Чтение онлайн

Любопытные мысли можно прочитать в записной книжке Инайат Хана (1914), о котором только что шла речь:

– Если ты не хочешь, чтобы что-то произошло, не представляй этого.

– Если ты не хочешь, чтобы что-то было сделано, не говори об этом.

– Будь первым в даянии другим, но позади всех в приятии от других.

Путь у тех, кто оказался в суфийском океане, один – через самосовершенствование, к познанию самого себя, через очищение своего сердца от всего того, что мешает суфию слиться с Единым. Для суфия любовь есть то, что соединяет человека и Господа. И поэтому любовь как проявление священного духовного таинства оказывается в центре суфийского образа мысли. «Сгореть в Любви» – вот завет суфиев, который единственно имеет значение. Сгореть, чтобы жить с Богом. Нет ничего, кроме Бога. А значит, и тебя нет, и ты Бог. Да, не случайно суфизм воспринимался как еретическое учение. Но в этом была и его завораживающая сила и привлекательность.

Интересно, как сам суфий воспринимает суфизм. Его спрашивают: «Должен ли суфий обязательно быть мусульманином?» Отвечая на вопрос, суфий говорит, что в суфийских учениях нет требования принять ислам. Это не считается обязательным, потому что во многих направлениях суфизма одно из главных положений – положение о едином корне всех монотеистических религий. Все пророки – посланцы Единого Сущего. Каждая религия открывает путь в тайны Бытия, надо только прочесть ее сокровенные знания. Другими словами, в некоторых направлениях суфизма считается возможным постичь суфийскую теорию и практику без строгих рамок ислама.

Один из учителей суфизма сказал: «Суфий – это тот, кто заглянул в самую суть религии и отбросил все несущественное».

По мнению специалистов, от ислама суфизм отличают следующие его черты: это его мистика, которая проявляется прежде всего в стремлении к сокровенному знанию, религиозный «пуризм» и аскетизм (в определенной степени), вольный дух, проявляющийся в вере в человека.

Мистика суфизма состоит в том, что он ориентирован на мистические переживания. Этот мистицизм яснее всего сказывается у знаменитой женщины-подвижницы по имени Рабиа ал-Адавийа (р. между 713–718 гг., ум. в Басре в 801 г.). В раннем детстве она была выкрадена и продана в рабство. Однако, как повествуют письменные источники, святость ее жизни дала ей возможность вернуть себе свободу. После ряда лет отшельничества в пустыне она пришла в Басру, где вокруг нее собралась группа единомышленников [146] .

Свое отношение к Богу она определила как любовь (махабба). Цель этой любви для нее – свидание, соединение с Богом. Поэзия Рабиа – свидетельство того, что постепенно готовилась почва для того, чтобы суфизм превратился в «гимн божественной любви», которым он стал в IX–X веках. Именно в поэзии Рабиа, как считают специалисты, впервые в суфизме прозвучала тема любви как тема любви к Богу.

До нас дошли пронзительные стихи Рабиа:

В первые годы после смерти Пророка руководители мусульманских общин не признавали никаких наук, кроме «исламских» (тафсир и хадис). Но постепенно возникает потребность в западных достижениях. При правителе Мамуне (813–833) начинается широкое движение за перевод древнегреческих трудов по философии и логике на арабский язык. Так постепенно проникает в исламский мир греческое знание, и большинство этих переводчиков были суфиями.

Переводческая деятельность оказалась, в частности, связана с именем халифа ал-Ашари (ум. 935). Он считается создателем калама, то есть ортодоксальной мусульманской схоластики. Он воспользовался орудием своих противников и начал применять методы греческой философии в свою пользу.

Очень востребованными оказались переводы медицинской литературы. Известно, что Хунайн (род. 810) отправился в Александрию, где он специально изучал греческий язык. Говорят, он знал наизусть всего Гомера. Когда он вернулся, он получил заказ от багдадских врачей на перевод медицинских трактатов Галена [147] . Известны и его переводы философских трудов. Его сын Исхан ибн Хунайн уже целиком посвятил себя переводу философской литературы, в частности переводу важнейших работ Аристотеля.

К середине X века греческая наука получает уже широкое распространение, о чем свидетельствует интересная попытка подвести своего рода итог добытым знаниям. В Басре группа из пяти ученых объединяется в своего рода научный кружок, которому они дали название «Чистые братья». Они занимаются систематизацией греческого знания. Энциклопедия, которую они создают, должна, по их словам, очистить проникшие в ислам нелепости при помощи философской мысли [148] .

Как суфийское движение оказалось связанным с литературой, преимущественно с поэзией, дав мировой литературе ряд бессмертных памятников?

Необходимо отметить, какое большое значение суфии придавали достижению экстатического состояния, считавшегося особой милостью, ниспосланной Богом, что составляло основу суфийской практики. Ее цель, познание самого себя, совершенствование, есть определенное устремление. Какой длины будет этот путь, когда что-то откроется в человеке, в окружающем мире, – это занимающемуся неведомо. Бывают мгновения хал – озарение, и это может быть самым неожиданным образом. И человек идет своим путем и даже не знает, когда и на какой «стоянке» его он окажется и сколько будет на ней пребывать. «Стоянка» (макам или макама) означает определенное достигнутое состояние.

Когда достигается кратковременное озарение, суфии говорят «душа поет», когда на краткий миг человек может почувствовать в себе нечто высокое, ощутить в себе связь со всем на свете, после чего он на все смотрит иначе. Другими словами, происходит некоторая трансформация его сознания.

Экстаз называется у суфиев ваджад. Это благословенное состояние есть признак духовного развития человека и источник всякого вдохновения и силы. Кроме того, состояние ваджада ведет человека к высшему счастью, которое есть вечный мир, и очищает от всех грехов. Состояния ваджада могут достичь только выдающиеся суфии [149] .

Суфии наслаждаются состоянием ваджада, главным образом когда слушают музыку, известную у них под именем каувалли. Это особенная музыка, выражающая чувство любви, страха, желания, раскаяния и т. д.

Мастера утверждают, что дух человека может превратить всю окружающую Вселенную в его собственный дом, где все связано с ним самим. Еще мастера говорят, что человек, в самозабвении слившийся с Миром, равен Богу. Это значит, согласно суфиям, что стремление к совершенствованию священно.

Что такое совершенный человек, с точки зрения суфиев? И не станет ли он бесполезен в земной жизни, если воспарит к высотам духа? Не отгородится ли он от мира сего?

Суфии всегда говорили о практическом смысле своих идей. Вся их метафизика сопровождается примерами разумного человеческого поведения. Достигший совершенного состояния суфий возвращается в мир и живет в нем сообразно своему опыту и духовному облику. Считается, что он привносит свет в жизнь других.

Суфизм исходит из того, что каждый человек может стать богоравным. Мастер Мевляна (Руми) говорил человеку: «Ты стоишь обоих миров, небесного и земного. Но что поделать, коль сам ты не знаешь себе цены?» И еще он говорил: «Ты можешь забыть все на свете, кроме одного: зачем ты появился на свет. Не продавай себя дешево, ибо цена тебе велика!»