Чтение онлайн

— Какая честь для нас, — промолвила купчиха Фролова, довольно кряхтя.

— Да, — взволнованно произнесла Лилия, раскрывая изящный серебряный аксессуар.

— Мне очень повезло, — советник продолжал смущать купеческую дочь. Для него это был всего лишь разминочный этюд перед главным действом, и в его голове уже рисовался беспощадный план в отношении такой свежей барышни. Всякая пешка может когда-нибудь пригодиться.

В этот момент церемониймейстер громко, на весь зал, объявил:

— Арсений Петрович Горский с дочерью Алисой Арсеньевной!

Лебедев с наслаждением выдохнул. Представление начиналось. Семейство Фроловых последовало дальше, а советник отступил еще глубже в тень колонны, готовясь наблюдать за первым актом этой тщательно спланированной драмы.

— Ты не изменяешь себе, — с легким смешком хлопнул по плечу Александр Чернышов. — Даже на торжественное событие оделся в черное.

— Привычка, — с едва уловимой иронией в голосе усмехнулся Максим, слегка наклонив голову. Его темный костюм резко контрастировал с яркими нарядами других гостей.

— У военных редко бывают праздники, — заметил князь, деликатно указав взглядом на полного аристократа. Тот, облаченный в белоснежную форму с блестящими эполетами, оживленно беседовал с другим генералом. Их дочери, стоявшие неподалеку, старались держаться с безразличием, но восторженное любопытство так и сияло в их глазах, несмотря на все усилия сохранять невозмутимый вид.

— Наши генералы в белой форме, — добавил граф, внимательно наблюдая за аристократом.

— Для офицеров, не нюхавших пороха, белый мундир — обычное дело, — пожал плечами Воронцов. — На передовой белый китель демаскирует лучше знамени. Впрочем, для службы при штабах — самое то.

Максим не любил такие мероприятия. Его взгляд скользил по залу с легким раздражением. Танцы, разговоры ни о чем… Он ощущал себя здесь не в своей тарелке. «Скорее бы уже появилась Горская», — мысленно повторил он. Станцевать с ней три положенных танца, и можно покинуть бал со спокойной совестью.

— Ты кого-то ждешь? — удивленно спросил Александр. Его высокий рост и широкие плечи делали его фигуру внушительнее поджарого Воронцова. Граф с любопытством смотрел на друга. — Неужели у Максима Сергеевича наконец-то появилась дама сердца? — с легким сарказмом в голосе продолжил Александр. — Имя! Я требую ее имя!

Чернышов тихо рассмеялся и тут же почтительно кивнул двум молодым дамам, которые прошли мимо, украдкой бросив взгляды в сторону мужчин.

Максим неожиданно подумал, что любил только раз и очень давно. И то его отвергли, а потом были лишь увлечения да служба, пока не произошло несчастье в их семье. Князю пришлось вернуться домой… Как же все просто было на границе. Есть задание — ты его выполняешь. Знаешь, что плечо товарища всегда поддержит, а спину прикроют. В столице же легко увязнуть в дворцовых интригах. Вот он и влез…

— Кстати, видел, как ты с Лебедевым шептался, — сменив шутливый тон на более серьезный, продолжил Чернышов. — Опять по своим «следовательским» делам? Или что-то посерьезнее?

Максим нахмурился, его взгляд на мгновение стал отрешенным. Он ненавидел эти игры, и Александра обманывать не хотелось, но…

— Да, по делу, — ответил Воронцов.

— Смотри, Максим, не увязни, — предупредил Александр, и в его голосе впервые прозвучала неподдельная тревога. — Лебедев — скользкий тип.

— Я в курсе, — мрачно бросил князь. — Но пока он мне нужен. Один я не найду… — он запнулся, не желая высказывать вслух свои главные подозрения даже лучшему другу.

— Не найдешь того, что ищешь, — закончил за него Чернышов. — Понимаю. Но будь осторожен. Играешь с огнем.

Максим и сам это понимал. Да вот только иначе не подобраться.

— Арсений Петрович Горский с дочерью Алисой Арсеньевной!

Раздался громкий голос церемониймейстера. Князь взглянул на вход в зал и замер. В дверях, озаренная светом артефактов, стояла она, Алиса Горская. Девушка держала под руку отца, а рядом шел еще один мужчина с большими, навыкате глазами и слегка подпрыгивающей походкой.

Было заметно, с каким достоинством и грацией двигалась Алиса Арсеньевна. Она явно не походила на легкомысленную особу, чей портрет князь мысленно уже нарисовал в голове по сухим строчкам доклада. Платье цвета слоновой кости оттеняло фарфоровую бледность кожи, а в темных волосах, уложенных с изящной простотой, поблескивала скромная жемчужная диадема.

— Хороша… — невольно вырвалось у Чернышова. — Правда, холодна, как зимнее утро. Ее ты высматривал? Горскую?

Максим кивнул, не отрывая взгляда. Внутри у него все странно сжалось, словно он собирался прыгать с горы в глубокие воды Странницы. Князь ожидал увидеть восторженную провинциалку, которую легко ослепить столичным лоском. Горская оказалась другой — холодной, неприступной, окутанной тайной, и она притягивала взгляд. Легкая насмешливая улыбка, с которой Воронцов готовился играть свою роль, замерла на его губах.

— Да, — тихо ответил Максим. — Это она.

Князь наблюдал, как Алиса принимает поклонников. А когда один из офицеров, записавшись на танец, попытался задержать ее руку чуть дольше положенного, Алиса извлекла пальцы с таким безупречным, ледяным изяществом… «Неожиданно, — мелькнула мысль у князя. — Она могла бы с легкой кокетливой улыбкой поставить офицера на место, а здесь — полное безразличие».

— Снежная королева вряд ли удостоит тебя взглядом, — с приятельским злорадством заметил Чернышов. — Хочешь, представлю? У меня есть опыт, как смягчить сердце любой дамы.

— Не надо, — отрезал Максим неожиданно для себя самого. Его азарт охотника, дремавший до этого момента, вдруг проснулся. — Я справлюсь сам. Мы же с ее отцом знакомы.

Он четко видел свою цель: подойти к Арсению Петровичу, обменяться парой светских фраз и под этим предлогом обратиться к его дочери — как старыйзнакомыйее отца, а не как навязчивый поклонник. Это была безупречная тактика. Максим уверенно шагнул вперед, но в этот момент к группе Горских подошло семейство купца Фролова. Князь замедлил шаг, чтобы успеть свернуть и не выглядеть глупо.

— Эй, куда ты прешь как на штурм? — раздался рядом веселый голос Чернышова. Александр легко догнал его. — Я смотрю, ты настроен серьезно. Не позволишь составить компанию? Мастера Горского я тоже знаю, заодно и представлюсь его прелестной дочери. Двух птиц одним выстрелом, как говорится.

Максим с легким раздражением покосился на друга, но мысленно признал, что тот не испортит, а, возможно, даже облегчит ему задачу. С Чернышовым любая, даже самая неловкая ситуация, превращалась в нечто непринужденное и простое.