Чтение онлайн

Напряжение всех сил, тем не менее, не привело к окончательной победе Айстульфа, так как против него вскоре выступила мощная коалиция Франкского государства и папства. Сначала Айстульф одержал ряд побед: вскоре после взятия Равенны он осадил Рим (754 г.) и потребовал подчинения Римского дуката своей юрисдикции и передачи его владений лангобардам на положении федератов, что привело бы к их фактическому господству над папством и Римом, а также к прекращению связи дуката с Византийской империей. Перемирие с папой Захарием было вскоре нарушено Айстульфом. Но уже в 751 г. Захарий совершил важный акт, который аннулировал в будущем все дальнейшие успехи Айстульфа: он дал согласие на коронацию Пипина Короткого, что послужило началом основания светского государства пап из отнятых Айстульфом территорий и привело к двукратному походу Пипина в Италию (в 754 и 756 гг.). После побед Пипина крах завоевательной политики Айстульфа стал несомненным; более того, продолжающаяся агрессия Айстульфа лишь усилила противодействие франков и папства. Судьба лангобардского господства в Италии была предрешена.

После смерти Айстульфа в 757 г. новый король Дезидерий начал свое правление с завоевательной политики в духе Лиутпранда. Вместе с тем он стремился завязать сношения с Византией и даже пытался поссорить папу с франками. Но это привело лишь к новым обращениям папы (Павла I) к Пипину, к его новому вмешательству в итальянские дела (763 г.), в результате которого Дезидерию пришлось отказаться от притязаний на Папскую область. В дальнейшем он неоднократно нарушал свои обещания и дважды осаждал Рим и Равенну.

Стремление Дезидерия овладеть территорией папского патримония в значительной мере объясняется необходимостью найти внутреннюю опору для своей власти путем раздачи земель римской церкви лангобардским магнатам, ибо продолжение пожалований из его собственных королевских земель представлялось ему опасным и грозило ослабить хозяйственную основу королевской власти. Однако земельные пожалования в обстановке роста могущества лангобардской знати не могли гарантировать Дезидерию длительную ее верность. Некоторые ее представители уже переходили на сторону нового франкского короля Карла (768–771, совместно с братом Карломаном).

В такой обстановке папа вновь обратился к франкскому королю, чему не могли воспрепятствовать многочисленные и обильные дарения Дезидерия в пользу церкви и основание им новых монастырей. Карл предпринял поход в Италию; его войска осадили Павию, где заперся Дезидерий. Пока длилась осада (с сентября 773 по июнь 774 г.), Карл отправился в Рим, где его торжественно встретил папа, которому он передал грамоту Пипина, оформлявшую дарения патримония св. Петра в качестве Папского государства. Вслед за тем, после сдачи Павии, Дезидерий был низложен и отправлен за Альпы в качестве пленника, а лангобардские магнаты в массе своей стали присягать Карлу. Лангобардское королевство прекратило существование и оказалось под властью франков.

Однако это еще не разрубило гордиева узла противоречий, раздиравших Италию: папа притязал на Истрию, Сполето и Беневенто, а Карл, ставший королем лангобардов и «римским патрицием» (т. е. светским патроном папского патримония), стремился обратить герцогов названных областей в своих вассалов. Поэтому Карлу пришлось еще неоднократно совершать походы в Италию. В результате ему удалось то, что не удавалось лангобардским королям, — он сумел разорвать политическую связь Италии с Византийской империей и включить ее в состав стран Западной Европы.

Это, правда, еще не означало объединения всех областей Италии, которая после франкского завоевания оказалась раздробленной на ряд герцогств, феодальных вотчин и городов. Процесс феодализации Италии после ее завоевания Каролингами усилился, так как складывавшийся у самих лангобардов господствующий класс стал более значительным в результате притока разных слоев франкских феодалов. Италия раздиралась усобицами не только между герцогами, но и между светскими и церковными феодалами. Несмотря на формальное ее выделение в качестве особого королевства, доставшегося сыну Карла Великого Пипину (в 781 г.), в Италии так и не установилась центральная королевская власть. И хотя после коронации папой Львом III Карла Великого в Риме в качестве императора (800 г.) Италия стала частью Королингской империи, тем не менее она надолго осталась политически раздробленной страной с очень большими противоречиями между северными, средними и южными областями.

2. Особенности развития феодализма в Северной и Средней Италии в IX–XIV вв.

Л. А. Котельникова

После завоевания Лангобардского королевства франками политическая карта Италии выглядела следующим образом: Северная и частично Средняя Италия (за исключением Папской области) вошли в состав Каролингской империи. Папское государство включало в себя Рим с окружающей территорией, Пентаполис и Равеннский экзархат. Сохранявшие и прежде фактическую независимость от Лангобардского королевства герцогства Сполето и Беневенто в этот период были вассалами то папы, то Каролингов; Апулия, Калабрия и Сицилия по-прежнему принадлежали Византии.

Каролинги разделили завоеванную часть Италии на 20 графств (вместо прежних герцогств), во главе которых находились представители франкской служилой знати. В пограничных областях были образованы маркграфства (маркизаты). Сменив лангобардских герцогов и гастальдов, графы возглавили и управление городами. Им подчинялись викарии, центеиарии и более мелкие должностные лица — деканы, салтарии и др. Гастальды оставались управляющими владений короны, находясь в зависимости от графов. Графам принадлежали судебные и военные, административные и фискальные функции. При Карле Великом был также учрежден институт скабинов, избиравшихся графом из имущественно состоятельных и сведущих в законах горожан с согласия всего населения города. Скабины участвовали в судебных заседаниях и помогали графам в розыске преступников.

Каждые три месяца графства и епископские диоцезы посещали «императорские посланцы» (missi dominici), обладавшие контрольными функциями. Однако в IX в. деятельность missi dominici постепенно ослабевает, в то время как расширяется объем власти и возрастает влияние епископов (некоторые из епископов в первой половине IX в. были и среди «императорских посланцев»).

Епископ постепенно становится административной и политической главой города и его округи, подчиняя себе графа. Со второй половины IX в. растет количество императорских иммунитетных дипломов, пожалованных епископам. Первоначальное освобождение населения иммунитетной территории от некоторых податей и взиманий в пользу королевской власти и запрещение государственным должностным лицам вступать в пределы иммунитета расширяется вплоть до приобретения иммуннстами политических, судебных и административных прав графов, в том числе прав на открытие рынков и ярмарок и чеканки монеты.

Иммунитетные привилегии в IX–X вв. получили епископы-сеньоры крупных городов Северной и Средней Италии — Павии, Пьяченцы, Вероны, Падуи, Кремоны, Ареццо, Бергамо, Венеции и др. Оживление торговой и ремесленной активности многих итальянских городов, начавшееся в VIII в., неуклонно возрастало в IX–X вв. и было тесно связано с приобретением ими ряда политических и административных прав в государстве. Это отразилось и в многочисленных королевских и императорских дипломах.

Пожалования жителям тех или иных городов прав на устройство ярмарок и рынков, чеканку монеты, возведение укреплений, строительство дорог и мостов, освобождение их от уплаты ряда торговых пошлин и сборов должны были обеспечивать государям активную поддержку со стороны горожан и их сеньоров-епископов в борьбе с теми или иными крупными феодалами или феодальными группировками (на деле же возросшая мощь епископа в результате иммунитетной грамоты далеко не всегда являлась гарантией его верности жалователю: так было и в Каролингской империи, и в Итальянском королевстве, и в государстве Оттонов). Обычно иммунитетные права горожане осуществляли под контролем и главенством епископа — своего сеньора, хотя подчас такие пожалования делались непосредственно горожанам, а епископ или граф в грамоте могли и не упоминаться (ср. иммунитетный диплом 958 г. горожанам Генуи, согласно которому государственным должностным лицам запрещалось осуществлять всякие публичные функции в городе; в дипломе 945 г. за горожанами Мантуи фактически признавались суверенные права, хотя король и адресуется к епископу).

Папский дворец. XIII в. Витербо

Тем не менее епископ вовсе не собирался уступать свои права и привилегии добровольно. Столкновения его с горожанами — торгово-ремесленными слоями и мелкими феодалами-вальвассорами — в IX–X вв. — явление весьма частое. В 879–899 гг. жители Турина изгнали из города епископа Аммоло. В 980 г. произошло первое крупное выступление горожан Милана против архиепископа. Епископа Ландульфа лишили всех прав в городе и два раза заставляли оставить Милан Исключительно сильный размах приобрела борьба миланцев против архиепископа Ариберта в 1041–1044 гг. Горожане Пьяченцы боролись с епископом за обладание портом на реке По. В 996 г. после неудачной попытки вернуть себе общинные угодья, захваченные епископом, кремонцы разрушили крепость епископа и изгнали его из города. Выступления горожан против епископов в IX–X вв. были первыми вестниками нового движения. которому принадлежало будущее, — борьбы за коммуну. Органы городской коммуны — общее собрание членов, особые должностные лица — появились не вдруг, не в момент ее возникновения. В городах Италии в IX–X вв. (а подчас и еще раньше) мы встречаемся с зародышевыми формами будущего городского самоуправления. Так, франкское законодательство официально признавало участие всего городского населения в выборе епископа, скабинов, вицедоминов и других должностных лиц.