Чтение онлайн

MJ: В чем важность исковой давности?

Она дисциплинирует участников отношений. Чтобы они о своих правах и интересах не забывали. И отстаивали их.

MJ: Какую цель вы видели перед собой все эти годы работы на кафедре?

Цель всегда была одна – научить студентов праву и справедливому его применению, справедливости.

<…>

А Вы могли бы рассказать, что к тому времени [в 70–80-е годы] представляла собой кафедра, ведь Вы работали на ней же много лет?

Константин Константинович Яичков (который в то время возглавлял нашу кафедру) пригласил меня работать на кафедре в 1967 г. Мы были знакомы с Константином Константиновичем еще по совместной работе в Институте государства и права Академии наук. Я уже думал о том, чтобы перейти на преподавательскую работу, и в 1963 г. я перешел на работу в Университет Дружбы народов, где на кафедре гражданского и уголовного права читал курс «Римское право» и «Гражданское право». К.К. Яичков пригласил меня, когда я уже работал в Университете Дружбы народов.

Заведующим кафедрой гражданского и уголовного права в то время был Александр Борисович Сахаров. Кстати, и Римма Леонидовна Нарышкина в то время работала на этой кафедре (впоследствии она была приглашена К.К. Яичковым на нашу кафедру).

В то время для перехода с работы на работу необходимо было брать характеристику с предыдущего места работы. А.Б. Сахаров не хотел меня отпускать, поэтому характеристику не давал. А без этого документа на новое место работы не оформляли. Тогда многие проблемы можно было решить, только обратившись в соответствующий отдел Центрально[го] Комитет[а] Коммунистической партии Советского Союза, фактически высшего органа, определявшего жизнь страны. Я был знаком с сотрудником одного из отделов ЦК КПСС, занимавшим не очень высокий пост в этой структуре, но который все же мог помочь в решении данного вопроса. Этот сотрудник звонил А.Б. Сахарову (а в то время «звонок из ЦК» значил очень много) и просил его дать характеристику, но безрезультатно.

Тогда К.К. Яичков сам написал на меня характеристику и взял на работу. Когда К.К. Яичков пригласил на работу Р.Л. Нарышкину, подобных сложностей уже не было – А.Б. Сахаров таких препятствий создавать не стал.

Я пришел в МГИМО на кафедру, которую возглавлял К.К. Яичков и которая тогда называлась кафедрой государственного и гражданского права; все предметы читались на одной этой кафедре, кроме международного права, поскольку тогда уже была самостоятельная кафедра международного права (через два года, в 1969 г., наша кафедра стала называться кафедрой гражданского права и процесса, а нынешнее название – кафедра международного частного и гражданского права – она получила в 1978 г. благодаря усилиям профессора С.Н. Лебедева. – Е.К., Н.Б.).

В то время юристов набирали в юридическую группу на факультете МЭО, международно-правовой факультет был образован в 1969 г.

На кафедре в МГИМО, как и в Университете Дружбы народов, я читал курсы римского права и гражданского права РСФСР, так как основа курсов у меня уже была, хотя они, конечно, расширялись и углублялись. В Университете Дружбы народов студенты в основном были из развивающихся стран, с недостаточным знанием русского языка, поэтому общение шло с трудом.

Многие студенты до сих пор вспоминают Ваши лекции. Для первокурсников, слушающих курс римского права, это одно из самых ярких впечатлений. Студенты вспоминают, что однажды Вы для лучшего запоминания какого-то материала даже напели фрагмент из известной оперы. Перед Вашими глазами прошло много поколений студентов. Происходят ли изменения с аудиторией, с которой были встречи в 1960–1980-е гг., и сегодняшней?

В основном аудитории похожи. Но раньше студенты были более зажаты. Не только лекции имеют значение, но и просто общение вне аудитории. Самое главное – отношение должно быть уважительное. Меня коробит, когда к студентам преподаватели обращаются на «ты».

Лебедев Сергей Николаевич. Родился 7 августа 1934 года в г. Севастополе. Окончил в 1957 году Институт внешней торговли.

В 1961–1962 годах – стажер Мичиганского университета (США).

С 1974 года – председатель МАК, заведующий кафедрой.

С 1976 года – вице-председатель Международного совета по коммерческому арбитражу.

С 1991 года – профессор.

С 1994 года – член президиума МКАС [при] ТПП.

Сергей Николаевич, расскажите, пожалуйста, о причинах создания Морской арбитражной комиссии.

Морская арбитражная комиссия (МАК) была создана при Торговой палате в 1930 г., первоначально для рассмотрения лишь тех споров, которые возникали в связи со спасанием судов и грузов на море. Появление такой комиссии было необходимо: в тот период подобные споры разрешались в арбитражном порядке за рубежом, главным образом в Лондоне. Обращаться туда приходилось часто, даже когда все суда, участвующие в деле, были отечественными, поскольку у нас в стране не было соответствующих третейских судов. О том, что ситуацию надо менять, причем не ограничиваясь спасательными делами, в конце 20-х годов писали многие, в частности профессор А.Д. [в оригинале – «Р.»] Кейлин – один из создателей МАК, впоследствии много лет работавший ее председателем.

В настоящее время Морская арбитражная комиссия функционирует при Торгово-промышленной палате (ТПП) Российской Федерации в соответствии с Законом «О международном арбитраже», Приложением II к которому является Положение о МАК при ТПП РФ.

Какого рода дела поступают в Морскую арбитражную комиссию, можно ли среди них выделить какие-то группы?

Комиссия является постоянно действующим или институционным третейским судом, специализирующимся на рассмотрении морских споров. В соответствии с законом в МАК могут передаваться любые гражданско-правовые споры. Они могут касаться перевозки грузов и пассажиров, договоров фрахтования судов, спасательных и буксирных контрактов, иметь отношение к морскому рыболовному промыслу, подъему затонувшего в море имущества, морскому страхованию, операциям на международных реках и т.д.

Помимо перечисленных возникают и иные, часто неожиданные виды споров, и если они так или иначе связаны с торговым мореплаванием, то они могут быть рассмотрены Морской арбитражной комиссией.

Компетенция МАК очень широкая: это и международные дела, и чисто внутренние. В большинстве споров одной из сторон выступает субъект иностранного права: перевозчик, страховщик, грузовладелец, агент и т.д. Комиссия разрешает и конфликты, которые вытекают из отношений между российскими предприятиями и между сторонами из двух зарубежных стран.

Выделить типичные дела среди поступающих в МАК очень сложно. Каждое не похоже на другие, в связи с каждым возникают свои проблемы. Например, в одном из недавних дел речь шла о том, что судно село на мель, поскольку у капитана не было крупномасштабной карты того района. Спор был о том, достаточно ли последнего обстоятельства, чтобы признать судно немореходным, должна ли была иметься такая карта. В другом случае судно тоже оказалось на мели, но к этому привели другие обстоятельства, и решать проблему нужно было иначе.