Чтение онлайн

— Пока, — пробормотал Леви.

Я вскочила со стула, внезапно охваченная гневом.

— В чём твоя проблема? — потребовала я, тыкая пальцем Кэму в грудь.

— Мы можем поговорить? После того, как я сброшу этот окорочок в озеро? — спросил он меня.

— Вот теперь он хочет поговорить, — заметил Джуниор.

Кэм повернулся лицом к бару.

— Клянусь Богом, я буду драться с каждым из вас.

Мисс Патси встала и начала описывать круги своей сумочкой над головой, как будто это было лассо.

— Хотела бы я посмотреть, как ты попытаешься, выскочка.

— Со всеми, кроме тебя, — сказал Кэм, указывая на неё. — Я не доверяю этой сумочке.

Гейдж и Леви неохотно подошли и встали позади Кэма. Я не была уверена, были ли они там для того, чтобы защитить его от всех или всех от него. Хотя, судя по их мрачным выражениям лиц, также существовала вероятность, что братья хотели быть уверенными, что они нанесут первые удары.

— Никто ни с кем не будет драться, если только Хейзел не ударит Кэма, — объявил Леви.

Разочарованное бормотание было быстро заглушено стальным взглядом шефа полиции.

Кэм повернулся ко мне с мольбой в глазах.

— Пять минут. Подальше от этих придурков.

— Нет.

— У тебя были свои пять минут. Она двигается дальше, приятель, — самодовольно сказала Зои.

— О, отлично! Мы это не пропустили, — сказал Фрэнк, стоя в дверях.

— Я думала, они уже должны были быть в крови, — сказала Пеп, бросая аптечку на ближайший столик в пабе. — Выпей нам пива, Расти.

— Если ты думаешь, что драка в городском баре будет каким-то грандиозным жестом, ты сильно ошибаешься, — сообщила я Кэму.

— Я вроде как думал, что буду постепенно наращивать грандиозность жестов. Но это сложно, когда ты встречаешься с каждым холостяком в городе.

— Встречаюсь? Я не встречаюсь!

— О, так же, как мы не встречались? Наверное, Бронсон Ван дер Бик просто так придержал для тебя дверь в книжном магазине. Он даже не читает книги, Хейзел. А как насчёт обеда в уютной обстановке со Скоттом, кузеном Дариуса? Или прогулки на каяке со Скутером?

Он показал мне экран своего телефона, листая фотографии, на которых я улыбаюсь другим мужчинам.

У меня отвисла челюсть, когда я поняла, что произошло.

Весь чёртов город устроил мне «Уикенд у Берни».

— Гарланд! — рявкнула я.

Кэмпбелл

У меня болели лицо, кулаки и рёбра. При каждом шаге из моих ботинок выплёскивалась озёрная вода, пока я ковылял по Мэйн-стрит.

На запястьях у меня не осталось волос из-за клейкой ленты, которую Леви использовал вместо наручников.

Я дрался за неё, был первым, кого брат официально арестовал, и получил внушительный штраф за порчу общественного имущества, а мама с папой внесли за меня залог.

Но я доказал себе и Стори-Лейку, что не собираюсь сдаваться без боя.

И я был готов ко второму раунду.

Я расправил плечи, когда в поле зрения показался дом Хейзел. Свет на крыльце горел, но в гостиной и комнате отдыха было темно. Но сейчас только начало одиннадцатого, и я знал, что она ещё не легла спать.

Я открыл калитку и зашагал по дорожке. Была 85 % вероятность того, что она не откроет дверь, если я позвоню, и стопроцентная вероятность того, что она не впустит меня внутрь, чтобы я не залил её недавно отполированные полы водой из озера и кровью.

Я решил прибегнуть к Плану Б и направился в обход дома, пробираясь через последние заросшие участки двора. Я получил веткой кизила по лицу и порвал штаны обо что-то колючее, прежде чем добрался до окна её кабинета. Из него лился свет.

Она сидела за своим столом, слава Богу, одна. Волосы были собраны в тугой узел. Плечи опущены. Её пальцы скользили по клавиатуре как в тумане. Её спина была самой красивой спиной, которую я когда-либо видел. Я хотел видеть эту спину снова каждый день до конца своей жизни.

— Ты собираешься торчать там всю ночь или всё-таки решишься?

Я обернулся и увидел, что Фелисити выглядывает из-за забора.

— Ты там на стремянке?

— Я предпочитаю думать об этом как о наблюдательной площадке. Почему ты весь мокрый?

— Потому что я был идиотом, а теперь не идиот.

— Хм. Просто для ясности, ты признаёшься в любви, а не совершаешь какое-то странное преступление, верно? — спросила она.

Я вздохнул и сделал мысленную пометку купить и повесить занавески на все окна по эту сторону дома Хейзел, независимо от того, даст ли она мне второй шанс.

— Да, и я был бы признателен за уединение, — многозначительно сказал я.

— Это обойдётся тебе дорогой ценой.

— Я в течение месяца лично буду принимать твои заказы и доставлять их, — пообещал я.

— Приятно иметь с тобой дело. Кстати, отличные пластыри, — сказала она, исчезая из виду.

Я посмотрел на свои костяшки пальцев. Моя мама, шутница этакая, пополнила аптечку светящимися в темноте пластырями с эмодзи. Она использовала на меня все пластыри с какашками.

Я поднял руку, чтобы постучать в окно Хейзел, но остановился.

«Дерьмо». На ней были наушники. Это означало, что я вот-вот напугаю её до смерти. Внезапно весь этот план показался мне глупым... и опасным. А что, если она бросится на меня с ножкой от банкетки или швырнёт в меня свою ручную енотиху?

Ругаясь себе под нос, я вытащил телефон из мокрого кармана, молясь, чтобы он всё ещё работал.

Я: Повернись.

Я отправил сообщение и подождал.

Она посмотрела на свой телефон, и её пальцы замерли на клавиатуре. Но вместо того, чтобы потянуться к телефону, она расправила плечи и продолжила печатать.

— Серьёзно, Хейзел? — бормоча что-то себе под нос, я отправил ещё одно сообщение.

Я: Я буквально вижу, что ты меня игнорируешь. Просто повернись.

Я: Пожалуйста.

Экран её телефона снова засветился, и Хейзел откинула голову на спинку стула. Она перевернула телефон экраном вниз и снова принялась печатать.

Зарычав, я нажал кнопку вызова.

— Чёрт возьми, — донёсся изнутри приглушённый вопль Хейзел. Она хлопнула ладонью по телефону и ответила на звонок. — Что?