Истины, которые мы сжигаем
Шрифт:
– Ты не собираешься сидеть здесь и притворяться, что не приходила ко мне прошлой ночью, заплаканная, сломленная, в поисках помощи. Не своего парня, не подружек, даже не свою гребаную сестру – ты пришла искать меня. Ты не можешь притворяться, что не обещала мне все свои истины. Нет смысла снова надевать маску после того, как я уже видел, что под ней.
Мое сердце подскакивает к горлу, забивая дыхательные пути сильным биением. Я знаю, что он прав, но, боже, если Истон узнает – если узнает его отец? Начнется настоящий ад.
– Это не имеет значения. Я знаю, что я сделала! Это было всего лишь один раз. Если кто-нибудь узнает – если Истон узнает – это плохо кончится.
Он широко ухмыляется, как будто я провоцирую его испытать Истона. Я уверена, что он сделал бы это, не задумываясь, просто ради прикола.
– Ты думаешь, я испугаюсь твоего игрушечного мальчика, носящего яхтенные туфельки?
– Не в этом дело, Рук!
– Если это было один раз, скажи мне, почему ты не позволила мне сжечь дом у озера? Почему ты отказалась от этого? Ну же, ТГ. Скажи мне, что ты сказала перед тем, как мы ушли.
Шах и мат.
Он подловил меня. Он уже знает ответ. Я уже говорила ему, и я знаю, он помнит. После моих слов он посмотрел на меня так, словно никогда этого не забудет.
– Я... я не могу вспомнить. Я была пьяна, – мою ложь всегда было невозможно увидеть насквозь, но как будто все, что я умею, вылетает в окно при нем.
– Нет, ты помнишь, – он подходит ближе, смотрит на меня сверху вниз и убирает несколько прядей моих волос. – Что это было? Что-то вроде: «Ты не можешь этого сделать, потому что теперь это все наше». Это твоя исповедь – вот что ты сказала прямо перед тем, как тебя стошнило мне на ботинки.
Мои щеки горят от смущения. Эмоции, с которыми я не сталкивалась годами, переполняют меня, когда я рядом с ним, и я ненавижу это, потому что он это знает.
– Ты репетируешь реплики в темноте на вечеринках. Ты не скучная, богатая девчонка, какой все тебя считают. Я уже видел, что скрывается под этим, Сэйдж.
И ты тот парень, который верит, что он зло. Что он не заслуживает счастья, думаю я про себя, но не говорю этого вслух. Он, возможно, не говорил этого, но я вижу это на его лице.
Недовольная и раздраженная я провожу рукой по своим волосам.
– Просто закрою, по крайней мере, эту чертову дверь, – бормочу я, отступая в сторону и закрывая дверь кинозала, окружая нас тусклым освещением.
Он чувствует себя как дома, с глухим стуком падает на мое прежнее место и берет мой сценарий, листая его.
– Так в кого ты нарядилась? Жена Хью Хефнера23?
Я смотрю на свой наряд. Облегающее черное кожаное платье в сочетании с сетчатыми колготками в тон, определенно вайб кролика из Плейбоя, но крест на моей шее и головной убор, который я сняла, делали все довольно очевидным.
– Я монашка. Лиз – демон, а Мэри – ангел.
– Нет священника, которому ты бы подчинялась, – он вскидывает бровь и ухмыляется, отрываясь от страниц.
– Это была роль Истона, но он уехал из города со своим отцом, – я прохожу мимо него, затем сажусь в соседнее кресло, убедившись, что между нами достаточно расстояния.
– Почему я не удивлен, что ему досталась роль самоправедного?
Я фыркаю, стараясь не рассмеяться, но соглашаюсь, не произнося этого вслух.
– Дай угадаю, ты одет как придурок? – спрашиваю я, соответствуя его приподнятой брови своей собственной. Я за секунду рассматриваю его наряд с ног до головы.
Он лукаво проводит языком по верхним зубам, поднимает указательные пальцы к голове и шевелит ими.
– Рожденный с рогами, ТГ, рожденный с рогами.
Я стараюсь не смотреть слишком пристально, когда он вынимает спичку изо рта и достает из-за уха свернутый косяк. Как по волшебству, он поджигает красный кончик спички пальцами, что, я уверена, он практиковал годами в своей спальне, прежде чем у него получилось.
Дым клубится из кончика, когда он затягивается, грудь расширяется, пока он наполняет свои легкие, а оранжевое свечение ярко горит.
Запах травки проникает в мои рецепторы, такой резкий и сильный. Мне всегда говорили, что она плохо пахнет, но все наоборот. Запах цветочный и цитрусовый, он заставляет мой нос пощипывать и наполняет рот слюной при мысли о еде, которой не существует.
Густые клубы дыма срываются с его губ, когда он выпускает их, и белый смог растворяется в верхней части комнаты.
– Ты когда-нибудь курила раньше? Или ты просто ограничиваешься клубничной водкой? – его голос более хриплый, более резкий, но он ощущается мягким на моей коже.
– Никогда не пробовала, но я не против. Просто у меня не было возможности.
Медленно перемещаясь, он смотрит на меня, держа косяк во рту, и манит пальцем к себе.
– Иди сюда.
Это мое величайшее грехопадение. Змей, заманивающий Еву в Сад Эдема, чтобы попробовать запретный плод. Я просто не могу сказать, Рук – это змей или плод, возможно, и то, и другое.
Есть причина, по которой я избегала его. Я знала, что будет плохо, если мы окажемся снова рядом. Я потеряла свою бдительность, все свои стены, и теперь у меня нет защиты ни от него, ни от его затуманенных глаз, которые, кажется, манят меня к себе.
Я знала, что, находясь рядом с ним, я буду чувствовать себя хорошо, просто, как это было в доме у озера. Что я не буду хотеть быть Сэйдж, которую видят все остальные. Я просто буду хотеть быть собой.
Я виню во всем свои гормоны, любопытство и то божество, которое благословило Рука Ван Дорена, наделив его лицом ангела и телом бога.
Кожаный материал скрипит, когда я придвигаюсь ближе, наши колени соприкасаются. Предполагать, что это достаточно близко – ошибка. Как только я оказываюсь в пределах досягаемости, он заводит одну руку мне за спину и усаживает к себе на колени.
– Что, черт возьми, ты делаешь? – я упираюсь ладонями ему в грудь, чтобы отстраниться от него, но его рука остается зафиксированной на моей талии, прижимая так, что моя задница упирается в его колени.
– Сиди, – приказывает он. – Когда я буду дуть, ты приоткроешь свои прелестные губки, хорошо, куколка?
Хватка ослабевает, и мои бедра расслабляются. Его рука рисует контур вверх по моему телу, кончики пальцев задевают мои колготки, поднимаются по боку, едва касаясь меня. Я не отрываю от него взгляда, пока он проводит рукой по моим волосам, обхватывая меня сзади за шею.