Чтение онлайн

В Сицилии положение Фатимидов также было трудным: в то время как аль-Мансур преследовал Абу Язида в Ходне, здесь весной 947 года вспыхнуло восстание; подавленное было, оно возобновилось с новой силой, так как христиане острова обратились за помощью к византийцам, которые послали им свои войска. Фатимидскому наместнику удалось наконец овладеть положением, и, окончательно разгромив противника, он соорудил в Реджо ди Калабрии большую мечеть: «один-единственный камень, отбитый от этого здания, послужил бы сигналом к разрушению всех церквей Сицилии и Ифрикии» (Ибн аль-Асир).

Правление халифа аль-Муизза (953–975 годы) явилось одновременно и апогеем и концом фатимидского господства в Берберии. Халиф построил в Мансурии дворцы, персидские названия которых, быть может, свидетельствуют о впервые проникшем сюда влиянии месопотамской цивилизации. Его полководец Джавхар, бывший раб аль-Мансура, при поддержке санхаджийских войск Зири покончил с мидраридским правителем Сиджильмасы, который, вернувшись к правоверию, принял титул повелителя правоверных и стал чеканить монету. Затем Джайхар захватил Фес и покорил всю страну вплоть до Танжера и Сеуты (958 год). В результате второго похода, предпринятого через девять лет и развивавшегося с таким же успехом, удалось ликвидировать омейядское влияние и установить внутренний мир, которого давно уже не знал Магриб.

После этого аль-Муизз смог осуществить честолюбивые замыслы Фатимидов в отношении Египта, политическое разложение которого было ему известно. Как говорят, Джавхар во главе стотысячной армии без труда вошел в столицу (969 год) и тотчас же заложил основы нового квартала, из которого впоследствии вырос современный город Каир. Разгромив в нескольких сражениях подошедшие на подмогу вражеские войска, он призвал халифа, который и прибыл в Старый Каир в июне 973 года, спустя 4 года после его взятия. Египет на два столетия стал фатимидским.

Покидая Ифрикию, где потомки Пророка всегда чувствовали себя, как на чужбине, халиф увез с собой не только «казну империи и обстановку дворца», подтвердив тем самым свое намерение окончательно оставить страну, но и всех правительственных чиновников, а также гробницы своих предков. Разумеется, он оставил в Египте и котамские войска, которые привел туда Джавхар. Привилегированное положение котама, которое обеспечивалось их победами, унаследовали санхаджа. Их вождю Бологгину, сыну Зири, аль-Муизз поручил от своего имени управлять Магрибом.

Ашир — город Зири. Берберская династия, которая унаследовала господство над Ифрикией, получила название по имени верного и деятельного наместника Фатимидов. Его вмешательство сыграло решающую роль в борьбе против войск Абу Язида и кочевников зената, которые господствовали к западу от Тиарета. Поэтому халиф аль-Каим разрешил ему упрочить свою власть постройкой столицы, которая служила бы ему крепостью и складом; это был город Ашир (на восток от Богари, на склонах Джебель-Лахдара).

Ж. Марсэ, который обследовал на месте остатки зиридских построек, установил, что они свидетельствуют о быстрых успехах основателя династии. Первоначально Зири приходилось довольствоваться тесной площадкой на вершине скалы, окруженной пропастями, затем более обширным поселком, из которого он выгнал жителей со всем их имуществом; наконец Зири построил свою столицу на довольно большом пространстве, занимавшем не менее 35 га.

Третий Ашир быстро вырос. Занимая идеальное для столицы географическое положение на естественной границе, отделяющей равнины западного Телля от гор Кабилии на востоке, он господствовал над дорогой, которая шла от побережья по гребням гор; оттуда было удобно следить за движением кочевников в долине.

Развитие города всячески поощрялось халифом, который даже содействовал его строительству посылкой специалистов и материалов. Зири переселил сюда жителей из других городов, а возможно, и нежелательных лиц, пребывание которых в ином месте было бы опасно. Затем он окружил город толстыми стенами. В начале XI века аль-Бекри сообщает, что многие «утверждают, будто во всей области нет места более укрепленного, более неприступного и более способного обескуражить врага», так как для его защиты достаточно 10 человек.

Чтобы утвердить свое господство на коммуникациях, Зири с помощью своего сына основал или лишь восстановил три города — Алжир, Милнану и Медею, управление которыми он ему и поручил.

Неприступный город и одновременно место оживленного обмена между Теллем и степью, интеллектуальный центр, куда стекались законоведы и ученые, Ашир и в самом деле приобрел вид столицы, а Зири стал правителем, повелевающим самыми грозными войсками, следящим со своей вышки за Средним Магрибом и чеканящим монету от своего имени.

Ашир был сердцем санхаджийского могущества. Поэтому, когда внезапный успех халифа сделал Зиридов хозяевами Ифрикии, они с большим сожалением покинули свою столицу. Конечно, Бологгин тотчас же обосновался в Маисурии. Но лишь постепенно, по мере того, как эмиры перевозили туда свои семьи, ослабевали узы, связывавшие их с Аширом; затем они превратили свое старое владение в особую пограничную область, управление которой поручали своим родственникам; так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день они не потеряли ее.

Зиридские государи. Вполне суверенный в своих собственных владениях, Бологгин, однако, для всего Магриба был лишь фатимидским наместником, управлявшим одной из провинций. Он платил дань, посылал в Каир роскошные подарки и был окружен лицами, состоявшими на жалованье у Фатимидов, которых аль-Муизз оставил там как для надзора за ним, так и для оказания ему помощи.

Став эмиром, он возобновил борьбу против зената, которых окончательно изгнал из Среднего Магриба. Он разрушил Тиарет и взял Тлемсен, жителей которого переселил в Ашир. В 978 году новый фатимидский халиф, аль-Азиз, согласился передать ему управление Триполитанией, которая до тех пор находилась под властью особого наместника.

В 979 году Бологгин снова выступил против зената и их омейядских покровителей и захватил не только Фес, но и все Марокко (980 год). Он не решился, однако, напасть на Сеуту, где укрепился омейядский везир. Последние успехи Бологгина были непрочны, так как тотчас же после ухода его войск зената снова стали на всей территории от Мулуи до Танжера упоминать в молитве имя кордовского халифа.

Его сын и наследник аль-Мансур (984–996 годы) был первым, кто попытался сбросить иго Фатимидов. Придя к власти, аль-Мансур заявил приветствовавшим его именитым гражданам Кайруана: «Я не из тех, кого назначают и смещают одним росчерком пера, так как я унаследовал это государство от моих отцов и праотцев» (Ибн Изари). Ответ Фатимидов не заставил себя долго ждать; из Каира в страну котама был прислан официальный проповедник (дай) и поднял этих суровых воинов против аль-Мансура (986 год); мятеж длился два года, но был подавлен Зиридом с беспримерной жестокостью; второе восстание, в 989 году, постигла та же участь. С котама было покончено; санхаджа Ашира установили свою гегемонию во всей восточной половине Магриба.