История с приведениями
Шрифт:
Потом она заметила мужа и подошла.
– Шустрый молодой человек.
– Что он сказал тебе?
– Что я похожа на Энн Банкрофт.
Внезапно музыка смолкла, и ответ Рики услышала вся публика.
– Я бы не допускал в кинотеатры никого моложе тридцати.
Все посмотрели на Рики и Стеллу, но тут следующая пластинка легла на проигрыватель, неугомонный Фредди Робинсон подхватил подружку Джима Харди, и все вернулись к танцам.
– Может, пойдем?
– спросил он Стеллу.
– Сирс уже ушел.
– О, подождем еще немного. Мне так весело. Мы же так давно не были на таких вечеринках.
– Увидев его нахмуренное лицо, она попросила:
– Потанцуй со мной, Рики. Один раз.
– Я же не танцую. Поэтому веселись без меня. Только не больше получаса, ладно?
Она с обиженным видом отошла и тут же была подхвачена гангстером Лу Прайсом. Рики пошел вдоль стены и наткнулся на Милли Шиэн.
– Не знаю, что и делать, - пожаловалась она.
– Тут уборки на полдня.
– Пусть Джон вам поможет.
– О, он всегда помогает, - ее круглое лицо осветилось благоговением.
– Он молодец.
Рики поглядел наверх. Там было тихо. Неужели акт-риска действительно там с кем-нибудь из парней? Он улыбнулся и пошел вниз.
Кабинеты были пусты. Везде горел свет, на столах стояли недопитые бокалы, валялись окурки. Пахло потом, пивом и табаком. Милли действительно придется поработать утром. Он посмотрел на часы. Полпервого. Сверху все еще доносилась музыка.
Рики сел на стул, закурил и стал думать. Было бы неплохо помочь Милли и немного убрать здесь, но для этого нужен веник. Идти за веником у него не было сил, и он задремал.
Разбудили его шаги. Кто-то открыл дверь.
– Эй, - позвал он, чтобы не спугнуть какую-нибудь парочку.
– Кто здесь? Рики?
– в комнату вошел Джеффри.
– Слушай, где Эдвард?
– Эдвард пошел искать мисс Мур. Может быть, он наверху?
– Я беспокоюсь за него. Он казался очень взволнованным.
– Она куда-то делась. Вот он и заволновался.
– Бедный Эдвард! Зря он волнуется. Она просто чудо. Выглядит еще лучше, чем прежде.
– Ладно, - Рики встал.
– Помочь тебе поискать Эдварда?
– Нет-нет. Я сам найду. Посмотрю в спальнях. Хотя что ему там делать?
– Посмотри.
Джон повернулся, пробормотал еще что-то о своем беспокойстве и вышел. Рики последовал за ним.
Гарольд Симе танцевал со Стеллой, что-то говоря ей на ухо. Музыка была такой громкой, что Рики хотелось кричать. Никто, кроме Сирса, не ушел, и всюду шатались подвыпившие тинэйджеры. Актриса беседовала с редактором. На диване, рядом с мирно спящей Милли Шиэн, сидели чересчур близко друг к другу Кристина Берне и Льюис Бенедикт.
Рики захотелось спать - от музыки у него болела голова, а все друзья, кроме Сирса, спятили. Льюис, совершенно окосевший, положил руку на колено Кристины.
Наверху упало что-то тяжелое, но услышал это один Рики. Он поспешил наверх и увидел там Джона Джеффри.
– Рики...
– Что такое, Джон?
– Эдвард.
– Он что, налетел на что-нибудь?
– Пошли скорее.
Рики пошел за ним, чувствуя нарастающее беспокойство. Джон выглядел ужасно.
– Он ушибся? Скажи же!
Джон беззвучно .
Открывал рот. Наконец Рики услышал:
– Это я уронил стул. Не знаю, что делать.
Рики взглянул в его бледное лицо.
– Где он?
– Во второй спальне.
Поскольку Джеффри не двигался, Рики сам пошел к двери. Взявшись за ручку, он оглянулся. Джон молча кивнул.
Во рту у Рики пересохло. Желая изо всех сил быть не здесь, а где-нибудь в другом месте, делать что-нибудь еще, даже танцевать, он открыл дверь.
В спальне почти не было мебели. На кровати лежали пальто Эдварда и актрисы. Но Рики видел только Эдварда Вандерли. Он лежал на полу, прижав обе руки к груди. Лицо его было ужасным.
Рики отшатнулся и чуть не налетел на стул, опрокинутый Джоном. Не могло быть и речи о том, что Эдвард еще жив - непонятно откуда, но он это знал.
– Ты не пытался нащупать пульс?
– Пульса нет, - выдавил дрожащий Джон.
Рики заставил себя склониться к телу Эдварда. Он взял его за руку. Она была холодной.
– Что, по-твоему, случилось?
– он по-прежнему не мог смотреть на искаженное лицо Эдварда.
– Сердечный приступ?
– Не знаю. Может быть. От возбуждения. Но...
– Но что?
– Не знаю. Не могу сказать. Но, Рики, посмотри на его лицо.
Он посмотрел: пустые глаза и рот, открытый в беззвучном крике. Это было лицо человека, испытавшего страшную муку.
– Это не по-медицински звучит, но похоже на то, что его испугали до смерти.
Рики кивнул и встал. Эдвард выглядел именно так.
– Не зови никого. Я вызову "скорую".
Глава 6
Так кончился вечер у Джеффри:
Рики позвонил в больницу, выключил музыку и сообщил собравшимся, что Эдварду Вандерли "стало плохо". Наверх он никого не пускал, и все поспешно начали расходиться. Он искал Анну-Веронику Мур, но ее нигде не было.
Через полчаса, когда тело Эдварда уже увезли в морг, он отвез Стеллу домой.
– Ты не видела, как она уходила?
– спросил он.
– Она только танцевала с Недом Роулсом, а потом как-то сразу исчезла. Я думала, она в ванной. Рики, какой ужас.
– Да.
– Бедный Эдвард. До сих пор не могу поверить.
– Я тоже, - слезы навернулись ему на глаза, и он некоторое время вел машину вслепую. Пытаясь избавиться от воспоминания о лице Эдварда, он спросил:
– А о чем вы с ней говорили?
– О, она спросила меня, замужем ли я. Я ответила: "Да, я миссис Готорн". И тут она сказала: "Да, я его только что видела. Он кажется хорошим врагом".
– Ты, должно быть, плохо ее расслышала.
– Да нет.
– Ерунда какая-то.
– Так она сказала.
Через неделю, когда Рики позвонил в киностудию, где она работала, чтобы вернуть пальто, ему там сказали, что она вернулась в Нью-Йорк, неожиданно расторгла контракт и уехала. Никто не знал, где она. Она была еще слишком молода, чтобы сделаться легендой, и про нее просто забыли. И в ту ночь, которая стала последней в истории Клуба Чепухи, он повернулся к Джону Джеффри и спросил: "Что самое плохое ты сделал в жизни?" Джон ответил: "Я не хочу говорить об этом, но я расскажу тебе о самом плохом, что со мной случилось", и рассказал историю с привидениями.