История моей жизни
Шрифт:
— Давай поговорим где-нибудь... в приватной обстановке, — сказал он, глянув за меня на Кэма и его братьев.
— Не бывать этому, — сказал Кэм, подходя ближе, чтобы встать рядом со мной.
— Говори, что хотел, — к нему присоединился Гейдж.
— Затем убирайся к чёрту, — добавил Леви, вставая по другую сторону от меня.
Джим выглядел так, будто вот-вот подавится своим эрудированным языком. Он привык к цивилизованному всаживанию ножа в спину, а не к конфронтациям лицом к лицу.
— Ладно. Я просто пытался уберечь тебя от позора, — сказал Джим, достав руки из карманов и положив их на бёдра как разочарованный профессор.
— Единственный человек, в оберегании которого ты заинтересован — это ты сам.
— Это неправда, — пресмыкался он.
— Мужик, если ты в следующие пять секунд не перейдёшь к бл*дской сути, мои кулаки сопроводят тебя за пределы города, — сказал Кэм.
Джим фыркнул.
— Агрессия становится ответом лишь тогда, когда в уравнении отсутствует интеллект.
Кэм слегка двинулся в его сторону, и мой бывший муж отпрыгнул назад.
Джим с трудом сглотнул.
— Ладно. Хейзел, тебе надо отказаться от этого абсурдного проекта на досуге. Ты по контракту обязана написать ещё одну книгу в серии Спринг-Гейт. Издатель хочет этого, а не нового сопливого кризиса среднего возраста в духе «Ешь, Молись, Паси Коров», который ты сейчас пишешь.
Весь воздух с едва слышным свистом покинул мои лёгкие. Я хотела согнуться пополам, но заставила себя смотреть ему в лицо.
— Откуда ты знаешь? — дрожь в моём голосе безумно раздражала.
— Вчера я обедал с твоим редактором и командой из отдела по работе с авторами.
— Чего ты делал? — потребовала Зои. Гейдж резко вскинул руку и поймал её за талию прежде, чем она успела бы накинуться на Джима.
— Ты не мой агент. Ты не имеешь права притворяться, будто представляешь меня, — сказала я, выпрямляя спину, пока меня охватывала ужасная тошнота.
— Хейзел, слушай. У нас всех есть личная заинтересованность в том, чтобы ты преуспела. Дай им ещё одну книгу Спринг-Гейт.
Я качала головой ещё до того, как он договорил предложение.
— У тебя есть личная заинтересованность, потому что ты получаешь роялти за первые три книги в серии. Потому что как бы ты ни обсирал мои книги и мои истории, они обеспечивали нас, пока ты играл в Мистера Самомнение. Книги, которые ты называл нереалистичным «порно для мамочек» и «бесполезным фуфлом», сейчас оплачивают аренду твоей чёртовой квартиры.
Кэм зарычал, и Джим отступил на полшага назад.
— Ты отстой! — выкрикнул кто-то из толпы. Всюду раздавалось согласное бормотание.
— Джим, это правда? — спросила моя мать.
— Я имел право на равную долю, — сказал Джим. На его пафосной рубашечке появлялись пятна пота.
— Ты мудак, — прорычала Зои из-за барьера руки Гейджа.
— А ты никогда не умела вести себя как взрослый человек.
— Я бы на твоём месте был осторожнее, дружок, — сказал Гейдж ледяным тоном. — Если я отпущу её, ты станешь всего лишь трупом, который нам надо будет закопать.
Кэм повернулся ко мне.
— Детка, я полностью поддерживаю то, что ты можешь за себя постоять, но этот парень так и хочет получить кулаком по роже, и если ты этого не сделаешь, я с радостью окажу ему эту честь.
— Детка? — Джим фыркнул, переводя взгляд между Кэмом и мной.
— Не думаю, что кто-то из нас спрашивал твоё мнение, — опасно произнёс Кэм.
— На твоём месте я бы уже садился в машину, — посоветовал Леви Джиму с маленькой злобной улыбочкой.
— Секундочку, — сказала я, делая шаг в сторону своего прошлого. — Последние десять лет говорил только ты. Теперь моя очередь. Ты заявляешься в мой город и говоришь мне перед моими друзьями, что мне нужно отказаться от этой маленькой фантазии и продолжить зарабатывать тебе деньги, которых ты не заслужил.
Я ткнула пальцем в его грудь, подмечая, что она была мягче, чем я помнила. Но любая грудь в сравнении с грудью Кэма наверняка имела консистенцию теста.
— Она опять тычет пальцем, — громко прошептала Зои
— Дорогая, не повреди свои ногти, — окликнула мама.
— Что ж, вот послание для тебя и твоих издательских друзей, Джим. Отъе*ись, дерьмовафля.
По толпе прокатился смех, кто-то издал поддерживающий вопль.
— Она активно использует эту «дерьмовафлю», — заметил Гейдж.
— Я буду писать то, что хочу, — сказала я, продолжая тыкать Джима в грудь. — И если ты не хочешь, чтобы я сделала всё в своих силах, чтобы заставить людей перестать покупать те книги, которые тебе принадлежат, я бы на твоём месте прямо сейчас уехала и не возвращалась. О, и никогда, никогда больше не упоминай никому моё имя.
Кэм одобрительно буркнул за секунду до того, как наши зрители взорвались шумными аплодисментами.
— Забирай свои вычурные штанишки и проваливай, — проорал Гатор.
Джим открыл рот, чтобы возразить, но я не смогла бы услышать его из-за толпы. Он развернулся на пятках своих щегольских мокасинов и пошагал к парковке.
Это случилось так быстро, что я чуть не пропустила.
Чешуйчатая рыбья голова упала с неба и с влажным шлепком приземлилась прямо на пути Джима.
— Лучше поспеши. Ты разозлил Гуся, — крикнул ему Гейдж.
Джим обошёл рыбу и, защищая голову рукой, побежал со всех ног.
Кэм сжал моё плечо и с энтузиазмом встряхнул меня.
— Отличная работа, Проблема.
Зои приложила ладони рупором ко рту и проорала:
— Увидимся, неудачник.
Моя мать присоединилась к нам, наблюдая, как Джим позорно удаляется.
— Думаю, нам пора затеять долгий разговор.
Я спустилась вниз после эмоционального получасового душа. Мои волосы были мокрыми, и я нанесла три слоя дезодоранта. Моя мать выглядела очаровательной и свежей на моём славном белом диване. На столике перед ней стояла запотевшая бутылка шардоне.