Чтение онлайн

— Ксавьер, ты это видел? — Ллойд указал на лоток, его голос прозвучал резче, чем он намеревался. — Они продают этот символ. Причём по дешёвке. Это что за масштабная рекламная кампания?

Ксавьер подошёл ближе, пригляделся. Его острый взгляд выхватил мельчайшие детали — качество ткани, стиль вышивки, выражения лиц покупателей.

— Ах, этот символ, — он кивнул, его лицо осветилось пониманием. — Да, я тоже это заметил. Он символизирует одного странствующего музыканта. Его песни сейчас очень популярны, особенно среди простого люда. Поэтому одежда с его эмблемой хорошо продаётся. Это… своего рода бренд, если хотите.

Музыкант? Бренд? И это символ Культа Тьмы?! Ллойд почувствовал, как по спине пробегает холодок, словно ледяная змея. Какая гениальная, какая отвратительная маскировка! Использовать популярность безобидного музыканта, чтобы распространить символ своего культа и заодно заманить побольше людей под предлогом концертов или раздач! Все беженцы, вся эта атмосфера… это была не просто гуманитарная катастрофа, это была ловушка, западня для сотен ни о чём не подозревающих душ.

Ллойд понял всё с ясностью, от которой становилось ещё страшнее. В романе об этом говорилось лишь вскользь, намёками, как будто автор боялся назвать вещи своими именами. Барьер в На Маране активировался, когда собиралось достаточно «почвы» для ритуала — живых существ, чья жизненная сила или души могли быть использованы. Целью Канавары было принести в жертву этих людей, чтобы призвать Рыцаря Ада, монстра, чья сила была описана как равная божественной. По информации из романа, с этим созданием не справился бы даже величайший мастер меча. Он был буквально равен по силе богу. Если бы призыв состоялся, разрушение всего королевства было бы неизбежно, как восход солнца после ночи.

— Этот музыкант… — пробормотал Ллойд, его мысли неслись вскачь, пытаясь найти решение головоломки. — Может, стоит его отыскать? Возможно, он невинная марионетка, чьей популярностью пользуются, подобно тому, как паразит использует своего хозяина.

— Это займёт слишком много времени, господин, — покачал головой Ксавьер, понимая ход мыслей Ллойда, его лицо было серьёзным, как у полководца перед битвой. — Барьер к тому моменту уже наверняка активируется. Слухи говорят, что активность культистов в городе усилилась в последние дни, словно приливная волна перед штормом.

«Что же делать?» — внутренняя паника Ллойда нарастала, как снежный ком, катящийся с горы. В романе особо не описывали магию, что использовалась для активации Барьера, только его последствия. Он не знал, как остановить ритуал напрямую. Неужели единственный способ — это послать Ксавьера разбираться с этим монстром, Рыцарем Ада? Но так, по сюжету романа, Ксавьер должен был погибнуть или получить ужасные раны, которые поставили бы крест на его пути к становлению величайшим мечником, как искалеченный цветок никогда не раскроется во всей красе.

В романе говорилось про Высшего Мастера меча. Это была почти легенда, полузабытый миф. Говорилось, что умение такого человека в десятки раз превосходит обычного мастера, как солнце превосходит свечу. Только Высший Мастер меча мог бы иметь хоть какой-то шанс против Рыцаря Ада. С такой-то силой, возможно, им и Рыцарь Ада по плечу, как дракон по силам герою из древних сказаний. Но Ллойд и понятия не имел, как стать этим Высшим Мастером. И уж тем более не знал, как натренировать Ксавьера до такого уровня в столь короткий срок. Это требовало не просто тренировок, а какого-то прорыва, просветления, о котором в романе было сказано туманно, словно сквозь вуаль мистической тайны.

— Да ситуация мягко говоря дрянь, — пробормотал Ллойд, ощущая нарастающее напряжение, сдавливающее виски. Он зашёл слишком далеко, чтобы проиграть сейчас. Судьба его семьи, его собственное спокойствие, всё это было поставлено на карту, словно в роковой игре с самим дьяволом. И прямо сейчас, казалось, все пути вели к катастрофе, которую он так старался предотвратить.

Как вдруг размышления Су Хо прервал Ксавьер. Рыцарь, заметив тревогу на лице своего господина, подошёл ближе, его шаги были бесшумными, как у хищника.

— Господин, — сказал он тихо, почти шёпотом, его взгляд стал цепким и уверенным, как у орла, заметившего добычу. — Скорее всего, Канавара всё-таки есть что скрывать. Иначе к чему ему этот магический барьер у дома? Как я и говорил, сломать его силой не выйдет, это слишком очевидно, как попытка разрубить гордиев узел. Но… есть и другой способ, более хитрый.

На его лице вновь появилась та самая наглая, чуть самоуверенная улыбка, предвещающая какую-то авантюру, словно засиявшая сталь обнажённого клинка.

— Пусть господин мне доверится. Я всё сделаю, как всегда безупречно.

Ллойд поднял бровь, его взгляд стал внимательным, изучающим. Что задумал этот сорвиголова на этот раз? Что за безумный план родился в его голове?

Тем временем в голове Ллойда параллельно крутилась ещё одна проблема, связанная с его строительными амбициями. Ради которой он, собственно, изначально и приехал в На Маран — это месторасположение самого города. Он находился на склоне горы, и чтобы предотвратить его обрушение, особенно при дополнительной нагрузке от временных построек для беженцев, необходимы так называемые якоря. Их нужно было вбить глубоко в землю, чтобы укрепить грунт и стабилизировать склон, как костыли поддерживают сломанную конечность.

Изначально Ллойд хотел сделать нечто похожее на современные клиновые стопорные болты, огромные винты, которые могли бы надёжно зафиксировать слои почвы. Но, к сожалению, с текущими технологиями этого мира такую точную металлическую спираль, способную выдержать колоссальные нагрузки, было просто не сделать, как не сделать компьютер из камня и палок.

«Пока что отправлю план Корги Доссу», — решил он. Корги Досс был опытным дворфом-ремесленником, которого Ллойд нанял ранее. Если кто и мог придумать, как изготовить что-то подобное или предложить альтернативу, то это он, с его многовековым опытом и неисчерпаемой изобретательностью.

— Буду ждать ответа от него. А сейчас… — его мысли вернулись к Канаваре и надвигающейся угрозе, нависшей над городом, как грозовая туча. — А сейчас можно и прогуляться, — решил он, следуя за Ксавьером, который, кажется, уже придумал свой «другой способ».

Они шли по другой части города, где располагался один из пунктов раздачи пайков. Вокруг толпились люди, их голоса сливались в гул, подобный жужжанию потревоженного улья, но сквозь него Ллойд уловил повторяющиеся фразы: «…Какая фигура…», «…Эта красотка в ларьке…», «…Ты видел её? Боже…»