Чтение онлайн

— Нет, ещё нет. Это мне решать.

Она кивает, наблюдая за мной с кровати, стоя на коленях, в своих туфлях «трахни меня» и чёрных кружевных стрингах.

Я скидываю обувь, снимаю носки и расстегиваю рубашку, сбрасывая её с плеч. Теперь её очередь ахать и таращить глаза. Мое тело стройное, без жира. Время, проведённое в спортзале и беге, держит меня в форме. Мои шесть кубиков пресса — ключ ко всему.

— Господь с тобой, — шепчет уже она, двигаясь вперёд на коленях, приближаясь ко мне на краю кровати.

Её рука сжимает меня в кулак, медленно двигаясь по члену вверх и вниз, когда она спрашивает:

— Презерватив? — я лезу в задний карман за бумажником и вытаскиваю три. — Только три? Тогда не будем тратить их зря. — Она наклоняется и кусает мой сосок, а затем посасывает его.

Я тянусь к её сиськам, обхватываю их обеими руками и сжимаю соски между большими и указательными пальцами, сначала слегка, чтобы оценить её реакцию. Когда она стонет, я сильнее перекатываю их между пальцами, и она стонет громче. Когда я сильно щипаю их, она откидывает голову назад и издаёт стон проклятия. Я отпускаю один сосок, наклоняюсь, беру вершинку в рот и продолжаю щипать другой. В этот момент её руки почти лихорадочно работают над моим членом, и если она продолжит в том же темпе, я кончу, как какой-нибудь подросток в её ладошках.

Я убираю её пальцы с себя и продолжаю гладить обе груди руками, сжимая, разминая, массируя.

— Надень, — требую я от неё, указывая на презервативы, лежащие рядом на кровати. — Надевай сейчас же.

Она кладёт уголок обёртки в рот, отрывает верхушку и вытаскивает презерватив из упаковки.

— Я не делала этого очень, очень давно, — признается она, раскатывая его по члену, сжимая кончик, чтобы выпустить воздух. — Прямо как езда на велосипеде, — хихикает она, снова начиная гладить меня.

— Как сильно ты любишь свои трусики? — спрашиваю я, полностью готовый заменить их, несколько раз, если она этого захочет.

— Не так сильно, как мне нравится мысль, что ты собираешься сорвать их с меня, — стонет она, покусывая мою челюсть, когда моя рука сжимает одну сторону её трусиков, срывая их с неё.

— На спину, посередине кровати, широко раздвинь ноги для меня, — мне не нужно просить её дважды, потому что она поворачивается и ползёт к середине кровати, показывая мне свою идеальную задницу в форме сердца. Она смотрит на меня через плечо, подбадривая меня. — Это поза, которую я с нетерпением жду чуть позже, — затем она переворачивается на спину и ложится, устраивая голову на подушке.

Она поднимает колени, упираясь туфлями в матрас, и медленно раздвигает ноги, достаточно широко, чтобы они упали по сторонам. Она — настоящее зрелище, там, посреди кровати, открытая, готовая и влажная для меня, только для меня.

Я ставлю колено на кровать и придвигаюсь к ней, мой член твёрже, чем когда-либо, без сомнения, зная, что он вот-вот погрузится в чистые небеса.

Я подтягиваю её колени вверх, отталкивая их в стороны и заставляя её киску раскрыться. Удерживая её ноги на месте, я говорю ей:

— Введи меня внутрь, Лорен.

Она берет мой член в презервативе в руку и потирает меня о свою скользкую щель и ведёт к отверстию своей киски. Медленно она проталкивает головку внутрь и убирает руку, чтобы я взял всё на себя. Я смотрю, как погружаюсь в неё полностью.

Её киска сжимает мой член так крепко, будто его душат наилучшим из возможных способов. Я с шипением выдыхаю от удовольствия, в то же время она стонет:

— Так хорошо.

Крепче сжимая её колени, я выхожу, а затем снова врываюсь, слегка покачивая бёдрами. Её киска становится невероятно тугой с каждым ударом.

— О, боже, — стонет она, когда одна её рука опускается на сосок, в то время как другая медленно тянется по её телу к клитору. Она проводит пальцами по своей щели и вокруг меня, пока я проникаю в неё и выхожу из неё, делая её пальцы мокрыми, а затем возвращается к клитору, обводя его. Я полностью погружаюсь в неё по самые яйца, боясь пошевелиться из страха, что кончу раньше неё. Мне просто нужна секунда, чтобы взять себя в руки, но у Лорен другие идеи.

— Двигайся, Остин, пожалуйста! — умоляет она, извиваясь подо мной, наклоняя бёдра и принимая мой член глубже в свой жар.

Я начинаю двигаться всерьёз, вырываюсь, а затем врезаюсь в неё так сильно, что изголовье кровати несколько раз отскакивает от стены.

— Да, да, да! — повторяет она, палец на клиторе двигается всё быстрее и быстрее, пока её киска пульсирует и сжимается вокруг меня.

Я не останавливаюсь. Я просто продолжаю врываться в неё, звуки нашего тяжёлого дыхания и соприкосновения кожи наполняют воздух.

Чем сильнее я вколачиваюсь, тем напряжённее она становится.

— Я собираюсь кончить, — выдыхает она. Её рука теперь почти яростно потирает взад-вперёд свой набухший клитор. — Сильнее, — умоляет она, раскрывая ноги ещё больше, поднимая бёдра навстречу моим толчкам и издавая стоны от оргазма. Её киска сжимается на моём члене, пульсируя и пульсируя вокруг него, пока я двигаюсь. Рука у неё между ног не останавливается, и ощущение её кульминации в сочетании с наблюдением за тем, как она отпускает себя, становится для меня последней каплей. Я продолжаю вонзаться в неё, достигая матки с каждым ударом, когда молния проносится по моему позвоночнику к яйцам, и я следую за ней через край. Я кончаю сильнее, чем когда-либо в своей жизни, так сильно, что смутно задаюсь вопросом, не порвётся ли от этого презерватив. Её оргазм тоже ещё не прекратился, и её киска доит меня, выжимая из меня каждую каплю.

С моим членом, всё ещё погруженным в неё до основания, я отпускаю её ноги, обхватываю Лорен вокруг талии и падаю на локти у её головы.

— Это было… — я пыхчу, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями, в то время как она обнимает меня за шею, опуская мой вес на себя.

— Было, — соглашается она, целуя мой подбородок, а затем мои губы между её собственными тяжёлыми вдохами. — Определённо, нам нужно сделать это ещё раз.

У меня нет шанса не согласиться с ней, потому что её рот накрывает мой, и все мысли исчезают, когда я теряюсь в Лорен.

Свет проникает в комнату, падая прямо мне на лицо, как луч фонарика. Я стону, пытаясь схватить что-нибудь, чтобы скрыться от него. Я цепляюсь за одеяло, пытаясь подтянуть его повыше, чтобы прикрыть голову, но оно не поддаётся.

Нежные, как прикосновение крылышек бабочки, поцелуи, касающиеся плеча, заставляют меня улыбнуться. Остин. Лучшая. Чёртова. Ночь. В. Моей. Жизни. Ну, кроме появления моих детей. Ладно, лучший грёбаный секс в моей жизни.

Я не отвечаю на поцелуи. Его пальцы теребят мой сосок, перекатывая его между ними, пробуждая моё тело и заставляя жаждать его.

— Я знаю, что ты не спишь, — говорит он между поцелуями.

— Мне нужна еда, — отвечаю я. — Никакого секса, пока у нас не будет еды, — я ещё глубже погружаюсь в его объятия. Твёрдый член упирается в мою задницу.

После первого раза мы вздремнули, и он разбудил меня на второй раунд своим ртом между моих ног, прежде чем я оказалась верхом на нём, как королева родео. Я думаю, что шокировала парня, когда внезапно соскочила с него в середине скачки и, развернувшись, села назад в стиле обратной наездницы. Я не удивилась тому, что, увидев мою задницу, Остин отшлёпал её. Нет, что меня удивило, так то, как сильно мне это понравилось. Он, опирающийся на изголовье кровати, я лицом вперёд, глядя на нас в зеркало над моим комодом, будто смотрю своё личное порно. Один из самых жарких моментов в моей жизни.