Чтение онлайн

Во времена бейлербеев жизнь в Алжире была, видимо, довольно легкой, так как продовольствия имелось много и оно было дешево. Иногда, однако, голод и чума производили страшные опустошения. Хаэдо уверяет, что за один месяц (с 17 января по 17 февраля 1580 года) на улицах города умерли от голода 5656 мавров или арабов и что сильная эпидемия унесла за два года (1572–1574 годы) треть населения. Чтобы восполнить такие потери, нужен был мощный и непрерывный поток иммиграции.

Правление бейлербеев. Бейлербеи, назначаемые султаном, управляли Регентством прямо или через посредство своего заместителя (халифа). Они не были связаны мнением дивана, осуществляли права сюзерена в отношении пашей Туниса и Триполи и действовали как настоящие «короли Алжира», как их называет Хаэдо. Их верность Порте была неизменной, и они выполняли, иногда и без особой охоты, приказы Великого Сеньора Именно распоряжение из Константинополя заставило их несмотря на враждебное отношение алжирцев, предоставить в 1560 году корсиканцу из Марселя Тома Лешу монополию на добычу коралла между мысом Роса и городом Бужи, которая положила начало Африканским концессиям, а также право основать неукрепленную факторию Бастион де Франс (в 10 км к западу от Ла-Каля).

В Алжире бейлербеи жили в «Малом саду» (Дженина), занимавшем центр обширного ансамбля построек (Дар ас-Султан). «Он состоял из двух дворов: второй, меньший по сравнению с первым, был украшен квадратным бассейном и большим фонтаном. Один из углов занимала широкая деревянная лестница; она вела на длинную галерею, выложенную фаянсом и окаймленную мраморными колоннами. Посередине над восьмиугольным бассейном била струя воды. В глубине на низком сиденье восседал паша» (Ж. Марсэ).

Паши отнюдь не ограничивались украшением своей богатевшей на пиратстве столицы и довольно интенсивно эксплуатировали Алжир по мере его завоевания. Их продвижение и успехи в значительной мере были облегчены не только анархией в стране, но также общностью религии с туземцами и, без сомнения, действиями религиозных братств. Они не довольствовались оккупацией побережья и размещали гарнизоны (мунас) в городах, занимавших стратегически важное положение. Вся их организация была направлена на то, чтобы давить туземца и выжимать подати, которые взимались при поддержке племен махзен, созданных в 1563 году, путем посылки экспедиционных отрядов, грабивших страну (мехалла). Добиваясь милостей турецкого султана, паша отправлял ему много золота; что оставалось, приумножало его собственную казну.

Бейлербеи довольно быстро поняли, что опасаться следует не столько своих подданных, сколько янычаров, которые угрожали их власти. Поэтому они попытались создать собственную столь же храбрую, но более надежную армию из кабильских контингентов, главным образом из звава. Быть может, они хотели даже создать морскую империю, что потребовало бы всех сил Регентства. Осуществить эти замыслы им помешало недоверие Порты, которая боялась создания независимости соперничающего государства. И все же при становлении современных государств Берберии важные последствия имело влияние турок, привыкших при сношениях с европейцами к политическим концепциям, которые были неизвестны магрибским династиям. Заменив понятие примерных рубежей, которым довольствовались до них, понятием точных границ, они были основными виновниками различия, которое проводилось с XVI века между Алжиром и Тунисом (названия которых датируются только Июльской монархией) и Марокко. Бейлербеи боролись одновременно против марокканских шерифов, мощь которых их беспокоила, и против испанцев, которые держали в своих руках пресидиос и пытались опираться на враждебные туркам вассальные государства Тлемсена и Туниса.

Борьба бейлербеев против испанцев и шерифов (1536–1568 годы). При отъезде в Константинополь Хайраддин передал власть своему халифу Хасану Are (1536–1543 годы), правление которого отмечено попыткой Карла V овладеть Алжиром. Получив новое подтверждение нейтралитета со стороны короля Франции, император хотел нанести решающий удар по притону раисов. Чтобы быть уверенным, что он не подвергнется атаке османского флота, он выслал свою армаду из 516 судов с 12 330 моряками и 24 000 солдат в устье реки Харраш лишь осенью (23 октября) 1541 года. Армии удалось достичь господствующих над городом высот, но она была дезорганизована грозами и проливными дождями. и враг обратил ее в бегство. После трехдневного тяжелого отступления, которое прикрывали мальтийские рыцари, беглецам удалось у мыса Матифу соединиться со своим флотом, 140 судов которого были уничтожены бурей. По совету своего адмирала Карл V отказался от дальнейших попыток атаковать город и погрузил остаток своих войск на суда (3 ноября). Алжирцы захватили огромную добычу и прослыли непобедимыми, хотя в действительности успех был обеспечен стихийными силами природы.

В результате победы турок на их сторону перешел король Тлемсена Мулай Мухаммед, который отверг сюзеренитет Испании и передал Мешуар туркам. Это был прекрасный повод для вмешательства христиан. Губернатор Орана граф д'Алькодет тотчас же выдвинул кандидатуру юного брата короля — Абдаллаха и во главе экспедиционного отряда вступил в Тлемсен (6 февраля 1543 года). Но не прошло и месяца, как он покинул город и с трудом добрался до своей базы, а тлемсенцы тем временем призвали своего прежнего государя. Метод рейдов во внутренние районы страны без последующего закрепления территории не оправдывал себя и приводил к серьезным неудачам.

После нескольких месяцев полуопалы, вызванной, быть может, недостатком твердости при осаде Алжира, Хасан Ага был заменен сыном Хайраддина, Хасаном пашой (1544–1552 годы), который сосредоточил свои усилия в основном на западе Регентства. Чтобы помочь Мостаганему, осажденному графом д'Алькодетом, янычарам пришлось оставить Тлемсен, король которого вновь стал клиентом Испании (1547 год). Тогда новый шериф Мухаммед аль-Махди, победитель Ваттасидов, использовал бездеятельность турок и занял зайянидскую столицу, в которой у него были осведомители (1551 год). Но его сын, окрыленный этим первым успехом, не остановился на этом, захватил Мостаганем и пошел вверх по долине Шелифа. Испанцы, парализованные трудностями в Европе, не двинулись с места. Зато Хасан паша, ставший бейлербеем после смерти отца (1546 год), реагировал весьма энергично. Турецкая армия под командованием ренегата Хасана Корсо и при поддержке западных племен, восставших против марокканского господства, вернула Мостаганем, разбила шерифскую армию и преследовала ее до Мулуи, а затем вернулась в Тлемсен. Хасан Корсо воздержался от восстановления на троне вассального зайянидского государя, разместил в городе гарнизон и назначил турецкого наместника. Постоянная оккупация одного из крупных городов Запада означала конец испанских походов в Оранском хинтерланде. Конфискация имущества тлемсенцев, которые не приняли амнистию, позволила генералу-победителю преподнести великолепные дары новому бейлербею Салаху Раису, назначенному вместо Хасана паши благодаря поддержке посла Франции в Константинополе.

Салах Раис прославился как соратник Барбароссы и командовал османским флотом. Это был суровый и смелый вождь, проводивший время в сражениях. Он заставил каидов Туггурта и Уарглы платить дань. В Кабилии он не смог покорить Бану Аббас, которые восстали после того, как помогли ему завоевать Юг, но привлек на свою сторону их противников — Куко, среди которых была набрана его кавалерия в марокканской кампании. Кандидатура Ваттасида Бу Хассуна дала ему желанный повод для выступления против шерифа, которого он обратил в бегство у Тазы (декабрь 1553 года). Тщетно пытался он от имени султана сохранить Фес — восстание населения заставило его провозгласить Бу Хассуна. Во всяком случае он захватил для турок сначала крепость Пеньон де Велес (1554 год), откуда бесстрашный Яхья Раис опустошал берега Иберийского полуострова, взяв свыше 4 тысяч пленных (1558–1562 годы), затем город Бужи, которому вице-король Неаполя вовремя не оказал помощи (1555 год). Находясь под угрозой банкротства, Филипп II Испанский также не смог организовать экспедицию и волнение своих подданных успокоил тем, что казнил злосчастного губернатора Бужи, сделав его козлом отпущения. Только по не зависящим от него причинам не сдался и Оран (1556 год). Смерть Салаха Раиса и отозвание алжирских галер для защиты Босфора, а затем отставка Хасана Корсо спасли, быть может, этот важный пресидио, который не получал никаких подкреплений.

Внезапная кончина Салаха Раиса повела к столкновению между янычарским войском и таифой. Назначенному Портой бейлербею Текелерли янычары преградили доступ в Алжир и требовали назначения на эту должность Хасана Корсо. Однако заговор раисов позволил Текелерли проникнуть в город и захватить Хасана Корсо, который был посажен на кол и три дня умирал у ворот Баб-Азун; но вскоре сам паша был убит янычарами.

Беспорядки в Регентстве заставили султана вновь апеллировать к авторитету Хасана ибн Хайраддина (июнь 1557 года). Ухудшилось положение на западе, еде шерифская армия, овладев Тлемсеном, осадила небольшой турецкий гарнизон в Мешуаре. Убийство турецкими дезертирами Мухаммеда аль-Махди и беспорядки в связи с вопросом о наследовании позволили бейлербею вторгнуться в Марокко, но угроза нападения испанцев на его арьергард заставила бейлербея вернуться морем не заходя в Фес. Возможно, что это поспешное отступление ободрило графа д'Алькодета. Падение вассального Тлемсенского государства разрушило его надежду преградить туркам доступ на оранские плато. Он надеялся, что с взятием Мостаганема будет ликвидирована главная стоянка турецкого флота. Он уже дважды терпел неудачу (1541 и 1547 годы). Его третья экспедиция закончилась катастрофой. Неопытное воинство было захвачено врасплох и окружено. Губернатор погиб, свыше 10 тысяч солдат были убиты или уведены в плен (август 1558 года). Испанцы не смогли восстановить свой престиж после этого удара и с этих пор оставались блокированными в городах Оране и Мерс аль-Кебире.

Хасан паша готовился к борьбе с шерифом, когда янычары, которых он разъярил своими действиями в Кабилии, отправили его в цепях в Константинополь, обвиняя в стремлении к независимости (июнь 1561 года). После кратковременного правления одного паши, который казнил наиболее скомпрометированных бунтовщиков, Порта восстановила Хасана пашу на посту бейлербея (1562 год). Он сейчас же взялся за осуществление своих проектов, осадив Оран и Мерс аль-Кебир; но сопротивление испанцев дало флоту Дориа время прийти им на помощь, и турки, понеся тяжелые потери, были вынуждены вернуться в Алжир (3 апреля — 7 июня 1563 года). Хасан готовил реванш, когда султан отозвал его из Алжира сначала для участия в осаде Мальты (1565 год), затем для командования османским флотом в звании капудан-паши (начало 1567 года). Управление Регентством он передал паше Мухаммеду ибн Салаху Раису, который занялся ликвидацией в Алжире последствий чумы, голода и разбоя. Чтобы смягчить соперничество между оджаком и раисами, паша разрешил янычарам поступать на пиратские суда. Он только что восстановил турецкую власть в Константине, когда ему был дан другой пашалык, а на его место назначен бейлербеи Ульдж Али (март 1568 года).

Ульдж Али и конец хафсидского государства. Последний бейлербей Ульдж Али (1568–1587 годы), быть может, был вместе с Хайраддином самой крупной фигурой эпохи турецкого господства. В юности он был захвачен корсарами на берегах Калабрии; на галерах каторжане презирали его за то, что он был покрыт лишаями; говорили, что он согласился принять ислам только для того, чтобы отомстить ударившему его турку. Он быстро стал надсмотрщиком (comite) на галере, занялся пиратским промыслом и отличился под командованием Хасана ибн Хайраддина и Драгута при осаде Мальты. Христиане приписывали его меланхолию не столько болезни, сколько угрызениям совести вероотступника. Французский посол в Константинополе, близко знавший Ульдж Али, утверждал, что втайне он исповедовал христианство, да и алжирские янычары сомневались в его приверженности исламу. Тем не менее он отрицательно отнесся к авансам Филиппа II, которые тот сделал ему по наущению папы.

Новый бейлербей хорошо знал Регентство, где он управлял Тлемсеном и руководил борьбой против испанцев. Его первой заботой была поддержка восстаний морисков в Гранаде против преследований со стороны католической церкви, но ему трудно было снабжать восставших людьми и оружием, и восстания оказались подавленными. Более удачны были его усилия, направленные на освобождение Туниса от испанского протектората и ликвидацию хафсидской династии.

Со времени отъезда Карла V Тунисское государство снова оказалось во власти анархии. Хафсидский султан Мулай Хасан, вынужденный бороться с собственным народом, который не хотел его, а также с сыном, стремившимся его выжить, держался на троне только при поддержке испанцев. Потребовалось вмешательство Дориа, чтобы вернуть ему Келибию, Сус, Сфакс и Монастир (1540 год). Юг Туниса освободился от его власти, и в ходе кампании против Кайруана, ставшего столицей религиозного княжества арабов шаббийя, Мулай Хасан был покинут своими войсками. Тогда (1542 год) он волей-неволей оказался вынужден искать подкрепления в Европе, но, несмотря на это, был разбит, взят в плен и ослеплен своим сыном Мулай Хамидой (Ахмед Султан). После того как он отвоевал Тунис у одного хафсидского претендента, которого поддерживали христиане, Хамида лавировал между испанцами и турками. Бродель отмечает, что в архивах Симанказ сохранилось несколько договоров, подписанных им с губернатором Ла-Гулета, а Моншикур указывает, что в 1552 году Порта предлагала ему взять Ла-Гулет и Махдию, обещая «доставить ему, — как писал Синан паша, — войска, необходимые для возвращения тех его земель, которые находились в состоянии мятежа».