Чтение онлайн

И прав Рагнар, мне просто необходимо найти кого-то, кто разбирается в демонических печатях, и это задача относится к числу первостепенных. Правда ещё желательно по дороге не сдохнуть, попавшись имперцам, Святому Ордену или ещё кому-то из тех, что гоняются за моей головой…

Я пересел на кровать, подтолкнул подушку под спину и собирался ещё полистать свитки о Левиафанах (вдруг в спешке упустил что-то важное?), но возмутительно быстро уснул.

Мне снился Шу, влекущий на спине дочь вождя кочевников по бескрайней пустыне. В свете звёзд холодный песок кажется серебристым и только причудливые тени изредка шарахаются в стороны. Шуссува был рождён для такого бега, для этого мира, где ночь приносит запахи бродячей крови. Позже он поохотится на каких-нибудь песчаных тварей – ведь этого я ему не запрещал.

Выследить добычу – осторожную, дикую, готовую либо к внезапному бегству, либо к столь же стремительной атаке – было для него особым удовольствием. Пусть порезвится, пока есть время, ведь стоит мне только мысленно позвать, как он вернётся и снова будет рядом, готовый сразиться со всеми врагами мира…

Когда я проснулся, дождь перестал, а на город опускались ранние сумерки.

Отдых явно пошёл мне на пользу, я чувствовал себя полным сил и готовым ко всему… но, как выяснилось, не совсем.

Гелиос опять исчез. Совсем как перед отправкой в поход. Я заметил это, когда Кашкай принёс ужин из таверны. Самостоятельно стряпать на кухне Марты оказалось делом небезопасным, «духи не одобрили»; свою неразлучную сковороду шаман после этого эксперимента опасливо припрятал под кровать. А потом сходил в ближайшую забегаловку и на широком подносе притащил шесть порций рыбного супа.

Мы собрались в его комнате, расселись за столом, вдыхая сытный аромат – и тут обнаружилось, что паладина нет. Комната его оказалась пуста, меч был на месте, плащ – тоже. Проклиная больного на голову – в буквальном смысле – товарища, я кинулся на поиски, стараясь не поддаваться панике и не поднимать лишнего шума.

Кашкай вызвался составить мне компанию, завывая про то, что «духи знают», но я категорически велел ему сидеть дома. Подвиги шамана в городе как правило ничем хорошим не заканчивались, а мне и одного пропавшего паладина хватит.

Вот куда его опять понесло?! Снова на рынок – заканчивать разборки с продавцами демонов? Или на сей раз воин придумал что-то новое, ещё более оригинальное и интересное?

Я нашёл его на третьем ярусе города. Проходы здесь были пошире и улочки иногда раздавались в небольшие открытые каменные площадки. На одной из них и обнаружился Гелиос. Он стоял перед информационной доской – выбитым гладким прямоугольником на склоне скалы, который был весь завешан листками. Ориентировки, объявления, долговые расписки – обычная городская доска для вольного порта.

Паладин не шевелился, стоял, как каменная статуя, глядя на один конкретный клочок бумаги. Я подошёл ближе, всмотрелся и прочитал:

«Разыскивается: Гелиос Осквернённый. Бывший святой паладин Ордена Инквизиции. Преступления: предательство Ордена, пособничество демонологу Ветрову, нападение на братьев по оружию. Награда за поимку живым: 500 000 золотых».

А прямо под текстом было лицо Гелиоса. Грубый рисунок, но вполне узнаваемый. Шрам от глаза до рта, белые волосы. Подпись внизу: «По приказу Великого Магистра Константина. Именем Империи».

Полмиллиона золотых за одного-единственного человека. Для сравнения, за мою голову давали втрое меньше. Выходило, что Гелиос был для Ордена предателем похуже демонолога.

Паладин медленно протянул руку и сорвал ориентировку. Смял в кулаке, разжал пальцы и разгладил. Снова смял, снова разгладил. Пальцы заметно дрожали.

– Гелиос, – позвал я негромко.

Он не обернулся. Продолжал смотреть на мятый листок.

– Идём домой, ты всё ещё нездоров. С сотрясением мозга не шутят, – попробовал предупредить я.

Паладин лишь качнул головой – и видимо достаточно резко, потому что лицо его на миг передрнулось от боли.

– Вот видишь? – Надо было как можно скорее увести его с улицы, раз дело приняло такой оборот. – Идём к Марте, там тебя уж точно никто не выдаст, а ужин ждёт. Поешь, выспишься, и завтра на свежую голову станем разбираться.

– Константин подписал, – голос паладина был тихим и хриплым. – Лично подписал. Человек, который спас мне жизнь, верил в меня, научил всему и дал мне новый путь – объявил на меня охоту.

– Ты знал, что это произойдёт, – стараясь сохранять спокойствие, парировал я. – После Липецка, после паладинов в Хромой Чайке.

– Знал, – сухо ответил он.

И повернулся ко мне. Глаза были сухими, но красными. Шрам на лице казался глубже обычного. Я мог его понять: одно дело знать, и совсем другое – увидеть собственное лицо рядом с ворами и растлителями.

– Обратного пути нет, Ветров. Теперь я отступник.

– Добро пожаловать в клуб, – ответил я, чуть разводя руками. – Здесь вяленое мясо и скверный юмор. Но компания сносная.

Гелиос посмотрел на меня долгим взглядом. Потом сложил измочаленную ориентировку вчетверо и убрал за пазуху. Развернулся и захромал к дому Марты. Но через десяток шагов остановился.

– Ветров.

– Да?

– Спасибо, что не стал читать лекцию.

– Не за что, святоша. Сам ненавижу лекции. Ещё со времён корпоративных тренингов.

Тень усмешки мелькнула на его лице. Он тяжело взялся за перила и начал путь вверх по каменной лестнице. Я шёл чуть поодаль, чтобы не мешать ему осмысливать своё новый статус, и в то же время достаточно близко – на случай, если он вдруг надумает хлопнуться в обморок и покатиться по ступеням вниз.

Бывший паладин, бывший охотник на демонов. Ныне предатель, за чью голову обещано полмиллиона. Ещё один бездомный в нашей коллекции.

Впрочем, и не такое бывает – мысленно резюмировал я, и мы наконец-то отправились ужинать.

Рассказывать остальным о том, куда Гелиос ходил и что там обнаружил, мы не стали. Входя в дом Марты и поднявшись на свой этаж, мы с паладином молча переглянулись и решили оставить эти новости до другого раза.

Ребята дождались нас, так что мы с удвольствием отдали должное супу с хрустящими лепёшками, сдобренными местными пряностями. Если что и обсуждалось – так это особенности кухни и преимущества полноценного питания перед походным рационом.

Поужинав, Эмир решил откланяться.

Авантюрист собрался всего за час. Закинул котомку на плечо. Ифритский клинок на поясе, обрубок левой кисти перевязан свежим кожаным чехлом. Лодыжка восстановилась после вывиха. Двигался он легко, пружинисто – боец до мозга костей. Только сейчас до меня дошло, что в нашей передряги, которая и ему чуть не стоила жизни, он не заработал ни медяка.

Мы стояли у ворот города. Оранжевый свет заката заливал каньон, окрашивая скалы в медные тона. Внизу плескалась река. Мачты кораблей качались на лёгком ветру.