Чтение онлайн

– Оооо… А почему ушли?

– Папа сказал, что опасная и не женская работа, найти другую.

– Женщина-пожарная, пожалуй, может, мне пригодиться.
– Она лезет в сумочку и достает что- то.
– Вот моя визитка, там на обратной стороне адрес. Подойдите ко мне завтра, часиков в десять утра. Возьмите все свои бумаги. Мы подумаем с вами, чем бы вы могли приносить пользу. Оплата у нас достойная, не волнуйтесь.

Женщина убегает, оставляя меня с визиткой.

Клиника восстановительной медицины “ЭстетикЛайф”.

Заместитель директора - Мудрая Василиса Александровна.

Еду с Вячеславом в театр.

Папа считает, что общее времяпрепровождение очень сближает.

Я не спорю.

У театра все красиво, как на открытке. Подсвеченные колонны, мягкий гул голосов, все при параде.

А я бы лучше с ребятами в пожарке посидела и послушала их байки.

В фойе Вячеслав берет программку, читает.

– Так, - серьёзно произносит.
– По сюжету все страдают, потом ещё страдают, а в конце делают вид, что страдали не зря.

– Вы сейчас все мне испортили, Вячеслав, - шепчу и неожиданно для себя тихо смеюсь.
– Я знаю концовку, можно не смотреть.

– Прости. Профессиональная деформация, - так же тихо отвечает он.
– Люблю знать, к чему готовиться.

Ну, что сказать…

Я не люблю.

Сажусь в кресло, расправляю пальцы на подлокотнике и позволяю себе просто смотреть.

И спектакль - хороший. Не “вау, я рыдаю и мне нужно срочно менять жизнь”, а ровно тот, который помогает выдохнуть и отвлечься и не думать каждую минуту о Ренате. Не проверять телефон. Не дергаться от каждого внутреннего “а вдруг”. Я просто слушаю, как люди говорят чужие слова красиво и точно, и почему-то верю, что мир все равно продолжает крутиться, даже когда у тебя вырвали ось.

После театра Вячеслав предлагает в ресторан, я предлагаю по домам. Общения на сегодня достаточно.

– Лариса, почему ты грустная такая все время?
– Вячеслав сжимает крепче руль, отвозя меня домой.

Все веселье забрал один человек.

– Так поводов веселиться особо нет.

– Может, надо было в цирк сходить, а не в театр?

– А почему вы вообще решили, что я хочу в театр?

– Ну как… Весь бомонд ходит.

И я себя к нему относила раньше. А сейчас хочется чего-то попроще. На машине пожарной покататься, пиццу есть, прикрываю глаза, вспоминая, как мы с Ренатом были в машине той. Он после “ранения”, я его лечила. Ну, как лечила?

– Лариса?

– А!
– вырывает из мыслей Вячеслав.
– Ларис, а давайте на “ты”.

Ох. Это он уже к чему клонит?

– Хорошо.

Нормально с ним, в принципе, комфортно. Дружить. Но влюбиться в него, чтобы жениться, я не знаю, что надо сделать ему. Может, пожарным пойти.

У меня в сумочке вибрирует телефон.

Подруга. Та самая, с которой из-за Рената и поссорились.

Интересно, а если бы не та ночь после корпоратива, завязалось бы у нас что-то?

Да, конечно. Все же началось ещё раньше. Когда целовались в его машине.

“Слушай… к тебе тут какой-то парень приходил. Искал тебя. Видимо, тот, с кем ты спала у меня ?”

Я замираю.

Пальцы холодеют.

Я: “Ренат?”

Искал меня.

“Я не знаю, как его зовут, - пишет она следом.
– Высокий, серьёзный, смотрел так, будто сейчас дверь вынесет”.

Я выдыхаю.

Конечно, он.

“Адрес твой не давала. Сама напиши, если надо”.

Смотрю на экран несколько секунд.

Сердце колотится, будто я снова стою перед выбором.

“Спасибо”, - печатаю.

– Что там интересное написали?
– улыбается Вячеслав.

– А? Нет, ничего.

– Ты улыбнулась впервые за вечер.

Да ладно…

– Так, подруга кое-что напомнила. Не важно.

Искал…

– Вячеслав, может, зайдете к нам, папа рад будет вас видеть, чая попьем.

– Вдруг помешаю?

– Нет. Папа будет рад.

И допрос проведет Вячеславу, а не мне.

Знаю, что Воронов не узнает, но как будто даже хочется, чтобы знал и мучился, и думал, что у меня другой.

Сидим на кухне. Папа с Вячеславом обсуждают спектакль, я варю им кофе. Внутри наконец не дерёт и не рвёт.

Настроение поднимается. Да, мы расстались, да я игнорирую его сообщения. Но он ищет меня зачем-то. Может быть, даже страдает? Чувствую себя Джульеттой, которой строгий отец запретил любить Ромео.

– Это вроде трагедия, а Лариска улыбается, будто вы ходили на комедию.

– Сам удивляюсь, - усмехается Вячеслав.
– Хмурая была весь вечер, а потом кто-то что-то написал ей и все. Как подменили.

– И кто там тебе написал?
– прищуривается отец.

– Меня завтра пригласили на собеседование в один центр реабилитационный. Больших надежд не возлагаю, но с чего-то надо начинать.

– О! А чего не хвастаешься?

– Так пока нечем, завтра хотела рассказать.

Вру как дышу. Но они верят.

– Как им представишься? Ларисой, Иссой или ещё как-то?

– Я Лариса, - пожимаю плечами.
– Хочу опять быть Ларисой.

Он смотрит на меня долго. Настороженно. Будто ждёт подвоха.

– А Исса?

– Исса была, когда я пряталась. Когда хотела быть кем-то другим. Сильной, независимой, дерзкой. А сейчас не хочу прятаться.

Хочу быть такой, в которую он влюбился. Ну или если не влюбился, то запал.

– Это когда это ты так решила?

– Я же тебе говорю, что пожарка многое во мне поменяла.

– Я в восхищении, - довольно улыбается Вячеслав.

– Я рад, что вернулась моя дочь Лариса.

Утром приезжаю в центр за десять минут до назначенного времени. Хотя ночью толком и не спала. Телефон не проверяла. Писал или нет Ренат, не знаю. И не хочу. Пусть лучше буду думать, что скучает. Вдвоем оно как-то легче переносится.

Иду к зданию. Хорошо тут, в черте города, но на территории лесопарковой зоны. Вокруг деревья, спокойствие, птички.

И в метрах пятидесяти от себя замечаю Женю, жену Рената. Бывшую жену. Она снова в очках, катит в инвалидном кресле мужчину в возрасте. Я ее отца не знаю, но похоже на него.

Хмм… а что они тут делают? Может, это как-то связано с тем, что она пытается скорее уехать? Два варианта? Или сбежать и не ухаживать, или уехать куда-то ещё на лечение.

Отворачиваюсь, чтобы не узнала меня и скрываюсь в здании.