышать стало чуть полегче. То ли от того, что эти уродливые существа, наконец остались позади, то ли от того, что именно по городу пришёлся прицельный удар тем самым излучением, которое до сих пор протекало сквозь верхушку башни. Её мрачный силуэт уже был совсем недалеко. Возвышался прямо за небольшой полоской скрюченных серых деревьев, некогда бывших чем-то вроде пролеска, отгораживавшего строение от полей, некогда окружавших город. До цели путешествия и впрямь уже было рукой подать.

Мы с минуту постояли, приводя мысли в порядок, затем двинулись дальше. После выхода из города настроение у отряда постепенно начало улучшаться. Округа просматривалась далеко и никаких опасностей видно не было, если не считать парочку вихрей, гонявших по кругу мелкие камушки на скатах насыпи. Камушки, между которыми то и дело пробегали мелкие электрические разряды. Ближе к центру урочища и ловушки становились куда злее.

— Бррр, — нарушила молчание Айлин, — Честно говоря, даже думать не хочу о том, что эти существа могут быть живы.

— Они и не живы, — Сюзанна едва заметно качнула головой, — По крайней мере в нашем понимании. То, что мы видели — не более чем искаженные конструкты, в которых остались лишь отдельные функции. Раз за разом воспроизводимые обрывки прошлой жизни.

— А у тех, что мы видели возле ворот, не осталось и того, — добавил Альберт, — Они вообще теперь могут лишь… существовать.

— Я не об этом, — болезненно поморщилась девушка, поправляя слегка съехавшую набок стёганку. — Что если внутри этих кусков мяса всё ещё заключён человеческий разум. И они продолжают существовать в этом бесконечном зациклившимся кошмаре. Вот это по-настоящему страшно, а не…

Договорить она не успела. Из пролеска нам навстречу вышло существо. Неестественно высокое. Тощее. Обтянутое лоснящейся бледной кожей. С руками свисающими до колен и увенчанными длинными, бритвенно острыми когтями. Оно стояло и смотрело. Смотрело прямо на нас. Смотрело, невзирая на то, что на том месте, где должно было быть лицо, у него красовался ровный, неестественно чёрный провал.

Мы замерли, как вкопанные, уставившись на тварь в ответ. По спине пробежала струйка холодного пота. События из моего кошмара повторялись. Повторялись, вплоть до мельчайших деталей. Ржавые топи с чёрными заводями бочагов. Мелкие, скрюченные деревца, шелестящие крошечными серыми листиками. Летающие по кругу камушки, между которыми проскакивают разряды молний. Тропа, ведущая к мрачному силуэту башни. И бледная, тощая тварь, преградившая нам дорогу.

Мне снова захотелось себя ущипнуть. В который уже раз за последнее время. Ущипнуть и проснуться в тёплой постели Раудхоффа. Грудь придавлена тёплым одеялом, под боком сопит Айлин, а сквозь неплотно прикрытые ставни пробиваются красноватые лучи нормального, тёплого солнца. Вот только теперь это был не сон. Кошмар воплощался наяву. По воле сознания больного на голову урода, засевшего в башне.

Тварь подалась чуть вперёд. Наклонила голову набок и издала странный, очень тихий, почти неуловимый звук, тут же отдавшийся странным звоном в ушах. По телу тут же разлился яд мерзкой, обездвиживающей слабости. В виски глухо ударили кровавые молоточки. Тук. Тук. Тук. Ноги стали ватными. Руки бессильными плетьми повисли вдоль тела. Спина покрылась холодной испариной.

Существо распрямилось. Сделало короткий, осторожный шаг вперёд, не сводя с нас своего пристального «взгляда». Ещё один. И ещё.

Весь отряд стоял, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Не в силах отвести взгляд от приближавшейся к нам, неминуемой и мучительной смерти. Смерти в одном шаге от заветной цели. В одном, грёбаном шаге.

Где-то позади меня послышался судорожный вздох Айлин. Девушка явно пыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь невнятный, сдавленный хрип. Стукнуло о камни мостовой древко копья, выпавшее из ослабевшей руки мага. Тихо протрещал очередной разряд, проскочивший между небольшими, летавшими по кругу кусочками гальки. Тихо прошуршала босая ступня по старым, истёртым булыжникам. Существо придвинулось ещё на шаг ближе.

Молоточки всё сильнее стучали в виски. Тело сковывал липкий страх. Звон в ушах всё ещё стоял, медленно, но верно гася своей тяжестью все прочие звуки. По спине одна за другой стекали струйки холодного пота. Существо продолжало идти к нам. А голос на задворках сознания всё шептал: «Проснись, проснись, проснись…»

По остальной же черепной коробке, уворачиваясь от глухих ударов молотков, которые, казалось, вот-вот проломят виски, судорожно метались обрывки мыслей. В одном грёбаном шаге… Мучительная смерть… Просто стоять и смотреть… Сначала меня «оскальпируют». Затем тех, кто стоит за моей спиной. Тех, кто не побоялся и пошёл со мной в эту задницу. Тех, кто доверился мне. И, в конце-концов, тех кто был мне дорог.

Существо подходило всё ближе. Страх всё сильнее сковывал тело по рукам и ногам. Но в противовес ему внутри меня начинало расти другое чувство. Злость. На своё бессилие. Злость на себя, согласившегося подписать этот сраный контракт. На Айлин, за то что настояла на своём и попёрлась со мной в это богами проклятое место. И на тварь, решившую обломать нам всё в одном шаге от цели. Злость, медленно, но верно перераставшая в жгучую ярость.

По льду, сковывавшему меня поползли первые трещинки. Пальцы едва заметно шевельнулись. Рука, с трудом преодолевая сопротивление разлитой по телу слабости поднялась и легла на эфес меча. На губы наползла кривая ухмылка. В голове крутилась одна единственная мысль: «Если это уёбище лесное думает, что я буду просто стоять и смотреть на то, как оно нас убивает, то оно очень сильно ошибается».

Тварь сделала ещё один шаг. Но ноги её как будто обо что-то запнулись. Её неторопливый, размеренный шаг, сбился лишь на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы сковывавший меня лёд начал трещать и ломаться. Вторая рука легла на рукоятку длинного корда.

Существо остановилось. Склонило голову набок. Уставилось на меня. И вновь издало этот странный, едва различимый звук, от которого зазвенело в ушах. Но… Его магия уже развеялась. Тело больше не сковывал ледяной, обессиливающий страх. Просто на несколько мгновений заложило уши. А затем… Затем пришло понимание.