Чтение онлайн

– Отец, я не смогу, - еле слышно произнесла Акана. – Демон поглощает меня каждый раз, когда я...

Хлесткая пощечина заставила ее прерваться.

– Ты меня услышала, дитя, - тихо произнес оракул. – То, что ты стараешься, не оправдывает тебя. Если тебе будет спокойнее, вещь будет постоянно находиться при тебе. Будет спать у твоих ног, и ты в любое мгновение можешь ей воспользоваться. Теперь займись делом, Акана. Пока твой отец не начал сердиться. Ты же знаешь, я очень не люблю на тебя сердиться, ведь тогда случается нехорошее.

Лесков перевел взгляд на испуганное лицо Аканы, прикидывая, что творил с ней этот изверг. Хоть влияние отца и сильно на нее, но это лишь потому, что она считает его самым близким человеком, который якобы желает ей добра. А что если этот близкий человек станет другим? Впервые Дмитрий задумался над тем, чтобы поменять тактику и начать общаться с этой девицей совершенно другим тоном. Разумеется, не сразу. Она не глупа и заметит подвох. Но если постепенно...

Лесков с досадой попрощался с мыслью о прогулке по рынку и возможности хоть что-то пожевать, но сейчас его заботило следующее: нужно было сделать так, чтобы Акана пребывала в сознании, но при этом Ин-теп влиял на ее психику. Например, заставлял реагировать на жестокость жестокостью.

Акана велела Дмитрию вернуться в свою комнату и позвала его к себе спустя час. К своему удивлению Лесков заметил, что кровавая ссадина до сих пор красуется на губе девушки, словно Эмафион запретил ей исцелять раны. На миг он встретился с Аканой взглядом, и она поспешно отвернулась, словно стыдилась того, что Дмитрий стал свидетелем их ссоры с отцом. Наличие любого другого раба в комнате ни сколь не смутило бы египтянку, но перед этим человеком она слишком часто оказывалась слабой. Не хватало еще, чтобы отец бил ее у него на глазах.

Акана первой опустилась на ковер и велела Дмитрию сесть напротив, после чего, старательно скрывая волнение, произнесла:

– Освободи Ин-теп. Но ровно настолько, чтобы я могла оставаться собой.

– Ты понимаешь, насколько это опасно? – Лесков не ожидал, что она осмелится потребовать у него подобное. Да, отец ударил ее, но это не означает, что нужно сразу бросаться в пропасть, не удосужившись проверить узлы на веревке.

– Делай, - сквозь зубы процедила Акана. Ее глаза гневно сверкнули: еще не хватало, чтобы раб влиял на ее решимость.

– Позволь дать тебе совет?

Египтянка чуть нахмурилась, но затем все же кивнула.

– Когда ты почувствуешь присутствие демона, думай не о нем и не о способах его удержать, а о себе. Быть может, ты терпишь поражение потому, что твое сознание уже занято демоном, несмотря на то, что он еще даже не пробудился.

– Ты ничего об этом не знаешь, - резко ответила Акана. – Хватит тянуть время.

«Как прикажете, «Ваше величество»!» - мрачно подумал Лесков. Ему чертовски не хотелось выпускать Ин-теп на свободу. Эта тварь была слишком непредсказуемой, поэтому при мысли о том, что он вновь встретится с ней лицом к лицу, мужчине стало не по себе. Но вот его глаза окрасились медным, и в ту же секунду кожа девушки начала сереть. Радужки ее глаз покраснели и стали размытыми. То, как стремительно Акана поднялась на ноги, уже говорило о том, что эксперимент провалился. В одно мгновение она оказалась на другой стороне комнаты и замерла, прижимаясь спиной к стене. Какое-то время она молчала, и Дмитрий предположил, что Акане все-таки удается удерживать «зверя на цепи», но внезапно девушка дико расхохоталась. Она походила на умалишенную, которая вырвалась на свободу и теперь не знала, чем ей заняться в первую очередь. Ее глаза быстро скользнули по комнате, а затем остановились на Дмитрии. Мужчина медленно поднялся с пола, внимательно следя за существом, что сейчас находилось перед ним. Его сердце забилось чаще, и уже знакомый страх начал закрадываться в сердце. Лесков еще слишком хорошо помнил, на что способна эта тварь.

– Ты нарушил обещание, - тихо произнесла Ин-теп. – И при этом сдержал его. Я по-прежнему заперта и в то же время сводобна. В тюрьме и вне тюрьмы одновременно.

Ин-теп задумчиво провела рукой по стене, а затем, склонив голову на бок, вновь посмотрела на Дмитрия. Затем ее губы растянулись в хищной улыбке.

Он не успел оступить даже на шаг: так внезапно существо оказалось прямо перед ним. Рука демона легла ему на шею, и это нежное прикосновение заставило мужчину вздрогнуть, как от удара.

– Тише, я не причиню тебе вреда, - мягко произнесла девушка, скользя пальцами по его шее. Лесков знал, что, пока тварь не захватила тело Аканы полностью, он может заставить ее исчезнуть в любую минуту, но перед этим ему хотелось узнать у нее кое-что. Поэтому он позволял демону обнимать себя за шею, словно любимой женщине. Рука Ин-теп переместилась ему на затылок, ласково перебирая волосы. Но внезапно Дима едва не зашипел от боли, когда демон сжала пальцы в кулак и рывком заставила его запрокинуть голову. Ее губы коснулись мочки его уха, горячее дыхание опалило кожу.

– Давай убьем их всех, - услышал он шепот демона. – Останемся только ты и я. Целый город будет лежать у наших ног.

Лесков не шевелился, не желая провоцировать эту тварь, но на деле его успокаивало только то, что демон не обрел свою полную силу. Хоть он и двигался быстрее обычного, но физически еще оставался человеком. Теперь Дмитрий хотел дослушать то, что ему предлагали. Словно прочитав его мысли, Ин-теп коснулась языком его кожи и затем прижалась губами к шее, желая наяву почувствовать его учащенный пульс. Страх растекался по его венам, такой сладкий, что Ин-теп хотелось вонзить зубы в горло Дмитрия и попробовать его страх на вкус. Но не сейчас.

– Я убью для тебя всех оракулов, - от ее шепота по коже Лескова побежали мурашки. Тварь словно читала его мысли, и так хотелось поддаться и поверить ей. Она поднимала в нем злость, честолюбие, жажду мести за каждое свое унижение в этом проклятом городе. – Я принесу тебе их головы и разложу у твоих ног, чтобы ты мог насладиться своей яростью. Или мы убьем их вместе. Начнем с Эмафиона или, если пожелаешь, оставим его напоследок. Мы освободим твоих друзей и поработим каждого врага. Ты только не мешай мне.

– Лучше скажи, как мне выбраться из этого города, - тихо произнес Дмитрий. Ее смех вновь рассыпался мурашками по его коже.

– Тебя держит здесь проклятье, - прошептала Ин-теп. – Проклятье, которое неподвластно ни одному живому созданию. Проклятье, которое может снять только мертвый.

– А ты... можешь снять его? – Дмитрий старался не обращать внимания на то, как губы демона все настойчивее целуют его шею.

– Так же легко, как одежду с этого тела...

Пьянящее чувство надежды, которое давало ему это существо, заставляло Лескова хотеть верить услышанному. Хотелось вцепиться в крохотный шанс на спасение и не отпускать его до тех пор, пока Египет не исчезнет, как страшный сон.

Дима почувствовал, как Ин-теп выпускает из пальцев его волосы, и ее рука вновь перемещается на его шею.

– Только попроси меня, и я сделаю всё, что ты захочешь, - шептала она.

– Тогда сделай это: избавь город от проклятья, а я, в свою очередь, не буду вмешиваться в твои дела.

– Еще мгновение, и я исполню твою волю...

Только сейчас Дмитрий увидел, что глаза Аканы стали практически полностью красными. И в этот самый миг в его сознании промелькнула мысль, что, быть может, это не он сейчас пытается ставить свои условия. Это демон играет с ним. Где гарантии, что эта тварь выполнит свое обещание и не убьет его, едва обретет власть над телом Аканы. Где гарантии, что демон знает, как снять проклятье? Слишком много слов и никаких фактов. Риск был слишком велик.