Большие жизненные льготыумелой старостью добыты:мои вчерашние заботысегодня мной уже забыты.Боюсь я, будет очень тяжкомне жить в кошмаре предстоящем:во мне унылый старикашкасвирепо борется с гулящим.Конечно, сокрыта большая кручинав том факте, что нас ожидает кончина,однако прекрасно и очень гуманно,что точное время до срока туманно.Всё, что сбылось и состоялось,а не сошло на нет обманчиво,совсем иным в мечтах казалосьи было более заманчиво.По жизни главный мой трофей —богам служенье скромное;Венера, Бахус и Морфей —спасибо вам огромное!Где же тот подвижный горлопан?Тих и семенит едва-едва.Стал я грациозен, как тюльпан,и висит на стебле голова.Приходит возраст замечательный,нас постепенно усыпляющий:мужчина я ещё старательный,но очень мало впечатляющий.В эпоху дикую, трагичную,в года повального разбояприятно встретить смерть обычную —от долгих лет и перепоя.Когда-то мысли вились густо,но тихо кончилось кино,и в голове не просто пусто,а глухо, мутно и темно.Хотя врачи с их чудесамивполне достойны уважения,во мне болезни чахнут самиот моего пренебрежения.Было в долгой жизни много дней,разного приятства не лишённых,думать нам, однако же, милейо грехах, ещё не совершённых.Нет печали, надрыва и фальшив лёгких утренних мыслях о том,как заметно мы хуже, чем раньше,хоть и лучше, чем будем потом.Теперь душа моя чиста,ей чужд азарт любого вида,и суп из бычьего хвостамне интересней, чем коррида.Не ликуйте, закатные люди,если утром вы с мыслями встанете:наши смутные мысли о блудене из тела текут, а из памяти.Рад я, что за прожитые годыв чаше, мной уже опустошённой,было недозволенной свободыбольше, чем убогой разрешённой.Живу я, почти не скучая,жую повседневную жвачку,а даму с собачкой встречая,охотней смотрю на собачку.Услыша стариковское брюзжание,я думаю с печалью всякий раз:оставив только хрип и дребезжание —куда уходит музыка от нас?Со старыми приятелями сидя,поймал себя вчера на ощущении,что славно бы – остаться в том же видепри следующем перевоплощении.Я в разных видах пил нектарсуществования на свете;когда я стал угрюм и стар,меня питают соки эти.Дух упрямства, дух сопротивления —в старости полезны для упорства:старость – это время одолениявязкого душевного покорства.Покой наш даже гений не нарушитвысокой и зазывной мельтешнёй,поскольку наши старческие душиуже не воспаляются хуйнёй.Шумливы старики на пьяной тризне:по Божьему капризу или прихоти,но радость от гуляния по жизнизаметно обостряется на выходе.Хочу, поскольку жить намерен,сейчас уже предать огласке,что даже крайне дряхлый меринещё достоин женской ласки.Я с юности грехами был погублен,и Богу мерзок – долгие года,а те, кто небесами стал возлюблен,давно уже отправились туда.За время проживаемого днямой дух живой настолько устаёт,что кажется, житейского огняво мне уже слегка недостаёт.Интересно стареют мужчины,когда их суета укачала:наша лысина, брюхо, морщины —на душе возникают сначала.Мне кажется, что я умру не весь,окончив затянувшийся мой путь:душе так интересно было здесь,что вселится она в кого-нибудь.И понял я: пока мы живы,что в наше время удивительно,являть душевные порывы —необходимо и целительно.День у пожилых течёт не мрачно;в жилах ни азарта нет, ни ярости;если что сложилось неудачно —сразу забывается по старости.Скоро мы, как дым от сигареты,тихо утечём в иные дали,в воздухе останутся ответы,что вопросов наших ожидали.Живя во лжи, предательстве и хамстве,не мысля бытия себе иного,приятно тихо думать о пространстве,где нету даже времени земного.Попал по возрасту я в нишупустых ненужных стариков,хотя и вижу я, и слышуострее многих сопляков.Блаженство распустилось, как цветок,я виски непоспешно пью с приятелем,а мир хотя немыслимо жесток,однако ровно столь же обаятелен.