Чтение онлайн

В своем учении суфии опираются на известное положение Корана: «Мы почтили сынов Адама, т. е. человека. Не небеса, не престол, а человека. Потому что он может достичь совершенства. И тогда Бог увидит в нем Свое отражение, Свое подобие» (Коран. 17:70).

Главное в суфийской практике – зикр. Зикр в своем буквальном значении – это поминание имен Аллаха. Суфийские авторитеты учат, что зикр – основа всего мистического пути. В Коране есть важные ключевые для суфия предписания о зикре. Например, там говорится: «Поминанием Аллаха успокаиваются сердца» (сура 13, аят 28). У Аллаха 99 имен. Чаще всего в формулах повторяются семь имен. У каждого ордена есть свой зикр, предписывающий слова, движения, жесты, частоту повторений и многое другое.

В зикрах может звучать бубен или флейта. Самое малое, как считается, что получают люди от зикра, – глубокое успокоение, освобождение от тревожных мыслей, от навязчивых идей, которые всегда мешают осмыслить что-то важное.

Зикру предшествуют дыхательные упражнения, которые готовят к необходимому качеству произнесения имени Аллаха. Они вырабатывались веками и передавались из поколения в поколение, в разных братствах свои. Они, как убеждены суфии, очищают семь центров, через которые человек получает энергию. Произнесение имени Бога – это нагнетание энергии, когда за счет зикра человек как бы подключается к определенному потоку.

Суфии давно поняли особое воздействие на сознание музыки и танца. Учитель Джалал ад-Дин Руми еще в XII веке открыл силу вращения в определенном ритме. В танце происходит трансформация сознания. У дервишей один из непременных элементов – вращение. Считается, что вращение под ритмическую музыку дает возможность «выхода» в какое-то другое состояние. Сами суфии полагают, что во время вращения закручивается «космическая спираль». Во вращении они явственно ощущают стремление ввысь, стремление к выходу. Возможно, речь идет об освобождении от всего бренного, что тянет вниз. Как говорили суфийские поэты, «из тюрьмы своего неведения выйди на свет». Полагают, что ритм вращения, возможно, дает синхронизацию с какими-то процессами в Космосе.

Вращение под музыку и пение дает особый эффект. Еще в раннем исламе существовал ритуал чтения Корана нараспев. Сегодня это стало поистине высоким искусством. Коранические стихи в исполнении знаменитых хафизов – чтецов-певцов – очень сильно воздействуют на психику.

Из средств, которые использовались для вызывания экстатического состояния, пожалуй, наиболее эффективным была признана музыка, инструментальная и особенно вокальная, сочетающаяся с художественным словом. Музыка у суфиев называется «пищей души» (гиза-и-рух). Будучи высшим из искусств, она, как считается, поднимает душу до высших областей духа. Будучи сама невидима, она скорее достигает невидимого. Подобно тому как только алмаз разбивает стекло, музыкальные вибрации служат для того, чтобы лишить действия вибрации физические и умственные и поднять таким образом душу [150] .

Суфии полагают, что истинная музыка известна только одаренным людям. Они говорят о пяти разновидностях музыки:

1. Тараб – музыка, побуждающая тело к движению. Это – художественная музыка.

2. Рага – музыка, взывающая к уму. Это – научная музыка.

3. Куль – музыка, вызывающая различные чувства. Это – эмоциональная музыка.

4. Нида – музыка в видениях. Это – вдохновенная музыка.

5. Саут – музыка в отвлечении. Это – небесная музыка.

Еще в ранние периоды мусульманской истории слушание музыки было введено в обычай у целого ряда шейхов [151] и получило техническое наименование сама (от ар. самаа – букв. «слушание»). Основным назначением сама было вызывание экстаза. Сама устраивались на собраниях дервишской общины, а также на так называемых маджлисах, т. е. открытых собраниях [152] .

Известный шейх Абу Саид ибн Абу-л-Хайра (967–1049), видный представитель хорасанского суфизма, широко пользовался в своих проповедях рубаи (четверостишиями), той стихотворной формой, которая имела народное происхождение и в этот период в аристократические круги доступа еще не получила. Рубаи – один из древнейших жанров персидско-таджикской поэзии. Рубаи имеет истинно народные корни. Считается, что как самостоятельный жанр сформировался в фольклоре задолго до становления письменной литературы. Полагают, что первым поэтом, создавшим рубаи в письменной литературе, был Рудаки (860–941), родоначальник поэзии на фарси.

Сам шейх Абу Саид не сочинял рубаи, а пользовался уже готовым материалом (народного происхождения). Видимо, так поступали шейхи и в предшествующую эпоху. Использовались главным образом любовные стихи, созданные как светская лирика, воспевавшие обычную земную любовь и только подвергавшиеся соответствующему истолкованию. Согласно ал-Газали, для целей сама была нужна именно любовная песня. Но Газали предостерегает от такого пения, которое вместо духовного восторга может вызвать чисто физическую страсть. Иначе говоря, производился отбор, привлекались преимущественно такие стихи, которые легко допускали символическое толкование. Отсюда предположение: уже в раннюю эпоху должна была возникнуть потребность в специальной поэзии, не насильственно толкуемой символически, а уже задуманной как символическая поэзия. Такая поэзия уже складывается в VIII веке. Вспомним, например, творчество Рабиа.

Все эти стихи очень близки друг другу по характеру. И не многие отличаются выраженным индивидуальным стилем. Когда суфийское движение распространилось в Иране, оно преимущественно стало развиваться в городах, где родной язык был персидский. Возможно, первое время на суфийских беседах пользовались только арабским языком. Чаще всего арабское пение воспринималось в Иране лишь как музыка, то есть сила воздействия художественного слова была слабой.

Рубаи в то время считались несовместимыми с сама шейха; они воспринимались как легкомысленные и безнравственные. Видимо, стихи такого рода были тогда преимущественно продуктом народного творчества. Вообще рубаи – форма не арабского происхождения. Рубаи – это импровизация, это такая форма, в какой и до наших дней иранцы и таджики изливают свои чувства.

Рассказывают, как шейх Абу Саид, проходя по нишапурскому базару мимо торговца рабами, услышал, как молодая рабыня пела в сопровождении музыкального инструмента чанга такие стихи:

О другом рубаи шейх Абу Саид говорил, что получил его от одного из своих учителей – Бишра ибн Йасина:

Здесь та же народная форма, но содержание показывает, что создано оно все же для суфийской беседы.

Наряду с рубаи среди использовавшихся Абу Саидом стихов есть и газель, близкая арабским стихам. Газель – вид моноримического лирического стихосложения в поэзии многих народов Востока. Состоит обычно из 5–12 бейтов, т. е. полустиший, в первом из них рифмуются оба полустишия, далее следует рифмовка через строку [154] . Примером могут служить газели Хафиза.