Чтение онлайн

Ангел. Фрагмент фрески храма Кинцвиси. Конец XII – нач. XIII в. Грузия.

Это делало Церковь зависимой от государства, особенно в делах имущественных, чего не мог допустить Ансельм, который как и Ланфранк, его учитель и предшественник на Кентерберийской кафедре, был горячим сторонником реформ папы Григория VII и его идей о самостоятельности и даже о превосходстве Церкви в обществе. Вскоре Руф, человек необузданный и грубый, отказался от своих обещаний. В «Житии святого Ансельма, составленным Эдмаром, монахом Кентерберийским, учеником и неразлучным спутником Ансельма» сказано: «Король захватил Кентерберийскую церковь, мать всей Англии, Шотландии, Ирландии и соседних островов; все, принадлежавшее ей снаружи и внутри, подвергнул ревизии с помощью своих чиновников. Назначив для монахов жалованье, он все остальное велел посылать в качестве дохода ко двору. Таким образом он вынес Церковь Христову на продажу». Когда Ансельм попытался защитить Церковь от королевских посягательств, произошел резкий разговор: «Что тебе до моих аббатств? – спросил Руф. – Они ведь мои?» – «Ваши, чтобы вы их защищали, – отвечал Ансельм, – а не для того, чтобы вы обирали их для ваших войн». Из-за бескомпромиссности в делах, касающихся Церкви, у Ансельма возникали частые конфликты с Вильгельмом II Руфом, а затем и с его младшим братом Генрихом I, занявшим престол в 1099 г. Скончался св. Ансельм в 1109 г.

Творчество Ансельма обычно делят на три периода. Труды первого периода заложили основу ранней средневековой схоластики; главные из них – «Монологион» и «Прослогион». Надо сказать, что схоластика (от – школа обучения) отнюдь не является пустой игрой понятиями, оторванной от реальной жизни и потому бессмысленной, как пытались представить ее некоторые деятели Возрождения и особенно Просвещения. По своему характеру схоластика – это религиозная философия в том смысле, что в ней философские понятия и логика, обычно диалектическая, а не формальная, используются для осознания положений христианской веры. При этом свободные философские спекуляции в религиозно-нравственной сфере средневековая схоластика считала допустимыми – по словам непосредственного предшественника Ансельма св. Петра Дамиани: «Философия – служанка богословия». В средневековой схоластике четко выделяются два противоборствующих течения: реалисты и номиналисты. Номинализм отрицал онтологическое содержание общих понятий; для номиналистов их использование – лишь удобный и даже необходимый способ классификации отдельных предметов, но объективно существует только единичное. Главными представителями номинализма в ранней схоластике был современник Ансельма каноник Росцелин, а через несколько десятилетий – знаменитый Абеляр. Против Росцелина направлены несколько книг Ансельма, который как почитатель Августина, следовавшего в своих философских построениях Платону и неоплатоникам, считал общие понятия, идеи предметов абсолютной реальностью. Реалистом в этом смысле был также Ланфранк, учитель Ансельма, и многочисленные их последователи. Ансельму принадлежит роль основоположника реализма в ранней схоластике. Маркс считал, что в условиях средневековья номинализм был «первым выражением материализма», а Ленин сравнивал номиналистов и реалистов с современными материалистами и идеалистами. Подобные утверждения сделаны с большой натяжкой, поскольку средневековые схоласты – и номиналисты, и реалисты – были глубоко верующими людьми, а споры между ними были прежде всего вызваны различиями в подходах к проблеме сотворения Богом нашего мира.

Вернемся к трудам св. Ансельма Кентерберийского. Стиль Ансельма, особенно в первый период его творчества, близок стилю блаж. Августина – у обоих литературный труд есть своего рода молитва Всевышнему. Гносеология Ансельма также следует августиновской, согласно которой познание истины возможно лишь путем веры: credo ut intelligam (верую, чтобы понимать). «Монологион», в частности, содержит рассуждения о признаках Бога («именах» по терминологии Ареопагитик). В «Прослогионе» приводятся «доказательства» бытия Божиего, из которых самое знаменитое названо Кантом онтологическим. Это доказательство основано на принципах крайнего реализма, прежде всего, на утверждении, что понятие тем более реально, чем более общим оно является. Начинается «Прослогион» смиренным обращением-молитвой к Богу: «Я, Господи, не стремлюсь проникнуть в высоту Твою, ибо нисколько не равняю с ней мое разумение, но желаю хоть сколько-нибудь уразуметь истину Твою, в которую верует и которую любит сердце мое. Ибо я не разуметь ищу, дабы уверовать, но верую, дабы уразуметь. Верую ведь и в то, что «если не уверую, не уразумею»!» Согласно онтологическому доказательству, факт существования Бога уже содержится в самом понятии «Бог», которое означает «То, более чего нельзя помыслить». Ансельм начинает свое доказательство со стиха, дважды упоминаемого в Псалтыри: «Сказал безумец в сердце своем: нет Бога» (Пс 13:1;52:1). Но даже этот безумец понимает, если ему говорят: «Нечто, больше чего нельзя себе представить», т. е. это понятие содержится в его уме. Значит такое «нечто» существует реально, в противном случае возникает противоречие: если оно только в уме безумца, нетрудно представить себе нечто более, чем содержание ума отдельного человека. Это – типичное схоластическое доказательство; кстати, подобный способ доказательства в дальнейшем стал важным методом в точных науках.

Второй период в творчестве Ансельма – чисто богословский. Он пишет труды «О вере в Троицу», «О Воплощении Слова», «О Непорочном Зачатии», «Об исхождении святого Духа» и ряд других.

В конце жизни, в третьем периоде, Ансельм возвращается к религиозной философии. Здесь интересны его работы о свободе воли, в которых он заметно отходит от соответствующих творений блаж. Августина. Свобода воли, согласно Ансельму, не заключается в возможности свободного выбора между добром и злом, иначе не были бы свободны Бог и Его ангелы в их влиянии на нас. Из двух основных направлений воли человека – к справедливости и к пользе – лишь стремление к справедливости может быть свободным и соответствовать тому, чего желает Бог. Лишь бескорыстно стремясь к справедливости, человек истинно свободен. Искупительная жертва Христа сделала возможной эту свободу, потерянную человечеством в результате грехопадения наших прародителей. В вопросе об исхождении Святого Духа Ансельм защищает представление католической Церкви, т. е. утверждает исхождение «и от Сына», filiogue.

В 1720 г. св. Ансельм Кентерберийский был провозглашен Учителем Церкви, «Doctor magnificus», т. е. «доктором великолепным» (некоторые переводят magnificus как «чудесный»). Несомненно, что в те жестокие и мрачные времена, времена крестовых походов и церковных расколов, Ансельм с его неуклонным стремлением к справедливости для многих был «белой вороной».

В начале этой главы упоминалось о св. Бернаре Клервоском как об одном из главных вдохновителей II крестового похода. Бернар был наиболее влиятельным церковным деятелем первой половины XII в. и одновременно плодовитым религиозным писателем, богословом-мистиком. Он родился в 1091 г. в Бургундии в знатной и богатой семье и получил прекрасное образование. Однако в двадцатилетием возрасте Бернар твердо решил целиком посвятить себя служению Богу и в 1113 г. вступил в монашеский орден цистерцианцев и поселился в монастыре аббатства Сито (от названия аббатства произошло название ордена, который представлял собой часть большого ордена бенедектинцев, славившегося строгостью своей жизни). Это его решение горячо поддержала мать, которая до замужества готовила себя к монашеству. В 1115 г. вместе с двенадцатью монахами-цисторцианцами Бернар основал на диком лесистом берегу реки монастырь Клерво, в котором стал аббатом, и до конца жизни оставался аббатом, категорически отказываясь подниматься выше по лестнице церковной иерархии. Это не мешало ему серьезно влиять на политику католической Церкви в течении нескольких десятилетий. Так папа Иннокентий II обязан ему своим престолом, а своему ученику папе Евгению III, бывшему в свое время монахом в Клерво, Бернар писал: «Говорят, что папа не ты, а я». Он много ездил по христианским странам и был знаменит пламенными проповедями, умением влиять на слушателей с почти гипнотической силой.

Два перевала, через которые он пересекал Альпы во время поездок в Рим, носят его имя – Сен-Бернар. Св. Бернар основал более шестидесяти цисторцианских монастырей, способствовал прекращению церковной схизмы 1130 г., защищая законного папу Иннокентия II против антипап Анаклета и Виктора, боролся с ересью катаров. Наряду с бурной церковной деятельностью св. Бернар много занимался трудом литературным, где выработал особый стиль, имевший немало последователей среди христианских мистиков. Он обладал удивительной способностью отвлекаться от внешнего мира, полностью уходя в созерцание. Известен рассказ о том, как Бернар на коне проезжал мимо Женевского озера и так погрузился в свои умозрения, что не заметил ни озера, ни даже коня. Ему принадлежат глубокие толкования на библейскую Песнь Песней, где, согласно древней традиции, аллегорически изображена любовь Христа к основанной Им Церкви. Бернар способствовал распространению культа Богородицы в Католицизме, хотя наверняка громил бы в своих произведениях составителей новой католического догмата о непорочном зачатии Девы Марии, он не любил рассуждать даже о непорочном зачатии Самого Христа. Бернар резко выступал против номинализма в религиозной философии, подвергнув резкой критике современника Абеляра: «Петра Абеляра, веры католической гонителя, Христова Креста неприятеля, с очевидностью обличает и жизнь его, и книги. Он монах снаружи, еретик внутри». Бернар во многом следовал Августину, но в отличие от Ансельма, который исповедовал преимущественно философские идеи блаженного, Клервосцу были ближе его мистические прозрения. Бернар знал творения отцов Восточной Церкви, но постоянно повторял, что главным источником его творческого вдохновения является Священное Писание. Не менее интересны, чем теоретические труды, его многочисленные послания и письма. Для примера приведем выдержки из письма св. Бернара к папе Евгению III с рассуждениями о том, кто есть папа и что он есть: «Кто ты есть? Иерей великий, первый меж епископов, наследник апостолов; предпочтением Авель, кормчим правлением Ной, патриаршеством Авраам, положением Мельхиседек, достоинством Аарон, значением Моисей, судейством Самуил, властью Петр, помазанием Христос. Ты – тот, кому ключи вверены, кому овцы доверены. И не только над овцами, но и над пастырями, ты над всеми единый пастырь. Вот – кто ты есть! Но не забывай и о том, что ты есть! Размышляя, кто ты есть, ответ находишь в звании твоем: ты – епископ; но епископом ты не рожден, а сделан. Так что же в чистейшем виде являет тебя: то, чем ты рожден, или то, кем ты сделан? Что тебе в венце твоем? Что тебе в блеске каменьев твоих, в пышности шелков твоих, в перьях диадемы твоей? Рассей все это, отвей все это от лика твоего размышления, как утренние облачка, – и явится пред тобой человек нагой, человек нищий, человек жалкий и жалости достойный, человек, рожденный на страдание, а не на блистание, рожденный от женщины, и посему во грехе; живущий краткодневно, и оттого в страхе; пресыщенный печалями многими, и потому в плаче. По-истине, печалями пресыщен, ибо и тело его бессильно, и дух неразумен, и сев его – смрад, и конец его – смерть.

Единственная есть связь мыслей, для тебя спасительная: сознавая себя высочайшим первосвященником, не забывай, что ты же – и ничтожнейший прах, и не только было, но и есть. Прими же образ свой как от начала нашего сотворения, так и от таинства искупления; возносись троном своим, но не возносись разумом своим, низкое в себе чувствуй и низким в мире сочувствуй».

Церковь Богородицы в Студенице. 1208–1209 гг. Сербия

Скончался Бернар Клервоский в 1153 г. в основанном им монастыре Клерво, и уже в 1174 г. был причислен к лику святых папой Александром III. В 1830 г. папа Пий VIII провозгласил св. Бернара Учителем Церкви. Труды Бернара Клервоского оказали влияние, в частности, на идеолога францисканцев Бонавентуру в XIII в. и на немецких мистиков конца XIII–XIV вв.: Мейстера Экхарта, Иоанна Таулера и Генриха Сузо. Перед личностью Бернара преклонялся Данте – в «Божественной комедии» проводником поэта по девятому, кристальному небу, Эмпирею, светлому жилищу ангелов, окружающих трон Богородицы, выбран св. Бернар: «И некий старец в ризе белотканной/ На месте Беатриче мне предстал./ Дышали добротою безмятежной/ Взор и лицо, и он так ласков был,/ Как только может быть родитель нежный». После горячей молитвы святого их взору предстала Божья Матерь: «Бернар… свои глаза к Ней устремил так страстно,/ Что и мои сильней воспламенил». О посредничестве Девы Марии в деле спасения верующего св. Бернар писал: «Без боязни прибегайте к вашему посреднику, к Иисусу, посреднику по преимуществу, Которому всегда внимает Его Отец. А если вас страшит божественное величие, прибегайте к Марии».

Следует упомянуть об учении, которое было достаточно широко распространено во времена средневековья и раннего Возрождения; затем после долгого перерыва оно возобновилось в конце XIX в., а во второй половине XX в. определило идеологию ряда течений христианства. Речь идет об учении протестантского толка Иоахима Калабрийского (Флорского), в котором история человечества, представляющая собой поступательный процесс, последовательно проходит три этапа, или три «состояния мира»: 1) эпоху ветхозаветную, где господствует строгий Отец, а люди живут в постоянном страхе перед Ним; 2) эпоху новозаветную, царство света, в которой живут «по плоти и духу», поклоняясь Богу из чувства сыновнего послушания; 3) эпоху Св. Духа, в которую люди живут исключительно «по духу» и поклоняются Богу в любви и свободе, получив в качестве окончательного откровения Вечное Евангелие, где изложена истина во всей ее полноте.

Первое «состояние мира» длилось от Адама до Христа, второе, по предсказаниям Иоахима, – до 1260 г., но эту конкретную дату его последователи постоянно отодвигали. Основой такого предсказания послужили слова Апокалипсиса о тысячелетнем управлении Христа перед концом света. В третьем периоде Церковь Петра перейдет в Церковь Иоанна, объединив католиков с православными, а также с иудеями. Этот эсхатологический сценарий использует теорию прогресса, поскольку уровень религиозного сознания человечества неуклонно растет по мере перехода в следующее состояние. Последнее состояние, по сути, есть рай Божий на земле, седьмой день истории, «день субботнего покоя». В этом учение Иоахима представляет собой разновидность хилиазма и послужило предтечей разного рода утопий. Отголоски популизма Иоахима чувствуются в некоторых работах по религиозной философии истории, написанных уже в наше время, в России его идеи были восприняты такими свободными религиозными мыслителями, как Вл. Соловьев, Мережковский, Бердяев. Что касается официальной Церкви, то ее отношение к трудам Иоахима Флорского было настороженным и даже враждебным с момента их появления. Его взгляды были частично осуждены на IV Латеранском соборе 1215 г., а утверждение о трех этапах истории в конце XIII века предано вместе с автором анафеме. Православная Церковь полностью отвергает учение Иоахима как еретическое.

Несколько слов о жизни Иоахима Флорского: она была небогата внешними событиями. Он родился в Калабрии в 1130 г. в семье местного нотариуса. При посещении Св. Земли Иоахим испытал на горе Фавор яркий религиозный опыт, после чего по возвращении в Италию постригся в монахи, вступил в орден цистерцианцев, вскоре став аббатом монастыря в Калабрии. В 1189 г. Иоахим вместе с несколькими сподвижниками основал монастырь Сан-Джованни-ин-Фьоре, где и умер в 1202 г.

Выдающаяся роль в истории Церкви рассматриваемого периода, а может быть и во всем послеапостольском христианстве, принадлежит св. Франциску Ассизскому, апостолу нищеты и основателю монашеского ордена. С именем Франциска связана новая струя в Западном монашестве, изменившая его стиль. Своей жизнью он продемонстрировал христианскому миру, что Спасителю надлежит подражать действенно, буквально следуя Его поступкам и словам, а не считать Его учение недосягаемым идеалом и в этом сознании самодовольно успокоиться. Подражать Христу обязан каждый верующий, особенно монах. Самому Франциску удалось пройти этот тяжкий путь настолько далеко, что, согласно преданию, в конце жизни на его теле появились знаки крестной смерти Иисуса, следы от гвоздей, так называемые стигматы. Франциск не оставил после себя письменного изложения своего учения, разве что краткий устав общины. Его учением была его жизнь, и в этом он тоже «подражал Христу». Из сказанного можно сделать вывод: хотя Франциск жил на Западе и его орден официально относится к католической Церкви, личность самого святого, несомненно, принадлежит всему христианству, той единой небесной Церкви, которая светит всем верующим вне зависимости от конфессий, которые их, к сожалению, разделяют.