Чтение онлайн

4) Перенось дІ;л из департамента в общее собраніе установить на тех-же нравилах, и Г>) В общем собраніи решать дела окончательно, по большинству голосов (20).

Вообще на стороне проекта, составленнаго Сперанским, было большинство членов государственнаго совета. Император Александр не только утвердил мненіе большинства, но по некоторым вопросам одобрил заключеніе меньшинства, согласно проекту; тем не менее однакоже этому делу несуждено было осуществиться. Ысполненіе проекта требовало многих предварительных!. мер, в особенности денежных средств, в которых наше правительство тогда крайне нуждалось, готовясь к войне против Наполеона, уже неизбежной. Государь, но убежденіям самаго Операнскаго, отложил преобразованіе сената до благопріятнейшаго времени (27).

Преобразованія высших государствен ных учрежденій вызвали пориданіе нриверженцев стараго порядка. В числе противников Операнскаго явился и знаменитый Карамзин. Нося титул исторіографа с 1808 года, он постоянно '«кил ь в Москве и не быль известен лично Императору Александру до посещенія Государем в 1810 году Грановитой Палаты, хотя Александр, наслышавшись о достопнствах Карамзина, имел намереніе, еще в иачале итого года, поручить ему министерство народнаго просвещенія. Просвещенная сестра Императора,' Великая Княгиня Екатерина Павловна любила Карамзина и находясь в Твери, беседовала с ним о Сперанском и современных нововведеніях; по ея вызову, Карам;’,ин изложил иисьменно свои замечанія, в внде Записки „О древней и новой Рос» сіи“. Вт. 1811 году, Император Александр поручил министру юстиціи Дмитріеву, другу Карамзина, пригласить его в Тверь, куда сам тогда отправился. Представленный Государю Великою Княгинею, Карамзин ирочел ему нисколько отрывковъ из своей Исторіи и долго разговаривала с ним „о самодержавіи“, при чем Александр выказал в своих сужденіях более либерализма, нежели его собеседник. В тот-же день Великая Княгиня вручила Государю Записку исторіографа, которую сама находила „очень сильною44, но, заметя особенное благоволеніе Монарха к Карамзину; не считала опасным отдать ее. На следующій день, ири отъезде Императора из Твери, Карамзин был поражен его холодностью. По всей вероятности, Государь, утром, успев прочесть, или пробежать Записку, и найдя в ней резкое порицаніе своих действій, был недоволен суясденіями смелаго исторіографа. Нельзя не сознаться в том, что Записка „О древней и новой Россіи“, твореніе ума высокого, посвященнаго в таинства прошлаго, грешила неведеніем настоящаго. При многообъемлющей учености Карамзина, ему недоставало знанія подробностей государственнаго управленія. Увлекаясь крайним консерватизмом, он нередко, против собственной воли, осуждал то, чего вовсе не было в предложенных нововведеніях, и старался возвысить устарелые, отжившіе свое время уставы (28). Конечно - Записка „О древней и новой Россіи", не оказала вліянія на последовавшее вскоре после того паденіе Операнскаго, и хотя Государь, убедясь в благонамеренности Карамзина, приблизил его к себе, однакоже, судя по дальнейшему ходу нашей администраціи, не обратил болыпаго вниманія на его идеи.

Преобразованіе высших государственных учрежденій, вместе с усиліями Операнскаго уменьшить расходы по всем министерствам, поселили недоброжелательство к нему в высших сферах общества. Не менее нажил он себе непріятелей двумя

проектами указов, утвержденных Государем в 1809 году: одного о придворных званіях и другаго об экзаменах на гражданскіе чины.

Император Александр всегда смотрел неблагопріятно на придворные чины, если с ними не были соединены другія обязанности; в особенностиже не жаловал он молодых камергеров и камер-юнкеров, служащих для внешняго блеска придворных выходов и балов. и называл их полотёрами. Он немог хладнокровно видеть, как сыновья знатных людей, получив едва не в колыбели камер-юнкерскія и камергерскія званія, даваншія прямо чин: первыя 5-го, а вторыя — 4-го класса, проводили жизнь в праздности, а когда решались вступать на действительную службу, не были приготовлены ни к чему дельному и занимали высшія места, к огорченію служак, своих подчиненных, и в ущерб нринятых на себя обязанностей. Это воніющее злоупотребленіе было прекращено Высочайшим повеленіем: камергерам и камер-юнкерам, не состоящим в военной и гражданской службе. избрать, в теченіи двух месяцев, род действительной службы; на будущее время, эти званія, пожалованный кому-либо по уваженію к заслугам предков, считать отличіями неприносящими никакого чина; наконец. всякому, получившему такія званія, продолжать, вместе с исполненіем придворных обязанностей, действительную службу, на равне с прочими дворянами, без чего он будет отставлен (20)«

Казалось-бы, что такое постановленіе, заграждавшее путь к чинам и отличіям только лишь неспособным людям. долженствовало быть встречено общим одобреніем. Вышло иначе: порицали Сперанскаго, упрекая его, как человека новаго, вышед-

Т. III. -

шаго из нич тожества, в зависти и недоброжелательстве к лицам знатнаго происхожденія, в республиканском иаправленіи, в вольнодумстве. Говорили, будтобы Император Александр, возбуждая в своих подданных идеи о равенстве, уничтожал дотоле сохранившійся у нас призрак аристократіи и стремился к водворенію в Россіи такого порядка, какой существуете в Турціи, где сын верховнаго визиря не пользуется никакими преимуществами пред сыном простолюдима, и проч. (30).

Еще более шума наделал другой указ, в составленіи когораго вместе с Сперанским участвовал граф Завадовскій.

При Петре Великом, на основаніи табели о рангах 1722 года, чины означали самыя места: коллежски регистратор был регистратор коллегіи; коллежскій секретарь— секретарь коллегіи, и т. д. точно также, как прапорщик —субалтерн-офицер; поручик — помощник и заступающій место ротнаго командира; капитан —ротный и полковник —полковой командиры. Но в последствіи, при Императрице Екатерине II-й, для производства в чины по статской службе, до коллежских ассесоров, были назначены сроки выслуги (ЗІ), а Император Павел распространил такое производство но срокам до статских советников (32). Молодые люди, благодаря покровительству родных и друзей их семейств, проживая в Петербурге и проводя время весело и праздно, (по большей части в Англійском клубе), достигали повышенія в чины, дававшіе им почетное положеніе в обществе. Другіе чиновники, дельцы. в совершенстве изучившіе канцелярскій порядок, но весьма часто невежды во всем прочем, выслужив положенные сроки, также повышались на-равне с своими товарищами, получившими хорошее образованіе. Такой порядок дел противоречил обнародованному в 1803 году указу, об устройства учплищ, коим постановлено, чтобы, через пять лет со времени указаннаго образованія учебной части, никто не был определяем к должностям, требующим юридических и других познаній, не окончив курса в общественном или частном училище (33). Учрежденіе четырех новых университетов и многих гимназій позволяло надеяться, что все свободныя состоянія, в особенности-же дворянство, поспешат воспользоваться новыми средствами для образованія своих детей. Но правительство находило, что число учащихся в новооткрытых заведеніях не вполне соответствовало просвещенным его видам, и что дворянство, в сравненіи с прочими сословіями, не выказало достаточно готовности содействовать мерах принятым для народнаго образованія. Надлежало, повидимому, на пользу науки, непонятую в обществе, употребить понудительныя меры (34).

Император Александр.. в конце лета 1809 года, страдая от ушиба ноги, (следствія котораго, как известно, по временам чувствовал Государь до самой кончины своей), оставался несколько дней безвыходно в Петергофе. Там был составлен и подписан указ, 6-го августа, о нравилах производства в чины по гражданской службе. О предстоявшем изданіи его знал один только граф Лракчеев, который тогда-же посігешил исходатайствовать нескольким из своих приближенных заветные чины коллежскаго ассесора и статскаго советника (35).

Находя главным поводом равнодушія к образованно удобность достигать чинов не заслугами и отличными познаніями, а одним лишь пребыва-

2*

ніем на службе, правительство признало нужным поставить, чтобы: во 1-х, впредь не производить никого в коллежскіе ассесоры, хотябы он и выел ужил определенныя лета, без предънвленія свидетельства одного из руеских университетов, в успешном окончаніи там курса, либо в выдержаніи установленнаго испытанія ; во 2-х, такоеже университетское свидетельство требовалось и для производства в етатскіе советники, с тем еще. чтобы представляемый состоял на службе вообще не менее десяти лет, и в числе разных должностей по крайней мере два года был действительно: советником, прокурором, правителем канцеляріи, или начальником окспедидіи. К указу была приложена программа, для исіштанія в университетах чиновников на производство в помянутые чины, по коей требовалось: „грамматическое знаніе русскаго языка и правильное на нем сочиненіе; знаніе, по крайней мере, одного из - иностранных языков и удобность переводить с него на русскій; основательное знаніе правь: естественнаго, Римскаго и частнаго гражданскаго, с приложеніем последняго к русскому законодательству, и сведенія в госудаі)ственной окономіи и законах уголовных'ь; основательное знаніе отечесті»енной исторіи; исторія всеобщая с і’еографіею и хронологіей; первоначальныя основанія статистики, особенно русскаго государства; наконец знаніе, по крайней мере, начальных основаній математики и общія сведенія в физике“ (30).

Это постановленіе, как и должно было ожидать, возбудило горькія жалобы в многочисленной среде чиновников, нехотевших и неспособных пріобрести требуемыя от них познанія. Трудно, почти невозможно, было ожидать, чтобы люди, живущіе одним жалованьем и неимеющіе почти вовсе свободнаго времени, могли уделять часть его для занят науками. Из этого выходило, что даже самые способные из них были осуждены оставаться весь век в одних и тех-же чинах. Что оставалось им делать I Бескорыстные люди, имевшіе насущный хлеб, могли бросить службу, неудовлетворявшую их честолюбію, a недобросовестные и неимущіе были вынуждены вознаграждать себя казнокрадством и взятками за потерю надежды улучшить свое состояніе усердною службою. Нельзя не сознаться, что в этих жалобах была некоторая доля справедливости: конечно —не служба создана для чиновников, а чиновники существуют для службы; тем не менее однаколге люди, посвятившіе себя известнаго рода деятельности, но вызову правительства, имели некоторыя права на участіе общества. Но такова большею частью судьба преобразованій: в начале они нарушают частные интересы; в последствіи-;ке дело улапгивается и они обращаются к нользе всех и каждаго. Указ 6-го августа 1800 года имел целыо открыть дорогу образованным людям и иметь на служб!; снособных чиновников. К сожаленію, он был нонят, или правильнее сказать, иеретолкован в превратном смысле. Против него кричали не одни подъячіе. Карамзин, заметив, что в самых просвещенных государствах требуются от чиновников только необходимый по службе сведенія: от инженера — инженерная наука, от судьи—законоведеніе, и проч. нишет: „У нас председатель гражданской палаты обязан знать Гомера и Феокрита, секретарь сената— свойства оксигена и всех газовъ2), вице-губернатор — пифагорову фигуру, надзиратель в доме сумашедших — римское право, или умрут коллежскими и титулярными советниками. Ни сорокалетняя деятельность государственная, ни важный заслуги, не освобождают от долга знать вещи совсем для нас чуждыя и безполезныя".... Издеваясь над постановленіем о гражданских чинах, знаменитый исторіограф упустил из вида пользу общих, энциклопедических сведеній для умственнаго развитія; никто не станет спорить, что чиновнику, прежде всего, нужно основательное знаніе всего того, что прямо требуется для исполненія его обязанностей, но не подлежит также сомненію, что человек, получившій многостороннее образованіе и при том обладающій специальными сведеніями, либо опытностью, по своей части, может, при одинаковых снособностях, принести более пользы, нежели тот, котораго весь умственный запас ограничивается тесным кругом его служебных обязанностей. Конечно—никакой зкзамен вънауках не может быть верным мерилом для сужденія о будущих деловых способностях чиновников, потому что подобныя испытанія недостаточны для оценки деятелыюсти, силы воли и других качеств, которыя гораздо полезнее школьных сведеній и могут проявиться не иначе как в последствіи, на действительной службе. Недостатки номянутаго указа не замедлили впрочем» обнаружиться, что заставило сперва сделать в нем некоторыя изъятія, а нотом и вовсе отменить его. Но он иринес несомненную пользу, заставя учиться (3?).

В числе административных распоряліеній, относящихся к этому періоду, замечатедьно присое-диненіе выборгской губерніи (Старой Финляндіи) к новопріобретенной, но Фридрихсгамскому миру Финляндіи (:,s). Известно, что было время, когда Император Александр намеревался также образовать, на западной границе Имперіи, особую область, в которую должны были войти, как часть, некоторыя из возвращенных от Польши губерній, и что только вліяніе Поццо-ди-Борго, Карамзина и других лиц, отклонило его от исполненія этой идеи, могшаго иметь роковыя последствія. Такія распоряженія, кроме вліянія князя Чарторыскаго в юности Александра, но всей вероятности, были внушены примером Наполеона, окружившаго Францію вассальными владеніями. Но сам Наполеон, при первой возможности, старался слить их с Французскою Имперіей: по крайней мере, он поступить так с Голландіей и большою частью Италіи, и кто знает, что было-бы, еслибы он долее господствовал в Европе?

Продовольствіе народа необходимейшими потребностями побудило к принятію, в періоде времени с 1800 но 1811 год, особенных мер, из коих главнейшія состояли: 1) в разрешеніи, для снабженія солью с.-петербургской и псковской губерній, покупки до милліона пудов иностранной соли, обходившейся слишком 25-ю копейками на пуд дешевле доставляемой чрез Нижній Новгород (м). Вслед за тем, учре:кдена эксиедиція астраханских соляных промыслов (40). 2) По случаю неурожая в некоторых губерніях и войнц, в 1800 году, запрещен вывоз из Имперіи хлеба, по всей западной границе(41), и пріостановлено винокуреніе на 6 месяцев в западных губерніях (42). Для снабженія новопріобретенной Финляндіи, было отправлено туда в 1808 году более 700,UUO и в 1809 милліон пудов олтонской и пермской соли(43). Хорошій урожай в 1808 году дозволил разрешить в следующем году выиуск хлеба за границу (44). Тогда-же усилена разработка молдавской горной соли(45). В 1810 году, не смотря на предшествовавшій урожай, ввозили из-за границы хлеб в Россію, но вскоре, по представленію литовскаго военнаго губернатора Кутузова, нолагавшаго, что чрез ввоз хлеба могло выдти из наших занадных губерній .значительное количество серебра, и что внутренній избыток оставался без употребленія, запрещено было ввозить хлеб в Россію (4,!). С 1812 года разрешена была свободная продажа соли, с уплатою в казну пошлины от -Ю до 45 конеек с иуда, за исключеніем илецкой соли, пошлина с которой оставлена прежняя (47).

Водвореніе носеленцев за Баикалом, предпринятое еще в 1800 году, но производившееся без надлежащаго порядка и подававшее повод к некоторым злоупотребленіям, было онределено особым Ноложеніем, коим установлен деятельный надзор над забайкальскими поселенцами, улучшено их содержаніе, назначена достаточная сумма на первоначальное их обзаведеніе и предоставлены им разныя льготы (4s). Для нереселенія на Кавказ, также сонряженнаго со многими затрудненіями, по недостатку надзора и нужных ередств, было издано подобное-же Ноложеніе (4!'). В 1810 году, переселено из Кабарды на Кавказскую линію 209 Осетин(5и). Для усиленія Черноморскаго войска, охранявшаго границы от набегов горских иародов, разрешено двадцати пяти тысячам обывателей малороссійских губерній переселиться на по-жалованныя войску земли. Черноморцы сами желали этого переселенія, но причине незначительная числа их и частых нападеній горцев, и далее переманивали к себе жителей Малороссіи, которые, терпя недостаток в земле, охотно переселялись в Черно морье(51). Переселенія иностранных колонистов в новоросеінскій край, Крым и в окрестности Петербурга продолжались с уснехом до.1810 года, когда комитета, учрежденный для сокращенія государственных расходов, разеуждая о водвореніи иностранных выходцев, вывел следующее заключеніе: „одна колонистская семья, около столицы водворяющаяся, стоить казне на первоначальное обзаведеніе слишком 5,000 рублей, тогда как крестьяне, природные подданные, переселяясь из губерній многолюдных в места незаселенный, и составляя полезнейшія для государства колоніи, никакой почти ссуды не имеют, так, что пособіе немецкой семье, свободной от рекрутской службы и других повинностей, даваемое, моглобы с вероятностыо обращено быть на нереселеніе семей 50-ти русских креетьян, к существенной пользе самих их и государства’4. На основаніи этого вывода, новелено, отменив сумму, назначенную на переселеніе иностранных выходцев, сообщить нашим миссіям и консульствам, что русское правительство не станет более выдавать никаких ссуд колонистам, но тем из них, кои пожелают переселиться в Россію на собственный счета, правительство окажет полное покровительство, отведет земли и вообще даст такія-же льготы, какими пользовались их товарищи (52). Запрещены самовольные переходы Оренбургских Башкир в другія губерніи и приняты меры для водворенія в оренбургской губерніи и улучшенія быта кочевыхъ