Чтение онлайн

— А если решишь, что самый умный, так поймаешь кинжал под рёбра где-то в городе. Не сдохнешь, но на больничной койке месяц проведёшь. Или кто-то из твоих людей поймает, — громила сплюнул ещё раз. — И будете ловить, пока я свои монеты не получу. Уяснил?

Главарь положил руку на рукоять меча.

— А теперь отдавай мою записку и проваливай. И если не хочешь неприятностей, помалкивай о нашем разговоре.

Здоровяк требовательно протянул руку.

— Выкинул я твою записку, — равнодушно ответил я. Здоровяк хотел что-то сказать, но я его опередил: — Так звать-то вас как? Ну чтобы я тому Жану сказал, что хочу вас с собой взять.

— Отряд Шрама. Он поймёт, — немного запнувшись, ответил главарь.

— Шрам, мне кажется, он не понимает глубину проблемы. Давай сломаем ему ноги, чтобы дошло лучше, — внезапно подал голос один из людей здоровяка.

Главарь засмеялся и они принялись обсуждать, что лучше мне сломать. Может одну руку? Или одну ногу? Или палец отрезать?

Я слушал их и понимал, что это не пустые угрозы: на этой меня покалечат. Припугнуть их было нечем: Шрам уже знал, что Жан выбрал мой отряд и всё равно решил пойти против помощника Арно. Если я хочу отсюда выйти на своих ногах, придётся убивать. Причём нападать первым и подло, чтобы хоть немного нивелировать их численное преимущество. Замаскировать свои модификации в драке не получится, а значит, уничтожить бандитов придётся всех. Даже если они будут сдаваться и молить о пощаде. Хотел ли я этого? Определённо нет. Но получить увечье, а после ждать кинжал под рёбра и тем более рисковать своими людьми я хотел ещё меньше.

Решение было принято. Мерзкое и неприятное, но другого придумать я не смог.

Бандиты меня не опасались. Значит, элемент неожиданности будет за мной. В руках у меня копьё, у этих отморозков — лишь мечи, что даёт мне существенное преимущество в дистанции. Нужно только его реализовать. Щит у меня за спиной и снять его быстро я не успею — Шрам стоит рядом. В первую очередь нужно нейтрализовать главаря, далее выйти из-под удара бойца, находящегося за мной. Порядок действий примерно ясен.

Начали!

Я резко шагнул вперёд и со всей силы врезал тяжёлым древком копья точно между ног Шраму. Удар вышел хлёстким и гнусным — таким, каким и должен быть. Здоровяк даже не успел схватить за оружие. Глаза вылезли из орбит, лицо мгновенно побелело, а из горла вырвался сдавленный, почти визгливый стон. Шрам начал складываться пополам, хватаясь руками за пах, и рухнув на землю, катался и сучил ногами.

Разум составил план и разметил точки на земле, а навык «Древковое оружие (F)» вёл меня по этим точкам, делая копьё продолжением рук.

Не теряя ни секунды, я крутанулся на левой пятке. Четвёртый, что заходил сзади, только-только начал вытаскивать меч из ножен. Для бандитов атака оказалась совершенно внезапной: новичок-молокосос должен был трястись от страха и просить пощады, а не начинать резню первым.

Короткий, экономный укол. Остриё вошло четвёртому под челюсть и вышло сзади из шеи. Бандит дёрнулся пару раз, булькнул горлом и обмяк, сползая с древка, как пустой мешок.

Оставшиеся двое, хоть и с опозданием, но среагировали.

Второй рванул ко мне с занесённым мечом, пытаясь сократить дистанцию. Я выдернул копьё из трупа, но не успевал развернуть, поэтому сделал шаг назад и ударил нападающего пяткой в солнечное сплетение. Противник на мгновение замешкался, и я сделал разворот вбок, так, чтобы второй оказался между мной и первым, словно преграда. Одновременно с шагом я крутанул копьё, направив его наконечник на второго.

Сталь наконечника блеснула в лунном свете и первый, находясь за спиной второго, замер. Он уже не рвался вперёд, как его дружок несколько секунд назад. И взгляд у него был другой: не злой, а хладнокровный. Первый понял, что «новичок-молокосос» обращаться с копьём умеет и крови не боится.

— Братан, валим! — выдохнул он второму, и оба начали пятиться, держа мечи перед собой, но уже не для атаки, а для защиты.

Они надеялись, что я дам им спастись. Что я обрадуюсь, когда они побегут. Но свидетели этой стычки, которые затаят злобу и будут рассказывать свою версию событий, мне не нужны.

Я сделал шаг, и древко копья снова стало продолжением руки. «Древковое оружие (F)» мягко подсказывало углы и дистанцию, как будто кто-то невидимый рисовал мне линии в голове. Бандиты верно почувствовали, что я не собираюсь их отпускать. Они разошлись в стороны — один влево, второй вправо, надеясь раздергать моё внимание и достать.

У них не получилось.

Резкий выпад — и копьё вошло первому под ключицу. Он даже не успел замахнуться. Только коротко хрипнул, выронил меч и схватился руками за древко. Я провернул наконечник внутри, выдернул и сразу же крутанулся на пятке, поворачиваясь к оставшемуся.

Он успел сократить дистанцию.

Широкий, отчаянный замах мечом. Клинок свистнул горизонтально, стремясь распороть мне брюхо. Я не успел подставить копьё. Не успел уйти. Только чуть довернул корпус.

Клинок прочертил длинную полосу по моему животу.

Ткань рубахи разошлась с противным треском, и я почувствовал жгучую линию, проходящую ниже ребёр. Но дальше — ничего. Ни вывалившихся кишок, ни крови. Только лёгкое жжение, будто кто-то провёл по коже тупой стороной ножа. «Армированная Кожа (Е)» сработала идеально. Меч просто не смог её прорезать — широкий, размашистый удар самым кончиком лезвия оказался слишком слабым для этого.

Бандит замер. Глаза у него стали круглыми, как у совы.

— Что за херня… — выдохнул он, глядя на свой меч, будто тот предал его.

Этого мгновения мне хватило.

Я шагнул вперёд и, ведомый навыком, вогнал копьё ему под ребра. Бандит согнулся, выронил оружие и медленно осел на колени, хватаясь за древко обеими руками. Я выдернул копьё, и он рухнул лицом вниз, затихая.

Безмолвие вернулась на поляну. Только где-то далеко снова ухнула сова, будто ничего и не произошло.

Я перевёл дыхание, огляделся. Трое готовы. Остался главарь.

Шрам всё ещё катался по земле, сжавшись в комок и подвывая. Лицо у него было мокрым от пота, глаза выпучены, а руки судорожно прижимались к паху. Никаких ран — хватило одного хорошего, «честного» удара между ног.

Я подошёл к здоровяку не спеша, поставил ногу ему грудь и слегка придавил, прижимая к земле. Копьё я держал так, чтобы наконечник смотрел ему в лицо. Шрам притих и уставился на меня. В нём больше не было ни ленивой угрозы, ни презрения. Только шок и животный страх.

— Ну что, — спокойно сказал я, — продолжим разговор? Или мне сначала ноги тебе переломать, как ты предлагал?

Шрам дёрнулся под моей ногой, пытаясь отползти, но я только сильнее прижал его к земле. Копьё в моей руке чуть качнулось, и наконечник холодно блеснул у самого его глаза.