Чтение онлайн

Где был это человек восемь лет? Почему не выходил на связь? Он это или не он? Куча вопросов.

Новый резидент в Аргентине не имел никаких контактов с Конрадом и все попытки отыскать его следы ни к чему не приводили, пока в сорок восьмом Конрад сам не вышел на связь. С тех пор он несколько раз передавал не очень важные сведения для НКВД пока в этом, пятьдесят пятом году вдруг, как гром с ясного неба, не начал бомбардировать МГБ информацией о предстоящем кризисе в районе Суэцкого канала между Израилем и Египтом. Причем, как-то странно: сообщения носили форма отчетов о выполнении задания. Никаких документов относительно чего-либо подобного от руководства МГБ Конраду не поступало. Разве только он выполнял чью-то личную просьбу в обход МГБ? Но, это же бред! Обойти МГБ невозможно. Берию, конечно, убрали, но ведь ничего не изменилось — сила инерции велика и еще очень долго будет тащить этот состав. Не в Берии дело. И без него было кому решать — ведь закопали же его! какой же он тогда всесильный? Но не это главное — для Сергея сразу стала очевидной связь между Аргентиной, где ранее находился Конрад, и Египтом: и там, и там после войны создались крупнейшие в мире немецкие диаспоры, бежавших из Германии нацистов — это было известно всем разведкам мира. То, что Конрад возник в этом неожиданном для Москвы месте было вполне объяснимо его тесными контактами с немцами, но другое настораживало Трошин. Предположим, он узнал о резкой перемене политики Москвы по отношению к Израилю из официальной хроники, но как Москва так быстро вошла в тесный контакт с непримиримыми соперниками, если не с чьей-то помощью? А подготовка такого контакта должно быть санкционировано. Кто еще ведет игру с Западом мимо МГБ? Чей агент этот Конрад? Значит, он каким-то образом участвовал в подготовке контакта Москвы и арабских стран против Израиля. Но для подтверждения этой версии нет никаких оснований — не было никаких документов, вообще ничего не было целых восемь лет! И еще Сергей заметил одну странность: до сорокового года, когда исчез Конрад, в делах то и дело проскакивали фразы об операции «Донор 1», которая началась где-то в двадцатых годах. Незадолго же до своего исчезновения, в середине тридцатых, Конрад сообщал об удачном завершении операции «Донор 2». Что это была за операция Сергей пока понять не мог. Евреи или арабы? Или вообще, что-то другое? Кто — донор? Правда, в одном сообщение говорилось следующее: «Поздравьте, ребенок родился здоровым». Что, кто-то занимался интимными делами Конрада? Ни фига себе спецоперации!

Трошин решил параллельно просмотреть официальную хронику и закрытые документы в отношении Израиля. Во время дебатов в ООН в сорок седьмом году СССР поддерживал план раздела Палестины, ведущий к созданию еврейского государства. «Это решение, — говорил Андрей Громыко на Генеральной ассамблее ООН, — отвечает законным требованиям еврейского народа, сотни тысяч представителей которого все еще не имеют ни земли, ни дома». Создание Израиля рассматривалось в Москве как удар по британскому империализму на Ближнем Востоке, нанесенный прогрессивными евреями, в основном русского происхождения. Со стороны ООН это было встречено достаточно лояльно и даже с некоторым воодушевлением: жертвы еврейского народа во второй мировой войне уже были известны и производили ужасающее впечатление. Одним из консультантов Генерального Секретаря ООН по этому вопросу был известный ученый-немец, который во время войны делал все возможное во имя спасения представителей еврейского населения Германии и Австрии — доктор Йоганн Бойзен. Его доклад на ассамблее произвел взрыв эмоций. В докладе приводились такие факты и цифры, что присутствовавшим на его выступлении становилось просто физически плохо. Активное участие доктора Бойзена в создании еврейского государства Израиль трудно было переоценить. Правда источники сообщали о его тесном сотрудничестве с английской разведкой МИ-5, но как тогда можно оценить противодействие англичан созданию Израиля и участие в этом доктора Бойзена? Странная игра. Нет, если предположить, что англичанам было выгодно иметь своего агента среди отцов-основателей Израиля.

Арабские атаки на сионистов в Москве считали отчаянным ответом реакционных феодальных правителей на возникновение нового прогрессивного режима. Советская дипломатическая поддержка и поставки оружия через Чехословакию во время их войны с арабами, были важнейшими факторами создания в мае сорок восьмого года государства Израиль. СССР хотел реально укрепиться на Средиземноморье и Израиль, в качестве оплаты за помощь, должен был сделать это. Сталин лично дал команду Первому главному управлению МГБ обеспечить союз Израиля с СССР. В это время на свет Божий появляется Конрад. Он сообщает о негативных тенденциях внутри самого Израиля по отношению к СССР, но никто, включая главу отдела Ближнего и Дальнего Востока полковника Андрея Отращенко, не воспринял тогда эту информацию всерьез. Все были в эйфории оттого, что дали пинок под зад англичанам и заняты созданием «любовного фронта» по заказу Сталина. Сотрудники отдела готовили в СССР эмигрантов в Израиль для работы советскими нелегалами, потому что эмиграция позволяла разрабатывать идеальных шпионов для работы внутри самого Израиля, а также против стран Запада.

Так или иначе, но сведения Конрада либо подтвердились, либо его деятельность дала результаты: с пятидесятого года отношение СССР к Израилю резко изменилось. Конрад все время сообщал о действиях Израиля по пути сближения с Западом и отходе от социалистических принципов. Его сообщения носили провокационный характер и попахивали английским душком, но ситуация внутри СССР косвенно подтверждала его сообщения. Слишком был велик энтузиазм советских евреев — многие собирались уезжать, что не могло понравиться руководству СССР. Агитация израильской дипломатической миссии переходила все оговоренные ранее рамки. Чтобы воспрепятствовать этому, внутри СССР даже была проведена такая кампания: «Никогда и ни при каких обстоятельствах советские евреи не поменяют свое социалистическое отечество на другую родину!» Сталин высказался более прямо: «Хорошим рабочим надо раздать дубинки, чтобы они выбили дурь из этих евреев до конца рабочего дня!» Не прошло и пяти лети после окончания страшной войны, еще пепел газовых камер не стал землей и запах не смешался с потом, а Советы продолжили игру, начатую нацистами.

Первое время, несмотря на кампанию против сионистов внутри страны, СССР поддерживал Израиль. Но представленные в ЦК внешней разведкой данные подтверждали растущие контакты Израиля с Западом и Кремль, из-за такого предательства евреев, переключился на поддержку арабов против Израиля. Как быстро все это произошло! Поверить в то, что поведение Израиля было внезапным — глупо. Не знали об этом в Москве или не хотели знать? Или все это — очередная удачная провокация? В течение двух лет поменять «друзей»: уйти от страны, которая почти на половину состоит из бывших сограждан, и перейти в лагерь арабов, которые и близко не лежат ни по менталитету, ни по своим взглядам и целям с СССР! Мало того: арабов всегда поддерживала Англия, против которой Москва последнее время боролась! Как это понять, что два непримиримых соперника оказались по одну сторону, а по другую кто? США, что ли? Что это — желание поссорить Англию с США или это была попытка примирения с одним из бывших союзников по второй мировой войне? Так или иначе, но факт остается фактом — разведки всех этих стран замутили такую кашу, что правительствам стало не скучно.

Трошин отупел. Нет, правда! Через пять лет после войны СССР поддерживает Египет, где находится крупнейшая нацистская диаспора, против евреев, которых представители этой кучки беглых фашистов уничтожали. Ссора Сталина с Гитлером забыта? Сталин хочет начать все сначала? По всему выходит, что наша разведка работает под прямым руководством Великого Учителя. Вот еще Трошин наткнулся на отчет о собрании отдела Первого главного управления по Дальнему и Ближнему Востоку. Пояснение сотрудникам разведки, как надо относиться к слову «сионизм», уж больно похожему на слова «сталинизм» и «марксизм-ленинизм»: «...Упомянутый «изм» не соответствует «марксизму-ленинизму». Он сродни «троцкизму».

Опять! Вот оно: через десять лет Троцкий вышел из могилы. Сергей, не задумываясь, что делает, аккуратно заложил закладкой недочитанные материалы, сдал их сотруднику архива, которого вызвал звонком, и пошел к выходу. Очень хотелось пива: разливного, со слегка подсоленными сушками и очень не хотелось думать о том, что завтра с утра надо писать отчет о проведенной сегодня работе, о выводах, к которым он пришел. Если Сергей напишет о том, что он думает — это все равно, что самому себе написать приговор.

Вдруг шальная мысль как будто зазвенела в голове: « Мне надо ехать в Аргентину. На месте я все смогу довести до конца. Они же понимают, что кроме меня теперь никто не может найти Конрада. А я знаю, что он там. Зачем они меня выбрали? Почему тогда в сорок восьмом из Бразилии меня не выбросили на помойку, а оставили в деле? Теперь пришло мое время? Мне надо ехать. Обязательно надо ехать. Пора! Треснуть что ли водки?» Было немного свежо, но не холодно, а Сергея знобило.

20.

Ах, какая это страна — Аргентина! Этакий «Париж Южной Америки» — ленивый, прожорливый, циничный, чванливый, образованный, ненадежный, эмоциональный и расчетливый. Удивительные, милые, добрые люди, которым на вас глубоко наплевать — вы их заинтересуете, конечно, если у вас хороший счет. Но ровно настолько, пока у вас не кончатся деньги, а в долг здесь не дают. Здесь на слово не верят. А если вдруг у вас беда и вы захотите найти честного адвоката — поезжайте лучше в Грецию — там не так нагло обманывают. Везде все решают деньги, а в Аргентине все решают очень большие деньги, потому что маленькие заберут и вас не заметят. Но вы не обижайтесь — не пройдет и года, как вы сами станете таким же и на любую, самую простую, просьбу, перед тем как про нее забыть, будете с улыбкой отвечать: «Маньяна! Приходите завтра!» В этом и есть прелесть Аргентины: все делается не со зла, а просто потому что — а кто вы такой, что бы мешать нам жить в свое удовольствие?

... Но только в Буэнос-Айресе в кафе «Идеал», что на углу Сипача и Коррьентес, когда во второй половине дня собираются портеньос и наблюдают за проходящей мимо жизнью, можно попробовать «большой чай» с пирожными, каких больше нет в мире. Говорят, что они пахнут молоком матери. Мне трудно с этим спорить — у меня не было матери. Только в Буэнос-Айресе паррильяс (заведения, где жарят мясо) больше похожи на храмы, чем на рестораны. Только в Буэнос-Айресе вы можете попробовать матамбре — это нечто вроде рулета, начиненного овощами и сваренными вкрутую яйцами, которое подается холодным, но только в качестве закуски! А потом вы обязательно должны попробовать паррильяда — это жаркое из самых разных больших кусков мяса с потрохами и сосисками для самых изысканных гурманов. Но только требуйте, чтобы мясо было югосо — с кровью и закажите у официанта салса чимичурри. Это приправа считается такой острой, что заказывая ее, вы можете услышать возглас уважения даже от самого официанта! И не забудьте бутылку вина из винодельни Наварро или Эскориела. После этого можете уходить и искать себе партнершу для танго. Только в Буэнос-Айресе вы будете танцевать танго, пока ваши ноги не сотрутся в кровь, потому что партнерша похожа на сгусток крови и тает в ваших объятиях. Только в Буэнос-Айресе на вас по-настоящему кровно обидятся, если вы вдруг поймаете чужую руку в своем кармане и попытаетесь вызвать полицию, которая к вам не поспешит. И только в Буэнос-Айресе вас убьют просто за то, что вас не знают, а значит — вы никому не нужны!

Вы заранее готовы любить их только за то, что в семнадцатом году человек по имени Карлос Гардель записал на пластинку первое танго «Mi Noche Triste». Вы любите танго, вы возбуждаетесь при звуках танго, так дай вам Бог любить его дома, а не соваться со своей любовью в Буэнос-Айрес!

Но мне всегда нравились эти люди, потому что ни у кого из них нет прошлого. Они никогда не спрашивают откуда ты пришел, потому что знают — это опасно. Опасно спрашивать и опасно знать, откуда и зачем пришел человек. Чтобы понять это надо читать Борхеса. Удивительная страна, которая непохожа ни на одну страну в Южной Америке. Ее населяют белые. Здесь нет черных и даже мулатов. Здесь свой рай построила белая нация. Здесь у всех жителей предки были разбойниками и преступниками. Я поселился здесь в сороковом — как будто и не уезжал из пока еще благополучной Германии Адольфа Гитлера! Правда, тогда меня еще называли не Дон Германн, а Антонио Сото.