Чтение онлайн

Куда она к Аяну теперь?.. Таким живым договариваться не о чем. Им только… жить и остается. Не удел это для императоров.

— Ровнее вешай, — дернула друида Квилла. — Перевернется ведь, чурбан!

Тильда подошла к Исмее, потрепала по плечу.

— Не сердись на них.

— Да я… не сержусь, — дернула этим самым плечом Исмея. — На себя сержусь.

— Еще чего не хватало! На что?

— Что я… такая вот… живая, — Ис обняла коленки, как последний оплот надежды. Спрятала в них лицо, оставляя прутики в покое. — Мешает это править.

— Ну, — присела рядом Тильда так же на корточки, — слабое утешение, но — Миру теперь тоже приходится с этим сталкиваться.

Ис не поняла, выглянула с собственных коленок, уставилась на маску подруги. Снова блики света на ней танцуют, как не от мира сего. Тильда лукаво повела глазами в прорезях и посмотрела в темноту леса.

— Был-был живым, а теперь править надо.

Ис тихонько рассмеялась. Чуть злорадно.

— Но со мной это не связано, — пришлось признать. — А у меня… это он разбудил. Лучше бы…

Тильда удержала ее руку, готовую взметнуться кулаком вверх в воинственном жесте.

— Не знаю, каким он там был раньше, но, думаю, ты тоже кое-чего разбудила. Любовь, например.

— Ага, поцеловать на причале на глазах у всех — приятно, конечно, но на деле — просто выгодно! С любовью это ничего общего не имеет.

— Вижу, с Барти ты так и не поговорила по делу, все хихи да хаха. Я не знаю, что там Миразан просил его тебе передать, но, Ис — он тебя отпустил. Хотя выгоднее было бы оставить. И приятнее. Целоваться например. И прочее всякое — там много чего есть.

Ис густо покраснела.

— Ты же символ его революции и блестящий дипломат. Но он подумал о твоей безопасности, о твоих чувствах и о твоих обязанностях перед собственной властью. Он отставил восстание на четверть часа, чтобы найти нас и отослать позаботиться о тебе. Думаешь, это он тоже сделал потому, что ему выгодно или приятно было?

Исмея принялась снова собирать прутики, но пальцы дрожали, и все высыпалось. Она сейчас… серьезно, да? Любит?..

— Ну а если про править… — Тиль задумчиво проговорила, как бы между прочим меняя тему, — тебе оно сейчас нужно?

— Что?

Наконец удалось победить прутики, и Ис встала. Тильда поднялась вслед за нею. Над весело полыхающим костром уже висел прилаженный котелок. Квилла докидывала туда корешки, травы, грибы и что там у нее еще было на пеньке.

— Править. Это сейчас твоя задача?

— Ну… Я не уверена, что понимаю тебя, Тиль.

— Когда тебе пришлось произнести речь с «Искателя», ты в грязь лицом не ударила. Ни жизнь, ни поцелуй тебе не помешали править. Возможно, всему свое время?

Ис задумалась. Ну… возможно, она права?

— В Тополе вернешься к делам правительственным, а сейчас твоя задача — туда добраться через этот вот лес. Сейчас тебе править не нужно. С делами хозяйственными и защитными у тебя есть кому справиться. Так что выше нос, Ис! Путешествие, свобода! Наслаждайся моментом!

Ис даже хмыкнула.

— Как у тебя все просто.

— Ну, мой муж говорит, что момент — это все, что у нас есть. Пожалуй, он прав, — пожала Тильда плечами.

— Он у тебя мудрец еще тот. Не знала, что ты такая бесстрашная.

Квилла на сей раз ругалась с Тауроном по поводу рассыпанного мешочка с вяленым мясом. Под шумок Тильда стащила свою сумку, достала нож и желтый мягкий сыр, начала на весу резать его на кубики и складывать в миску.

— Нанизывай, раз уж решила заняться стряпней, Ис. Только заточи сначала кончики! На вот ножик… Бесстрашная? Да ни в жизнь! Без Чарличка так и вовсе… Очень мне было страшно лезть в такую неизвестность без него. Если бы не его письма… Каждый день пишет… — голос Тильды сделался мягким и нежным, едва она заговорила о муже.

— Прости, — повинилась Ис, неуклюже затачивая первый прутик.

Это почти как затачивать карандаши и перья: она предпочитала сама, но специалистом так и не стала. Тия все же следила, чтоб у нее в подставке все было готово к написанию указов, писем и прочее.

Но зато прутик вышел достаточно острым, чтобы нанизать первый кубик. Тот прошел на удивление легко.

— Я была свиньей.

— Была. Надеюсь, больше не будешь, — Тильда подмигнула, и Исмея рассмеялась.

Неважно, в шутку она или серьезно, но… Быть живой, пока можно не править? А почему, медведь съешь бальную туфлю, нет?

— Я даже не спрашивала, как оно было тогда… Плыть на край света… — поняла вдруг Ис.

— Погоди, давай еще грибов нанижем и хлеба… Квилл… Квилл! Оставьте грибов нам немного!

Тильда принялась резать остальное, а Ис ждала.

— На край света? Думала, не переживу, честно говоря… Это тоже было мое первое путешествие, полное открытий, страшных и великолепных, иногда одновременно… Наверное, всякое первое путешествие у человека такое. Вот ты как чувствуешь? Оно так?

Ис прислушалась к себе. Конечно… столько всего с ней за всю жизнь не происходило внутри. А происходило немало, пусть и в основном в стенах дворца, но… Да, человеку непременно нужны путешествия, но…

— Признаться, — хлеб нанизывался куда труднее через корку, — я не уверена, что, случись у меня второе, будет проще. А вот ты — как орешки щелкаешь.

— Думаю, это еще и потому, что в первом путешествии я получила приз, — улыбнулась Тильда озорно. — Чака. Всегда проще, когда у тебя есть поддержка.

Ис повесила нос. Костер трещал в тишине, лес жил собственными звуками. Квилла и Таурон тихо что-то обсуждали.

— Ну, Ис, не грусти. Всему свое время, помнишь? И момент.

— И момент, — кивнула Исмея.

Если и есть для нее приз в этом путешествии, то это… друзья. Мир… даже если любит… не приз. Он призом быть не согласится. Но она была так безобразно одна ДО. А теперь… теперь ни за что не будет. Никто не должен быть один.

И да будет это — приз ее путешествия. Не мало ведь, разве не так? Противная душа, ну зачем ты хочешь большего?..

— Знаешь, — прекратила нарезку провианта Тильда и обернулась к младшей сестре, — я думаю, что печаль бывает двух видов: того, который ведет к чему-то — улучшению, просветлению, переменам, в общем — и того, который не ведет ни к чему, кроме саморазрушения. Ты сейчас можешь что-то полезное извлечь из своей печали насчет Мира?