Чтение онлайн

Коротка, путник, моя речь; остановись и прочти ее.

Злая могильная плита скрывает красивую женщину.

Родители назвали ее Клавдией;

Единственной любовью она любила своего мужа;

Двух сыновей родила она; одного она оставила на земле,

Другого похоронила в земле.

У нее была учтивая речь и благородная походка,

Она следила за домом и пряла. Я закончила, ступай.

(ILS 8403)

Домашняя работа римлянки доминировала. В моральном же плане доминировал идеал женщины, которая «предана была только своему мужу, не познав никакого другого». Однако многочисленные женские профессии показывают, что, вероятно, участие женщин во внедомашней промысловой сфере было гораздо больше, чем это предполагалось. Так, для Остии доказано, что там женщины средних и низших слоев были самостоятельными владелицами мастерских и лавок, торговали фруктами и птицей, были сапожницами, служанками в тавернах и даже владелицами кирпичного завода, мастерской по изготовлению свинцовых труб и всякого рода недвижимого имущества. Матроны имели в своем распоряжении такие значительные средства, что чествовались культовыми коллегиями города как почетные учредительницы.

Тогда как старые политические органы, такие, как народные собрания, при принципате потеряли свое значение, центром общественной жизни стали профессиональные объединения (коллегии). Это относится прежде всего к торговым и хозяйственным центрам, а также к почтовым городам, причем коллегии в первую очередь состояли из свободных граждан, в большинстве своем представителей среднего и низшего слоя, однако были и вольноотпущенники и в очень небольшом количестве рабы. В I в. до н.э. весь этот сектор регулировали инициативы Цезаря и Августа, а также постановление сената, разрешающее основание таких коллегий без специального одобрения сената.

Эти объединения видели свою основную задачу в заботе об общем культе и в праздновании общих праздников. Оказавшиеся в нужде члены коллегии получали поддержку, обеспечивались также надлежащим погребением. Жизнь объединения регулировалась собственным уставом. В компетенцию собрания всех членов объединения входили выборы функционеров, прием новых членов, почести патронам и покровителям.

Материальные основы деятельности объединений строились наряду с наследством и подарками на тех пожертвованиях, которые делали функционеры объединения при вступлении в должность, а также на месячных и вступительных взносах. Тогда как квестор или казначей управлял имуществом объединения, во главе его стояли магистры или квинквиналы. Часто встречается также термин куратор.

К этим профессиональным коллегиям, как правило, принадлежали только активные представители соответствующей профессии. Причем речь идет не о подобных цехам производственных объединениях. Коллегии не вели трудовых споров и не представляли экономические интересы всех своих членов. Наоборот, некоторые коллегии выполняли общественные обязанности и поэтому пользовались определенными привилегиями. Так, группы плотников, строителей функционировали во многих городах, как пожарная команда. Начиная с Клавдия, функционировали коллегии транспортников, особенно судоходных, которые обеспечивали бесперебойные речные и морские перевозки.

Расцвет этих объединений приходится на II в.н.э., когда, например, в одной Остии было не менее 40 религиозных и профессиональных коллегий. В коллегии лодочников число членов между 152 и 192 г.н.э. поднялось с 126 до 266. С одной стороны, известны случаи вмешательства принцепсов в жизнь коллегий, потому что богатые граждане пытались освободиться от разных обязанностей благодаря принадлежности к привилегированной коллегии. С другой стороны, эти безотказные, работоспособные организации во время кризиса III в.н.э. все чаще получали от римского государства разнообразные задания вплоть до того, что важнейшие для транспорта и снабжения коллегии в конце концов превратились в корпорации, выполняющие принудительные работы.

Муниципальная аристократия

Среди различных социальных слоев Римской империи муниципальная аристократия была той группой, которая занимала значительное, но одновременно и своеобразное положение. Михаил Ростовцев констатировал, что она «придавала империи блистательный внешний вид; фактически правила она» («Общество и экономика Римской империи». Лейпциг, 1931). Так как ее представители в любом городе, как правило, обозначались, как «сословие декурионов», на первый взгляд кажется, что принадлежность к городскому совету была идентична принадлежности к сословию.

Это сословие декурионов часто причислялось к высшему слою империи, или даже к «имперской аристократии». Новые исследования выявили очень дифференцированное положение этой городской элиты в различных частях империи, обратили внимание на неоднородность этой группы и на тот факт, что в отличие от сенаторов и всадников она является не сословием, а исключительно локальным слоем.

Общая численность этой группы в более чем 1 000 городов империи составляла около 150 000 человек. Только в римской Северной Африке, по расчетам Р.Дункан-Джонса, их насчитывалось примерно 25 000, то есть 2 % от всех взрослых мужчин. Однако отношения именно в Северной Африке подтверждают значительную разницу в экономическом и социальном положении и в общественном престиже, которая существовала между членом городского совета большого города, такого, как Карфаген, и маленького горного местечка или оазиса. Если в Карфагене для того, чтобы стать членом городского совета, требовалось минимальное состояние в 100 000 сестерциев, то в маленьких городах достаточно было 20 000. Это была сумма, которая выплачивалась соответствующим гражданам, принадлежащим по римским и межрегиональным масштабам только к низшим слоям населения. Несмотря на скромные требования, тем не менее обычно требуемое число в 100 активных полноправных членов сословия декурионов достигалось не во всех городах.

Функции, привилегии, но также и обязанности представителей муниципальной аристократии становятся понятными только внутри широкого поля задач городского самоуправления в Римской империи. Хотя на них не лежало бремя внешней политики и обороны, для городов оставалось достаточно задач, которые требовали прежде всего больших финансовых затрат. Эти задачи могли быть выполнены только благодаря необычайной добровольной готовности к работе или необычайного обременения их жителей и в первую очередь их высшего слоя.

Особенно больших усилий требовала сфера религии. Забота о культах, связанная с регулярными жертвоприношениями, играми, праздничными пирами, а также с содержанием храмов и святилищ, постоянно требовала больших сумм. Это была наряду со многими другими постоянная ответственная задача. Другой задачей было городское строительство, которое включало из престижных соображений не только улицы, водопроводы или другие бытовые постройки, но и в средней величины общинах служебные здания, форумы, бани, театры и амфитеатры, реже библиотеки.

К этому нужно добавить предоставление зерна по льготным ценам для беднейших слоев населения и проведение игр. К тому же больших средств требовали обеспечение эффективной городской юрисдикции и жалование врачам и учителям. Очень затратными, наконец, были те нагрузки, которые от случая к случаю сваливали на города наместники или органы провинциальной администрации, а также нескончаемая череда посольств, которые каждый город должен был посылать к наместникам или принцепсам, чтобы представлять его интересы.