Чтение онлайн

– Я не так хорошо его видел. А сейчас я расскажу, как все это было, - он зашагал по кухне, не в силах сдержаться, и Рики опять подумал, что "наш Вергилий" пишет стихи только потому, что боится, как бы его не сочли неспособным к этому.
– Я был здесь ночью, поздно. Не мог уснуть.

– Не мог, - эхом повторила его жена.

Сверху донеслись звуки ударов и визг.

– Эй, погоди с кофеи утихомирь их там!
– велел Скэйлс. Он подождал, пока она вышла. Вскоре к какофонии наверху присоединился еще один голос, потом все смолкло.

– Ну вот, я был здесь, листал каталоги сельхозмашин. Потом услышал какой-то звук возле сарая. Вор! Черт побери! Я выглянул в окно, там шел снег. А потом увидел его. Между сараем и домом.

– И как он выглядел?
– спросил Хардести, по-прежнему ничего не записывая.

– Не знаю! Было слишком темно!
– теперь его голос из альта перешел в сопрано.
– Только видел, как он там стоит!

А чем освещен ваш двор?
– спросил Сирс.

Мистер Законник, вы думаете, что я недоплачиваю за электричество? Ничем не освещен, но я видел его и знаю, что он очень большой.

– А откуда вы это узнали?
– спросил шериф. Миссис Скэйлс спустилась по лестнице - топ-топ-топ. Наверху кто-то из детей засвистел, прервавшись, когда мать заметила шаги.

– Потому что видел его глаза! Он стоял там и пялился на меня. Глаза в шести футах от земли.

– Только глаза?
– недоверчиво переспросил Хардести.
– Они что, светились в темноте?

– Именно так.

Рики посмотрел на Элмера, во взгляде которого читалось какое-то удовлетворение, потом на Сирса. Сирс так же, как и он, пытался сохранить спокойствие. И он тоже.

– Теперь я жду, что вы найдете его, Уолт, а вы, законники, должны упечь его к черту. Извини, дорогая, - жена его вернулась к плите, кивнув ему в знак прощения.

– А вы видели что-нибудь ночью, миссис Скэйлс?
– задал Хардести следующий вопрос.

Рики увидел, как напрягся Сирс, и знал, что он сам выглядит так же.

– Я видела только испуганного мужа.

Элмер кашлянул, его кадык ходил вверх-вниз.

– Ну что ж, - подытожил Сирс, - похоже, мы узнали все, что можно. Теперь прошу извинить нас, мы с мистером Готорном должны вернуться в город.

– Сперва выпейте кофе, мистер Джеймс, - сказала миссис Скэйлс, ставя перед ним пластмассовую чашку.
– Чтобы упечь этого монстра, вам понадобятся силы.

Уолт Хардести хмыкнул.

Сирс заставил себя улыбнуться.

Снаружи Хардести, вновь облачившийся в свой техасский наряд, обратился к Сирсу через приоткрытое окно машины:

– Вы в город? Не можете подождать?

– Что-нибудь важное?

– Может, да, может, нет. Все равно нужно поговорить.

– Ладно. Мы зайдем к вам в офис.

– Я предпочел бы говорить без свидетелей.

Рики сидел, держась за руль, и смотрел на Хардести, но в голове его крутилась только одна мысль:

"Это началось. Началось, и мы даже не знаем, что это".

– Что вы об этом думаете, Уолт?
– .

Спросил Сирс.

– Думаю, что нам нужно найти где-нибудь тихое место и поговорить. Вы знаете заведение Хэмфри на Седьмой миле?

– Похоже, да.

– Там, в задней комнате, я обычно встречаюсь с людьми наедине. Что, если нам поехать туда?

– Я не против, - Сирс даже не спросил согласия Рики.

Они поехали вслед за Хардести к городу, чуть быстрее, чем раньше. Оба молчали, да и о чем было говорить? В конце концов Сирс отыскал нейтральную тему.

– Хардести - некомпетентный болван. "Наедине"! Он там встречается наедине с бутылкой "Джим Бим".

– Зато теперь понятно, что он делает днем, - Рики свернул на Седьмую милю. Справа, ярдах в двухстах, виднелась таверна - серое приземистое здание со множеством углов.

– Конечно. Лакает там бесплатный виски.

– Как ты думаешь, о чем он собирается говорить?

– Скоро узнаем. Приехали.

Хардести уже стоял возле машины посреди пустой, довольно обширной стоянки. На фасаде заведения Хэмфри светились два больших окна: в одном неоном высвечивалось имя хозяина, в другом вспыхивала и гасла надпись "Утика-клуб". Рики подрулил поближе, и компаньоны вылезли на холод.

– Пойдемте, - сказал Хардести с наигранным радушием. Они поднялись за ним по бетонным ступенькам и оказались внутри таверны.

У стойки восседал Омар Норрис, один из немногих городских алкоголиков, воззрившийся на них в изумлении. Между столиков лавировал сам толстый Хэмфри Стэлледж, вытряхивая пепельницы в ведерко.

– Уолт!
– воскликнул он и кивнул Рики с Сирсом. Внутри таверны Хардести изменился: он как-то уменьшился и его отношение к юристам стало более уважительным.

– Ба, мистер Готорн!
– пригляделся Хэмфри.
– Рад вас видеть!
– он ухмыльнулся: Рики знал, что Стелла иногда захаживала сюда.

– Сзади все в порядке?
– спросил Хардести.

– Конечно. Ждет вас, - Хэмфри указал на дверцу за стойкой, помеченную "Служебное помещение".

Они трое прошли туда под удивленным взглядом Омара Норриса.

– Вы сегодня в хорошем обществе, Уолт, - сказал им вслед Хэмфри, и Сирс издал недовольный горловой звук. Впрочем, Хардести этого не заметил.

– Прошу вас, джентльмены.

В полутемной комнате он снова приободрился.

– Может, хотите выпить чего-нибудь?

Они оба покачали головами.

– А мне хочется промочить горло, - Хардести скорчил гримасу и вышел обратно в бар.

Компаньоны в молчании оглядели комнату. В центре стоял стол, о который, судя по всему, гасили сигареты несколько поколений; вокруг расположились шесть облезлых стульев. Рики нашел выключатель и повернул его. Даже при свете углы комнаты оставались темными; пахло дымом и прокисшим пивом.

– Зачем мы сюда явились?
– спросил Рики.

Сирс уселся на один из стульев, вздохнул и снял шляпу.