Чтение онлайн

Тем временем уже в карете, мчащейся по тракту в сторону На Мараны, Силурия всё ещё удивлялась, как Ллойд так точно описывает проблемы их города. Экипаж подпрыгивал на ухабах, заставляя пассажиров хвататься за поручни, а за окном проносились осенние пейзажи — поля, покрытые золотистой стернёй, рощицы с деревьями, уже потерявшими большую часть листвы, и изредка — маленькие деревушки с соломенными крышами и дымками, вьющимися из труб.

— Как вы узнали о наших проблемах? — спросила она в очередной раз, её серые глаза пытливо всматривались в лицо собеседника. — Отец тщательно скрывает кризис от других правителей, опасаясь, что это подорвёт нашу репутацию.

Ллойд лишь отмахивался, утверждая, что это всё по слухам от путешественников и купцов. Впрочем, она чувствовала, что он лукавит, словно актёр, забывший свои реплики.

— В общем, есть у меня пара решений, — уклончиво ответил Ллойд, наблюдая за меняющимися пейзажами за окном, проносящимися, как страницы книги, которую торопливо листают. — Но точнее я скажу уже на месте. Я уверен, вместе мы сможем найти выход из этой ситуации.

Он старался звучать убедительно, изображая мудрого правителя, озабоченного судьбой соседнего графства.

Внутренне же он потирал руки, словно паук, заметивший жертву в своей паутине. Пока что всё шло идеально. Он сможет выследить и, возможно, остановить тёмного мага Канавару. Канавара был не просто злодеем из романа, но и хитрым купцом, умело маскирующим свои истинные намерения за фасадом благотворительности. Остановить его, предотвратив призыв Рыцаря Ада, при этом получив деньги за строительство объектов инфраструктуры для беженцев — это была двойная, даже тройная выгода! Спасти королевство, заработать, и получить расположение Графа На Мараны и его влиятельной дочери — отличный план, как ни посмотри.

Они прибыли в На Маран ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая всё вокруг в золотистые и багряные оттенки. Город встретил их атмосферой напряжённости и страха, словно воздух был пропитан тревогой. На улицах было много людей, одетых в поношенную одежду — беженцы, выделяющиеся среди местных жителей своей бедностью и потерянным видом. Их лица выражали усталость и безнадёжность, словно люди, слишком много повидавшие на своём веку.

Силурия, выходя из кареты, вдруг заметила кого-то в толпе, её глаза расширились от узнавания:

— О, это же Канавара! — воскликнула она, указывая в сторону площади.

Ллойд мгновенно сосредоточился, его взгляд стал острым, как лезвие ножа. Он увидел мужчину средних лет, богато одетого, с приветливой улыбкой на лице, разговаривающего с группой беженцев. Канавара раздавал им еду и тёплую одежду, его движения были плавными и уверенными, а голос звучал мягко и утешающе. Толпа благодарила его, некоторые даже падали на колени, целуя край его дорогого плаща. Настоящий благодетель, образец человеческого милосердия.

— Он важная персона в нашем городе, — объяснила Силурия, наблюдая за ним с уважением в глазах. — Крупный купец. Он обеспечивает этих четырёхсот беженцев из собственного кармана. Его здесь все уважают.

Но не это волновало Су Хо. Его взгляд был прикован к небольшому, едва заметному, но очень специфическому знаку на рукаве Канавары — эмблеме. Это была эмблема Культа Тьмы, той самой организации, которая стояла за Барьером в На Маране в романе. Получается, всё-таки он за этим стоит?

«Какой же двуличный…» — подумал Ллойд, чувствуя волну отвращения, накатившую, как морской прилив. Этот человек притворялся спасителем, в то время как планировал принести этих самых людей в жертву. «Ну ничего, Ллойд его раздавит, как банку из-под колы в скором времени». Эта мысль всегда поднимала ему настроение. Цинично, но эффективно.

Вскоре их приветствовал отец Силурии, Граф На Мараны. Он был высоким мужчиной с посеребрённой сединой бородой и проницательными тёмными глазами, проявившими знаки возраста в виде паутинки морщин. Его осанка говорила о военном прошлом, а взгляд — о привычке командовать.

Он был в восторге, узнав о визите Ллойда. Весть о прибытии Ллойда Фронтеры, героя битвы с муравьиной бурей и разрушителя проклятия Кремо, достигла и его. А уж после того, как Силурия рассказала о потенциальном сватовстве…

— Потрясающе! Ллойд Фронтера просто излучает благородство! Как же хорошо, что он выбрал именно мою дочь! — Граф, человек полный жизненных сил, несмотря на возраст, поспешил к Ллойду, протягивая руки для приветствия. Его глаза сияли от радости и предвкушения, словно у ребёнка, получившего долгожданный подарок. — Так… когда свадьба?

Недоразумение. Снова. Силурия попыталась прояснить ситуацию, стараясь говорить мягко, чтобы не обидеть отца:

— Вообще-то, отец, Ллойд — это человек справа, — она показала на Су Хо, сидящего на диване, с нелепым выражением лица, которое он сохранял на случай, если придётся притвориться дурачком. — А это… это господин Ксавьер Асрахан, его рыцарь.

Граф На Мараны остановился, словно наткнувшись на невидимую стену. Он вгляделся сперва в Ксавьера — высокого, красивого, с гордой осанкой, затем в Ллойда — сутулого, невзрачного, с каким-то странным, отстранённым выражением на лице, словно не мог поверить, что это и есть знаменитый Ллойд Фронтера, о котором так много слышал. Не мог отличить? Он что, не видел ничего, кроме внешней привлекательности?

— У него лицо как у прислуги, — пробормотал граф, оглядывая Ллойда с неприкрытым разочарованием, как покупатель, обнаруживший брак в дорогой покупке. — Как бы помягче выразиться… ему как будто чего-то недостаёт. Какая-то… пустота? Невзрачность?

Он пренебрежительно махнул рукой, его энтузиазм мгновенно угас, как свеча на ветру.

— И хорошо, что моя дочурка не выходит за такого урода, а то это был бы ещё тот позор!

— Отец! — воскликнула Силурия, возмущённая его словами, её щёки заалели от стыда. — Этот парень же невероятно умён! Он приехал сюда не для свадьбы, а чтобы решить проблемы нашего города! Он предложил помощь, когда мы были в отчаянии!

Но правитель, разочарованный внешностью потенциального зятя, не слушал. Он всё не унимался, сравнивая Ллойда и Ксавьера, отпуская обидные комментарии, словно ядовитые стрелы.

На этом моменте Ллойд уже не выдержал. Моральный урон был слишком велик, словно тяжёлый груз, раздавивший его самооценку. Внутренний голос Су Хо заорал: «Уродливое лицо?! Чего-то недостаёт?! Пустота?! Невзрачность?!» В прошлой жизни он был обычным парнем, не красавцем, но и не уродом! А теперь что, каждый второй норовит пнуть его из-за внешности?! Он чувствовал, как внутри закипает злость, но сохранял внешнее спокойствие, словно озеро, под гладью которого бурлит подводное течение.