Чтение онлайн

Мы все сидели за круглым столом на террасе ресторана с видом на море. Солнце садилось за горизонт, собираясь достичь тонкой линии, где океан и небо встречались, и единственным звуком, наполнявшим воздух вокруг нас, кроме тихого шума, был грохот волн о скалы, окаймляющие побережье.

Проще говоря, это было идеально.

От мягкого прикосновения руки к моей руке у меня по спине пробежали мурашки.

— Холодно? — спросил у самого моего уха глубокий голос, который я ожидала услышать так, что у меня перехватило дыхание.

Покачав головой, я повернулась к нему лицом. Нас разделяло всего несколько дюймов. Наши губы.

— Нет, я в порядке, — я не была в порядке. Я поняла, что когда Аарон подошел так близко, я была совсем не в порядке. — Просто переела. Возможно, я перестаралась.

— Даже нет места для десерта?

Мои брови поползли вверх от такой дерзости.

— Не будь смешным, osito (медвежонок). У меня всегда есть место для десерта. Всегда.

Губы Аарона изогнулись, и улыбка коснулась уголков его глаз, преобразив все его лицо.

Вау. Я не была готова к этому, если бабочки в моем животе были каким-либо признаком.

— Лина, Аарон, еще вина? — спросил мой папа с другой стороны стола.

Мои родители настояли, чтобы мы заказали вино, даже если свадьба была завтра — где алкоголь, несомненно, будет течь реками сидра, вина и еще чего-нибудь. Никто не пытался жаловаться. Даже Изабель или Гонзало, на лицах которых отразились последствия нашей почти бессонной ночи. Но в стране вина никто просто не приходил на ужин и не заказывал бутылку.

— Нет, спасибо. Я думаю, что приберегу себя на завтра, — ответила я, убирая свой стакан из-под папиной руки. Бутылка уже парила в воздухе.

В отличие от меня, Аарон был слишком медлителен. Поэтому, прежде чем он смог ответить, мой отец уже наполнил свой стакан.

— Кто не успел, тот опоздал, — прошептала я, наклоняясь в его сторону.

Та яркая улыбка, которая появилась на его лице, вернулась, в мгновение ока выбив меня из игры. А потом рука, обнимавшая спинку моего сиденья, вытянулась, и он игриво ущипнул меня за бок.

Я подскочила на своем месте, чуть не сбросив несколько стаканов со стола.

Другая рука Аарона потянулась за вином, поднося его к губам.

— Не остри, — сказал он поверх своего стакана, пригвоздив меня взглядом, который заставил меня заерзать на стуле. Затем он опустил голову и понизил голос. — В следующий раз я сделаю больше, чем просто ущипну тебя, — его губы наконец встретились со стаканом, делая глоток.

Удерживая взгляд на его губах в течение нескольких напряженных секунд, я была уверена, что что-то выскочило в непосредственной близости от моих женских репродуктивных органов.

Щеки вспыхнули, я повернула голову, ища любые доказательства того, что кто-то за столом слышал это. Моя abuela (бабушка) все еще была занята тем, что убирала свою тарелку. Гонзало и Изабель, казалось, вот-вот упадут в обморок от усталости и, скорее всего, пищевой комы к тому времени, как мы добрались до десерта. Мои родители оживленно болтали с официантом, которого я даже не заметила, стоявшим у нашего столика. А Даниель, который пришел один, потому что его родители и родители Гонзало должны были приехать завтра рано утром, смотрел на свой телефон так, словно в нем хранились тайны вселенной.

В тот день несколько недель назад, когда я неправдиво заявила, что встречаюсь с мужчиной после того, как мне сказали, что Даниель помолвлен и счастлив, как никогда, я сделала это в панике, представив сцену, почти идентичную той, в которой мы оказались. За исключением того, что стул рядом со мной был бы пуст. Или занят кем-то другим, вроде моей бабушки или невесты Даниеля, зная мою удачу. Или, эй, может быть, это был бы тот эскорт, которого я ненадолго подумывала нанять. Но в любом случае, это был бы кто-то, кто не заставил бы мое сердце биться быстрее одним лишь взглядом или мой живот скрутился бы от одной из тех улыбок, которых я начинала желать только для себя.

Итак, когда я посмотрела в сторону Даниеля, я поняла несколько вещей. Прежде всего, моя внутренняя реакция на ложь и на то, чтобы втянуть себя — и Аарона — в этот нелепый план, была, возможно, немного чрезмерной. Затем был тот факт, что, несмотря на чрезмерность, присутствие Аарона со мной облегчило все так, как я никогда бы не представила себе. И последнее — и я изо всех сил старалась не думать об этом — была довольно большая часть меня, та, которую я очень старалась игнорировать, но потерпела неудачу, и которая ни о чем не сожалела.

И это было крайне глупо с моей стороны. Потому что человек, который обнаружил, что я краснею — и не жалею о том, что он был рядом со мной, — скоро станет моим боссом.

— Итак, Аарон, — сказала моя мама, возвращая меня в настоящее, — Изабель объяснила, как вы двое встретились и начали встречаться, — ее глаза заблестели, и я готова поспорить, что это было больше связано с вином. — Та история, которую ты рассказал им прошлой ночью в sidrer'ia. Это звучало так романтично, совсем как в одном из тех фильмов, которые мы смотрим на Netflix.

Конечно, моя мать повернула бы разговор в этом направлении.

— Это всего лишь Netflix, мама, — пробормотала я, играя руками на столе. — И да. Настоящий служебный роман, прямо как в кино, верно?

— Только этот настоящий, — сказал Аарон.

Настоящий.

Его слова снова всплыли у меня в голове: «Я убедил ее поверить, что я ей нужен. Затем я показал ей — доказал ей — что она это сделала»

Мое сердце упало в грудь.

— Итак, сколько вы двое на самом деле работаете вместе? — взгляд моей матери был направлен на Аарона, пытливая улыбка на ее губах сказала мне, что она умирает от желания узнать все, что только можно было узнать.

— Мы оба возглавляем разные команды, и мы не работаем над одними и теми же проектами, но мы часто видимся, — он бросил на меня косой взгляд. — А если мы этого не сделаем, я позабочусь, чтобы мы увиделись. Я пытаюсь поймать ее во время перерыва, украдкой бросаю взгляд или два в коридорах, прохожу мимо ее кабинета, не имея оправдания. Все, что угодно, что заставит меня думать о ней хотя бы несколько минут в день.

Я опустила голову, уставившись в свою пустую тарелку. Было ли это правдой? У Аарона была манера появляться из ниоткуда. Но было ли это сделано намеренно? Даже если это должно было действовать мне на нервы. Я начинала бороться с чем-то таким простым, как различение того, что реально, а что нет. Все, что выходило из уст Аарона, было основано на реальности — мы работали вместе, мы знали друг друга почти два года. А потом в этом была часть обмана — мы встречались, были влюблены. Но все остальное, все, что каким-то образом лежало между этими двумя сторонами — все эти украшения, которые он вешал как на правду, так и на обман, — принадлежало к серой области, которую я не знала, как определить.