Чтение онлайн

До сих пор я не осознавала, насколько нам повезло.

Лоррис подошел ближе к кровати сестры:

— Она поправится?

Мальчишка смотрел все так же хмуро, но в лице появилась тревога.

— Думаю, да, но я помогла бы Эвани куда лучше, если бы знала, что случилось.

Лоррис внимательно посмотрел на сестру, потом скептически — на меня.

— Вчера мы были в городе с мамой, и Эвани потерялась. Когда мы нашли ее, она сказала, что какая-то женщина дала ей цветы. Через несколько часов вся кожа у нее покрылась красными пятнами.

— И вы думаете, что причина в цветах?

— За растениями у нас в поместье ухаживает смертный. Он увидел те цветы у Эвани и сказал, чтобы мы их у нее забрали.

Я нахмурилась:

— Они еще у вас?

— Нет, мы их выбросили.

Я снова посмотрела на девочку. Эвани буквально запеленали в одеяла, но на открытой полоске кожи под подбородком виднелась краснота.

— Эвани, — проворковала я, — можно я посмотрю на твои ручки?

Девочка категорично закачала головой:

— Нет, нет, не трогай!

Я подняла руки вверх:

— Трогать не буду, обещаю! Я просто хочу увидеть, как они выглядят.

Эвани посмотрела на брата, выискивая подтверждение того, что мне можно доверять. Я ожидала, что Лоррис бросится вон из комнаты с каким-нибудь ехидным замечанием, но, мне на удивление, он сел рядом с сестрой.

— Все в порядке, Эв, — проговорил он ровным, спокойным голосом. — Покажи ей, где больно.

Эвани опасливо стягивала с себя одеяла, пока не показались ее руки — толстые и раздувшиеся. Светлую кожу покрывали припухшие волдыри. Я внимательно всмотрелась в ее лицо. Глаза были ясными, без покраснений, а носом она хлюпала не от слез, а от хронического насморка.

— Те цветы были мелкими, желтыми, с крупными восковыми листьями? — спросила я.

— Вроде да, — кивнул Лоррис.

— А пахли они ириской?

От удивления мальчишка даже сел ровнее.

— Да… Откуда ты знаешь?

Я снова нахмурилась, потом потянулась за сумкой и начала перебирать бутылочки и кремы.

— Так, Эвани, у меня есть хорошая новость, отличная новость и фантастическая новость. Которую хочешь услышать первой?

По-прежнему сомневаясь, девочка взглянула на брата.

— Фантастическую, — тихо ответила она.

— Фантастическая новость… — я вытащила горсть ярко-оранжевых и розовых леденцов, завернутых в вощеную бумагу, — заключается в том, что за храбрость ты получаешь конфетки!

Слезы мигом высохли — девочка села в постели и протянула маленькие ручки за угощением, начисто позабыв про свои раны. Я, возможно, умолчала о том, что мои леденцы скорее лекарство, чем конфеты, но это целительский секрет, который я унесу с собой в могилу.

— А в чем хорошая новость? — спросил Лоррис.

— Я знаю, от чего эти волдыри. То растение называется смертотень. — У брата и сестры глаза синхронно полезли на лоб. — У него только название страшное. Если не есть его, ничего хуже волдырей не будет.

— А отличная новость? — в свою очередь спросила Эвани.

— У меня есть крем, который волдыри залечит. — Я подняла баночку со смесью цвета горчицы. — И действует она быстро.

— А плохая новость есть? — поинтересовался Лоррис.

— Ну, крем мне нужно нанести на ранки, отчего может быть немного больно.

— Не трогай! — Девочка снова покачала головой и отпрянула от меня, спрятав ручки под одеяла.

Я с надеждой взглянула на Лорриса.

— Может, подержишь ей руку и покажешь пример непревзойденной смелости?

Лоррис наморщил лоб, глядя то на Эвани, то на меня, — он явно разрывался между заботой о сестренке и желанием казаться отстраненным и очень важным, как отец.

К счастью и к моему удивлению, сочувствие пересилило. Лоррис вытащил руку сестры из-под одеяла и зажал ее ладошку в своей.

— Помнишь, что отец говорил нам, Эв? Мы во главе Дома Бенеттов. Мы должны быть сильными и никогда не показывать слабость. На нас смотрит весь Дом. Нам нельзя позорить отца ревом.

Глядя на брата, девочка медленно кивнула, хотя нижняя губа у нее дрожала.

С бесконечной аккуратностью я зачерпнула крем и кончиками пальцев нанесла его на кожу Эвани. От прикосновения Эвани вздрогнула, ее ручки побелели: так сильно она стиснула пальцы брата.

Стараясь действовать максимально быстро, я покрыла кожу толстым слоем крема.

— Попробуйте подуть на ранки! — посоветовала я им обоим. — От ветерка станет чуть легче.

Девочка окинула меня откровенно подозрительным хмурым взглядом, и я закусила губу, чтобы не расхохотаться. Зато ее брат проглотил наживку, наклонился и подул ей на руку.

Эвани охнула, потом захихикала:

— Лоррис, щекотно!

Вскоре мы все смеялись и по очереди дули Эвани на руки, а она визжала и извивалась на кровати. Даже Лоррис позволил себе улыбнуться: суровая маска наконец спала.

Я воспользовалась весельем и нанесла остаток крема. Несмотря на мои легкие прикосновения, когда я добралась до самых глубоких волдырей, смех девочки снова превратился во всхлипы.

— Эвани, смотри! — выпалил Лоррис, вытягивая руки. — На прошлой неделе я научился этому в школе.

В центре его сложенных чашей ладоней появился светящийся шарик. Первое мгновение он лишь дрожал и крутился, но потом начал медленно обретать форму, превращаясь во что-то вроде подыхающей полусъеденной моли.

— Бабочка! — пролепетала Эвани. Ее глаза стали круглыми, как блюдца, а магическое создание залило ее лицо голубоватым сиянием. — Как красиво!

От стараний лоб Лорриса сосредоточенно наморщился, кончик языка высунулся из уголка рта. Моль — нет, бабочка! — взмахнула одиноким слабым крылышком, Эвани взвизгнула, с чистым восторгом хлопая в ладоши, а я воспользовалась шансом нанести остатки крема.

— Трудно придавать свету такие формы? — спросила я.

Лоррис посмотрел на меня, озадаченно нахмурившись: