Чтение онлайн

Первым его обнаружил Кларк Маллиген в отглаженных брюках и непривычно чистых туфлях. Его пригласили, видимо, как владельца кинотеатра, человека, имеющего отношение к искусству. Рики был рад видеть его: Кларк единственный во всем городе разделял его любовь к старым фильмам.

– Кого она тебе напоминает?
– спросил он.

– Кларк посмотрел на актрису, которая разговаривала с Эдом Венути.
– А тебе?

– Пожалуй, Луис Брукс. Только у той глаза не были зелеными.

– Да, похожа. Чертовски обаятельная девушка. Взялась неизвестно откуда и никто о ней ничего не знает.

– Эдвард знает.

– А он пишет про нее книгу?

– Во всяком случае, он брал у нее интервью. Для Эдварда всегда трудно прощаться со своими героями, а в таком возрасте подавно. По-моему, он просто влюбился в нее, - в самом деле, Эдвард ревниво кружил, вокруг Венути и пытался втиснуться между ним и маленькой актрисой.

– Я тоже влюбился, - сказал Маллиген.
– Я влюбляюсь во все лица на экране. Ты видел Марту Келлер?

– Нет еще, но на фото она похожа на современную Констанцию Тэлмедж.

– Думаешь?
– и тут они пустились обсуждать, как не раз это было, фильмы и актеров прежних лет, которых Рики видел в молодости и не мог забыть до сих пор. Охваченный ностальгией, он с трудом заметят, как Кларк ушел и его сменила Сонни Венути, жена Эдварда.

– Это был Кларк Маллиген? Он выглядит ужасно, - заявила Сонни, хотя сама за несколько лет превратилась из пухленькой девушки с милой улыбкой в высохшую даму с застывшим выражением лица. Последствия брака. Тремя месяцами ранее она приходила к Рики справляться насчет условий развода: "Я еще не решила, но подумываю об этом". Да, есть другой, но она не может назвать его имени. "Я только скажу, что он красивый, хорошо воспитанный и умный, как никто другой в этом городе". Выло совершенно ясно, что речь идет о Льюисе. Такие женщины всегда напоминали Рики его дочь, и он старался обращаться с ними мягко и не разубеждать, при всей несбыточности их чаяний.

– Правда, она красивая?

– Конечно.

– Я с ней даже говорила.

– Да?
– Но ей было неинтересно. Она интересуется только мужчинами.

В этот момент актриса говорила со Стеллой футах в десяти от них, но Сонни этого не замечала. Рики следил за их беседой, но не слышал слов - Сонни продолжала излагать свои впечатления от гостьи. Потом мисс Мур сказала что-то, поразившее Стеллу - та моргнула, открыла рот, потом снова закрыла. Тут Эдвард Вандерли отвел Анну-Веронику в сторону.

– Вот я и говорю, - сказала Сонни.
– Такие женщины с виду очень милы, но обожают мешать мужчин с грязью.

– "Ящик Пандоры", - задумчиво произнес Рики, вспомнив свое первое впечатление от нее.

– Что? А, я знаю, это такой старый фильм. Когда я к вам приходила, вы упоминали еще Кэтрин Хэпберн и Спенсера Трэси.

– А как теперь дела, Сонни?

– Я пытаюсь все сохранить. Ну как можно разводиться в Милберне? Конечно, мне тяжело...

Рики подумал о своей дочери и его сердце сжалось.

Потом подошел Сирс Джеймс.

– Уединился, - сказал он, поставив на столик свой бокал.
– Какой-то молодой болван пытался меня застраховать. Сказал, что живет через улицу.

– Я его знаю.

Поскольку Фредди Робинсон не мог стать темой разговора, наступило молчание. Потом Сирс сказал:

– Льюису может понадобиться помощь. Он, кажется, много выпил.

– Ну это же не наша встреча.

– Хмм.

Надеюсь, какая-нибудь девица отвезет его домой.

Рики посмотрел на него, но Сирс был серьезен.

– Ты не говорил с почетной гостьей?

– Я ее даже не видел.

– Она сейчас наверху. Вон...
– он поднял руку, но актрисы там уже не было. Эдвард говорил с Джоном - скорее всего, о ней, - но она сама куда-то скрылась.

– Это не сын Уолтера Бернса там, у бара?

Хотя до десяти оставалось не так много времени, Питер n какой-то девушкой действительно стояли у бара и что-то пили. Милли явно не удалось выставить тинэйджеров из дома, а самые смелые из них присоединились к верхним гостям. Музыка внезапно умолкла, и Рики увидел Джима Харди, роющегося в пластинках.

– Смотри, - сказал он Сирсу, - у нас новый диск-жокей.

– Ладно. Я устал и иду домой. От этой музыки мне хочется кусаться.

Сирс величественно двинулся к выходу, но был перехвачен Милли Шиэн. Рики предположил, что она хочет заручиться его поддержкой против вторгшихся тинэйджеров, но Сирс только пожал плечами - какое его дело?

Рики тоже хотел уходить, но Стелла танцевала с Недом Роулсом, и скоро к ним присоединились другие пары. Среди оживленных подростков взрослые выглядели искусственно. Рики вздохнул: теперь это надолго. Музыка заиграла громче; бармен смешивал по полдюжины коктейлей зараз. Сирс открыл дверь и скрылся за ней.

К Рики подошла Кристина Берне, высокая блондинка хитрым лицом.

– Раз уж мой сын взялся за организацию, может, потанцуем с вами?

Рики улыбнулся.

– Боюсь, что не смогу оказать вам эту любезность, Кристина. Я уже сорок лет не танцевал.

– Вы должны были чем-то увлечь Стеллу, раз она так за вас держится.

Для нее явно трех коктейлей оказалось много.

– Да. И знаете чем? Я никогда не терял чувства юмора.

– Рики, вы чудо. Хотела бы я порыться в вашем столе и узнать, что вы прячете.

– Огрызки карандашей и старые сборники законов.

Она неуклюже чмокнула его в челюсть.
– Сонни Венути была у вас? Я хочу с вами об этом поговорить.

– Тогда приходите ко мне в контору, - сказал Рики, зная, что она не придет.

– Простите, - к ним подошел Эдвард Вандерли.

– Ладно, мужчины, я вас оставляю, - и Кристина нетвердым шагом удалилась искать партнера по танцам.

– Ты не знаешь, где она?
– лицо Эдварда было мальчишески встревоженным.

– Мисс Мур? Нет. А что, ты ее потерял?

– Черт. Она просто испарилась.

– Может, она в ванной.

– Двадцать пять минут?

– Эдвард, не беспокойся так.

– Я не беспокоюсь, я просто хочу найти ее, - он встал на цыпочки и стал глядеть поверх голов танцующих.
– Может, она сбежала с кем-нибудь из этих ужасных парней?

– Не знаю.

Эдвард быстро вышел из комнаты.

На его месте появились танцующие Кристина Берне и Нед Роулс, и Рики стал озираться, ища Стеллу. Он увидел, что она отчитывает за что-то Джима Харди.