Чтение онлайн

– Из-за тебя, что ли?

– Надеюсь, что нет.

– Исса, рассказывай все.

– Нечего рассказывать.

– И что вы делали, когда виделись?

– Это вас не касается, Иван Андреевич.

Он усмехается сам себе под нос.

Зачем я сказала…

Телефон играет. Папа.

– Да, пап.

– Ну, я не удивлен вообще, что он там.

– Почему?

– Так это… мой старый знакомый. Помнишь, как мне машину эвакуировали с гидранта? Сколько проблем мне потом создали? Это он был. Так что поделом ему. За меня ещё бумеранг вернулся.

– Пап, ты сам виноват был. Нечего было гидрант загораживать. Что ты узнал?

– Узнал, что за дело, пусть посидит, подумает.

– Хорошо, пусть сидит, только скажи, за что.

– Жена на него написала заявление, - наконец говорит он.

– Какое заявление?
– внутри все обрывается.
– Он что, что-то сделал?

– Ларис, разберутся…

– Нет. Говори.

Он вздыхает.

– Обвиняет, что он систематически подвергал ребёнка опасности.

– Что?! Какой опасности?

Я с ними последние несколько раз была. Вообще никакой опасности не было.

– Давал малолетнему пользоваться оружием. Оставил больного ребёнка без присмотра и создал угрозу жизни. Ну, и фиксация ребёнка в социальных сетях, нарушение права на частную жизнь и растление малолетних.

– Они там с ума сошли, что ли?

– Я бы ещё добавил…

– Он этого не делал.

– А ты что, его адвокат?

– Не адвокат. Но я с ним работаю. Я знаю этого человека.

Отец усмехается.

– Так и я его знаю.

– Пап… помоги, а?

– Нет уж, пусть сидит. Опасный он для общества.

Сбрасываю вызов. Он может. Но я к нему на поклон не пойду.

– На него бывшая жена заявление написала. Такого там напридумывала…

– Исса, - откашливается Иван Андреевич, - а кто твой отец?

– Мой? Да так… просто у него есть доступ к этой информации. Мы приехали, - киваю на здание.

– А ты откуда так всё хорошо здесь знаешь?

– Детство потому что тут провела.

Выхожу из машины под округлившимися глазами Ивана Андреевича. Конечно он по своему все понял.

– Не понял.

– Может, когда-нибудь расскажу подробней, но не сейчас.

Веду его в нужную дверь. А там встречаем знакомое лицо.

– Иван Андреевич, это мама Рената, - киваю на женщину в углу.

– Да? А ты откуда ее знаешь?

– Анна Марковна, здравствуйте, - игнорирую вопрос Ивана и иду к женщине.

– Ларисочка, здравствуйте, - в глазах слёзы.
– Ну как так-то?
– обнимает меня.

– А вы с кем тут?

– Иван, мы работаем с вашим сыном.

– Аааа… поняла, Ренат рассказывал про вас. Это она… - шепчет.
– Его бывшая жена все…

Мы переглядываемся с Иваном. В принципе мои слова подтвердились.

– Вы видели его?
– успокаивает ее Иван Андреевич.

– Нет, пока только со следователем говорила, мне там как зачитали ее заявление, так его там расстреливать можно. Столько там наговорила.

– Это всё еще доказать надо. Не волнуйтесь.

– Ой, не могу, - кладет руку на грудь, - неспокойно мне.
– Тяжело дышит. Сказали, если разрешат, можно увидеть будет сегодня.

Дышит часто сбитым дыханием.

– Кто бы нам сказал, что делать… - вздыхает Иван Андреевич.

– Ну, тут или доказывать, что не виновен, или говорить с ней, чтобы забрала заявление.

Она, может, и не хочет его посадить, но прогнуть хочет, чтобы сделал, как она просит.

– Послушайте, Анна Марковна, когда вам разрешат его увидеть, вам надо попросить его согласиться на ее условия. Возможно, тогда она заберет заявление и его отпустят.

– А если не отпустят, - хватается за грудь, чаще дышать начинает и задыхается.

– Ей плохо, скорую надо, - командует Иван Андреевич.
– Откройте окно, свежий воздух нужен.

Анна Марковна прикрывает глаза.

– Не закрывайте глаза! Говорите со мной. Вы Ренату нужны.

Но она откидывается на спинку стула, теряя сознание.

Анна Марковна обмякает у меня на руках, будто из нее разом вытащили все батарейки.

Иван Андреевич одной рукой достает телефон, второй прикладывает пальцы к шее, прощупывая пульс.

Вызывает скорую.

– Окно откройте. Воды сюда.

Я сжимаю ее ладонь. Холодная. Липкая.

– Анна Марковна, вы слышите меня?
– наклоняюсь ближе.

Но она никак не реагирует.

Скорая приезжает быстро. Маму Рената укладывают на каталку, накрывают пледом. Иван Андреевич отправляет меня сопроводить маму Рената, сам остается тут.

– Давление снижено… тахикардия… - бормочет фельдшер.

Я вру, что дочка, в суматохе никто не проверяет документы. Держу Анну Марковну за руку. А у самой коленки трясутся.

По дороге она приходит в себя.

– Ларисочка… - шепчет.
– Ты тут?

– Да.

– А Ренат где? Надо его…

– Вы не волнуйтесь, там Иван Андреевич с ним. Он попробует его вытащить. Вам сейчас нельзя волноваться.

Она смотрит в потолок, будто там написан ответ.

– Мне надо… с ней поговорить… - вдруг говорит.
– С Женей. С его женой.

– Поговорить… да… Ну куда вам.

– Надо, чтобы она забрала заявление. Мне надо…

– Я схожу к ней, поговорю.

– Ты?
– Анна Марковна смотрит на меня.

– Да.

– А ты ее знаешь?

Лично нет, но заочно, думаю, она знает, кто я.

– Познакомлюсь.

В приемном покое Анну Марковну оформляют. проверяют давление, делают кардиограмму. Кладут в стационар.

Я набираю Ивана Андреевича.

– Маму Рената положили в больницу. Может, и лучше, тут под присмотром будет.

– Я вызвал адвоката, будем пробовать достать его под залог.

– Хорошо.

Я там не помогу. И не факт, что у адвоката получится, зато могу попробовать поговорить с его женой.