Империя соблазна
Шрифт:
— Я не спрашивал ни названия, ни где он находится.
Черт возьми. Я тут же набрал номер Майкла, и он взял трубку на четвертом гудке. — Привет, Вито. Все в порядке?
— Приходи в коттедж. Мне нужна твоя помощь.
9
...
Вито
Пока мы ждали Майкла, я поднялся принять душ и одеться. Я пропустил бритье, надел джинсы и свитер и спустился вниз как раз в тот момент, когда появился старший брат Фиорентино.
Томмазо и Чезаре были у кухонного острова, их брови были нахмурены от беспокойства, и Майкл закрыл за собой дверь. — Эй. Что происходит?
Я сунул пистолет за пояс джинсов и махнул рукой своим людям. — Пошли. По дороге объясню.
— Что-то не так? — Майкл колебался, когда мы все пошли к двери. — Зачем ты носишь пистолет?
Я держал дверь открытой и ничего не говорил. После того, как Майкл вышел на террасу, я запер за нами дверь коттеджа и положил ключ в карман. — Нам нужно торопиться, capisce?
— Вито... — сказал Майкл, игнорируя мои приказы.
Я схватил его за плечо, сжал крепко, чтобы доказать свою правоту. — Не задавай вопросов, пока мы не сядем в машину, — повторил я. Его кожа побледнела, но он кивнул. Я понял, почему он мог волноваться, поэтому добавил: — Это не из-за тебя. Пошли.
Мы вчетвером пошли к внедорожнику, припаркованному на парковке винодельни. Томмазо сел за руль, Чезаре — спереди, а мы с Майклом устроились на задних сиденьях. Когда двери закрылись, я сказал: — Один из моих охранников пропал. Он вчера вечером отправился в бар за городом. Мне нужно, чтобы ты указал нам, куда он мог пойти.
— О. — Майкл заметно расслабился. — Ладно. Есть несколько забегаловок, куда ходят люди. Дальше от города есть два стрип-клуба. Есть идеи, в каком направлении он пошел? Это может помочь.
— Стрип-клубы, — сказал Чезаре. — Надо начать оттуда.
— Поехали, — приказал я. — Майкл, направь его.
Никто больше не разговаривал, пока Майкл давал Томмазо указания, как выбраться из города. Я надеялся, что мы слишком бурно реагируем. Как и сказал Томмазо, мы не были здесь знакомыми лицами. Не было никаких оснований думать, что есть какая-то опасность. Бенетти заверил меня, что все идет гладко, так что здесь мы будем в безопасности.
Первый клуб был пуст, парковка пуста. Чтобы убедиться, мы проехали по окрестностям, проверяя машину Гаэтано, но не увидели ее. По пути мы прошли мимо двух упомянутых Майклом дайв-баров, но машины не видно.
До второго стрип-клуба мы добирались всего несколько минут, но мой мозг все время крутил варианты. Одна из моих плохих привычек, любил говорить Энцо, — слишком много думать. Это хорошо для консильери, но боссу нужно принимать быстрые и точные решения. Время стало роскошью, которую я больше не могу себе позволить, как и предупреждал мой брат перед моим отъездом в Торонто.
Стоянка у второго стрип-клуба не была пустой. Большой черный внедорожник покоился сзади, возле участка леса. — Вот машина. Подъезжай сюда.
— Cazzo! — пробормотал Томмазо себе под нос и въехал на стоянку.
Я осмотрел окрестности через окна. Никого не было. Это была ловушка? Где, черт возьми, Гаэтано?
Мои мышцы напряглись, мое тело насторожилось, когда Томмазо припарковал машину. Я вытащил пистолет из-за пояса. — Оставайся здесь, — сказал я Майклу и вышел. Томмазо и Чезаре были рядом со мной, когда мы все осторожно направились к припаркованному внедорожнику.
— Может быть, тебе тоже стоит подождать в машине, — тихо сказал мне Томмазо. — Пока мы не узнаем, что это безопасно.
Я не стал отвечать. Гаэтано был моей ответственностью, и я помогу его найти. Я попробовал открыть пассажирскую дверь и обнаружил, что она заперта. — Эта сторона открыта?
— Нет.
Мы заглянули через тонированные окна и лобовое стекло. Машина казалась пустой. Это подтвердилось через три минуты, когда Чезаре взломал ее. Никаких следов Гаэтано в машине не было, как и никаких признаков борьбы. — Начинай звонить ему на мобильный.
Томмазо вытащил свой телефон, пока я ходил, осматривая территорию. Никаких царапин, никакой крови. Никаких гильз. Это странно. Может быть, Гаэтано действительно пошел домой с…
Где-то вдалеке раздался гул. Мы все замерли, прислушиваясь. — Лес, — сказал я, бросившись к деревьям. — Сюда, Томмазо!
Я пошёл на шум, двигаясь осторожно, чтобы всё ещё слышать. Остальные двое были позади меня, делая то же самое. Я двинулся вправо, когда Томмазо позвонил в третий раз. Я надеялся, что кто-то выбросил сюда телефон Гаэтано, что это не то, чего я боялся.
Мое внимание привлекла большая неподвижная фигура на земле. Где-то под ней жужжал мобильный телефон.
Гаэтано. И он мертв.
— Ублюдок! — зарычал я и опустил пистолет.
— Madre di dio, — выругался Чезаре, когда мы втроем окружили тело.
Гаэтано был застрелен один раз в лоб. Казнен здесь, в лесу. В одиночестве.
Рядом хрустнули листья.
Мы все трое направили свои пистолеты на внезапный шум. Майкл поднял руки, его глаза округлились от ужаса. — Не стреляйте в меня. Я просто... О, Боже. Он мертв?
— Тебе сказали ждать в машине, — рявкнул я. — Иди, Майкл.
— Подожди, извини. Я хотел помочь тебе поискать. Он был здесь всю ночь?
Томмазо нашел мобильный Гаэтано и передал его мне. — Код — его день рождения, — сказал мне мой охранник. — Семнадцатое февраля.
Я разблокировал телефон и начал искать хоть какую-то зацепку относительно того, кто это сделал. От нас был шквал пропущенных звонков, плюс непрочитанные текстовые сообщения от Томмазо. Больше ничего примечательного.
— Думаешь, это был Бенетти? — спросил Чезаре. — В отместку за то, что я здесь.
Я сразу понял, что это не Лука. — Нет. Он не рискнул бы воевать с нами.
Я проверил фотографии на телефоне Гаэтано. Конечно, там было видео с прошлой ночи. Я нажал на воспроизведение, и стало очевидно, что Гаэтано находится в VIP-комнате клуба. Пара сисек заполнила камеру, когда девушка танцевала ему на коленях, трясь бедрами у него на коленях. Угол переместился к ее лицу, где она улыбнулась ему, затем снова к ее сиськам. На заднем плане играла музыка, поэтому я не мог слышать, что говорилось, но звучало так, будто он называл ее — Терри.