Чтение онлайн

– Когда меня отпустят и позволят вернуться в свою комнату, покажу. А пока давай без оскорблений. Кто такой Сэтх?

– ЭТО БОГ, Змей! Такой же великий бог, как Ра, Осирис, Анубис, Бастэт, Гор, Геб, Маат...

– Всё, я понял, давай дальше. И что делает этот ваш бог?

– Что значит ваш? Наш бог! Бог ярости, жестокости, войны, смерти, песчаных бурь и разрушения. Самый свирепый из всех, существующих в мире! Наш город – это его угодия, поэтому в каждом из нас живет Сэтх. Сэтх любит арену, и именно для него всё делается. Любит кровь и жестокость, и мы радуем его, как можем.

«Или себя, идиоты...» - зло подумал Рейвен. Его всегда поражала привычка людей оправдывать любую свою гадость, ссылаясь на волю богов.

– Дело не в Сэтхе, а в ваших оракулах и господах, которым нравится устраивать кровавые зрелища. Вот и всё, - тихо произнес он, посмотрев на своего собеседника.

– Нет, до того раба, который проклял нас, всё было намного лучше. Не было лун!

– А за что вас проклял этот раб? – уточнил Рейвен.

– За арену, пытки и убийства рабов, - радостно ответил Аризен, после чего нахмурился и задумчиво посмотрел на Харта. – Хотя, получается, всё было так же, как сейчас. Только добавились луны...

Рейвен снисходительно посмотрел на молодого парня, которому только что открыл Америку.

– А что это за Ах... конар или комар какой-то?

– Анкханар? – Аризен снова развеселился. – Змей, ты такой...

Внезапно юноша прервался, и в его глазах отразилась тревога. Рейвен проследил за взглядом собеседника, и увидел, как из песка образовывается женская фигура. Аризен вскочил на ноги, как ужаленный, и низко поклонился. Перед ним стояла Нефертари, мрачно скрестив руки на груди. Рейвен тоже поднялся с земли, не желая смотреть на египтянку снизу вверх, однако кланяться не стал.

– Почему ты разговариваешь с ним, Щенок? – обрушилась Нефертари на своего раба. Тот бросил взгляд на Рейвена и быстро произнес.

– Потому что он со мной разговаривал!

Харт покосился на Аризена, несколько недоумевая с его аргументов.

– Запрета на слова не было, поэтому ты не можешь ругать нас за разговор, - ответил Рейвен. Его глаза окрасились медным, ясно давая понять, что он зол настолько, что не в состоянии этого скрыть. В этот миг он буквально ненавидел эту женщину.

– Я могу делать всё, что захочу, вещь! – в гневе воскликнула египтянка. – Аризен, приведи Алоли. Мне он начинает надоедать...

– Так, так, так, какие мы свирепые! – раздался ироничный женский голос, и Нефертари резко обернулась, желая выяснить, кто смеет вмешиваться, когда она собирается проучить своих рабов. В тот же миг губы египтянки тронула улыбка.

– Акана! – воскликнула она и быстро направилась навстречу той, кто сейчас стояла у ворот в сопровождении двух своих рабов. Обе египтянки крепко обнялись.

– Неужели ты поправилась?
– Нефертари ласково погладила подругу по щеке, а затем снова прижала к себе. – Я молилась за тебя богам, милая! И боги услышали. Ты все-таки справилась со своим недугом.

Затем Нефертари бросила мимолетный взгляд на двоих спутников Аканы, которые стояли поодаль, и радостно воскликнула:

– А у меня тоже белая вещь. Иди сюда, ты же еще не видела! – с этими словами египтянка схватила подругу за руку и потащила ее к Рейвену, после чего указала на него пальцем и довольно улыбнулась. Но Харта куда больше интересовала не незнакомая госпожа, а ее спутник. Увидев Дмитрия, он кивнул ему в знак приветствия, и тот ответил таким же кивком. Оба переглядывались, надеясь, что им удастся обмолвиться хоть парой слов и узнать о судьбе своих спутников. Рейвен стал первым после Ильнеса, кого встретил Лесков, и он уже знал, что американец жив. Однако, увидев его на цепи, понял, что дела обстоят не так хорошо. В свою очередь, Рейвен не мог не ужаснуться состоянию Лескова. Щетина, изможденный вид, какая-то тряпка вместо костюма за нецензурную сумму денег.

– Эти белые вещи очень много о себе мнят, - пожаловалась Нефертари. – Чем белее, тем наглее себя ведут. Видимо, считают, что из-за их цвета кожи им ничего не сделается.

– Знаю я одного, кто как раз-таки сделает с ними всё именно из-за цвета кожи, - мрачно усмехнулась Акана. – Интересно, если отправить их на денек-другой к Косэю, может, они станут более покладистыми. Мой Дми-Три отказывается есть, пить и вести себя так, как я захочу.

– С каких это пор появился тот, кто тебе в чем-то отказывает? – Нефертари с любопытством посмотрела на того, кого назвали Дми-Три.

– Потому что он сам внушает другим свою волю. Это и есть его способность.

– Ах, теперь я понимаю, почему во время торгов его хотели купить все. Господа прознали о его способности. А мне никто не сказал. Я бы тогда сама его прикупила. Хотя куда мне... С этим бы справиться.

Акана усмехнулась.

– Я могу помочь... Я ведь тоже умею убеждать, - с этими словами она хотела было приблизиться к Рейвену, но Нефертари остановила ее. Почему-то ей не понравилось это предложение подруги. Она не хотела, чтобы кто-то усмирил ее раба раньше, чем то сделает она. Из дома как раз вышла Алоли с несчастным Аризеном, но Нефертари лениво отмахнулась от них, сказав, что потом накажет провинившихся. Обе госпожи направились к водоему со священными водами, где захотели освежиться, а Дмитрия и Рейвена оставили вдвоем. Оказавшись наедине, они успели переброситься парой фраз и к общей досаде выяснить, что ни тот, ни другой не знают, что происходит с Эриком, Лилит и Ингемаром. Харт вкратце пересказал историю своих злоключений, Дмитрий сухо поделился своими.

Полицейский не сразу заметил, как Дмитрий смотрит ему через плечо. Его глаза на миг окрасились медным, и спустя несколько минут рабыня, которая хотела было подслушать их разговор, принесла им кувшин с водой. Рейвен позволил русскому напиться первому, да и размер емкости был достаточно велик, чтобы хватило на двоих. После оба опустились на траву, обсуждая загадочный колодец Гора, который в итоге оказался всего лишь очередным чудовищем. Затем их разговор переключился на арену, на луны, на проклятье. Разговор с Лесковым сейчас казался Рейвену какой-то отдушиной. Сейчас их вражда ушла на второй план, и обоих куда больше интересовало, как выбраться из этого проклятого места...

Утро одного из представителей великого эльфийского народа началось с падения чего-то липкого и мокрого прямо ему на грудь. Ильнес резко сел на постели и брезгливо смахнул с себя ярко-синюю слизь, которая шлепнулась на пол и замерла, словно решила прикинуться дохлой. Несколько секунд эльф ошарашенно смотрел на неведомое существо, пытаясь понять, представляет ли оно опасность, но после вчерашней встречи с Клитием, Ильнес готов был подозревать даже муравьев. В тот момент, когда эльф потянулся за каменной статуей богини Бастэт, чтобы обрушить ее на странную субстанцию, дверь резко распахнулась, и в комнату заглянула уже знакомая Ильнесу девица со странным именем Роса.

– Послушай, а ты не видел... – начала было она, как вдруг заметила то, что она искала, лежащим посреди комнаты на полу. Затем ее взгляд скользнул по руке эльфа, которая уверенно сжимала голову Бастэт и уже приподнимала фигурку над поверхностью стола.

– Даже думать забудь! – произнесла девушка, угадав, что замыслил остроухий. – Я не для того билась над ним тридцать девять дней, чтобы ты раздавил его! Откуда в тебе столько кровожадности, помощник? Вчера ты пробудил «охотника», который едва не убил тебя и всех обитателей Комнаты Истины, а сегодня решил раздавить невинное создание, чья задача заключается в том, чтобы отпугивать насекомых. Или тебе нравится, когда по ночам тебя кусают разные крылатые...