Чтение онлайн

– - Далеко и не надо, -- осклабился аноним.
– - Вы с ней так надоели этому кругу, что он с удовольствием спровадит вас, и меня заодно, куда я укажу.

Нав подобрал ноги, будто готовясь встать, но подниматься и идти неведомо куда не спешил.

– - Мудрый, скажи, Вильяре удалось усмирить стихии?

Анонимный мудрец, определённо, начал раздражаться:

– - Ты всё равно не слышишь их зова, чужак, тебя это не должно заботить.

– - Раньше я слышал, и мне не понравилось. Мудрый, разве ты не обязан довести до конца дело, начатое твоей сестрой по служению? Защитить клан Вилья от страшного, беззаконного колдовства?

– - А с чего ты взял, что она не закончила? Тебя-то, я вижу, она очень надёжно защитила.

– - Мне показалось, у неё что-то пошло не так.

– - Тебе показалось. Но если ты не желаешь ещё раз испытать нечто подобное, скорее бери Вильяру, и прочь из этого круга. Или я сейчас ухожу один и бросаю вас здесь. Это не мои угодья, я здесь тоже случайный путник и обязан беречь себя для своего клана.

Ромига не знал, чем именно ему грозят, насколько серьёзна угроза, но очевидно, аноним всё сильнее нервничал и спешил убраться подальше. Нав сгрёб колдунью в охапку, медленно встал. Тяжёлое вялое тело безвольно повисло у него на руках, неприятно напоминая труп. Да нет, жива она, конечно, аура не гаснет... Ромига поцеловал, тихонько позвал колдунью по имени -- никакой реакции. Аноним, не теряя времени, властным жестом возложил свою мощную длань наву на плечо, вцепился, будто когтями, и затянул незнакомую заунывную песнь. Полыхнуло фиолетово-синим, ослепило, нав сморгнул -- увидел вокруг совсем другие камни, огромный незнакомый круг. А мгновением позже всё его тело вдруг скрутила боль, да такая, что не продохнуть. Ноги подкосились, Ромига осел на колени, из последних сил прижимая к груди свой драгоценный груз. Не терял сознания: после некоторых тренировок в Цитадели было кое-как терпимо. Аноним попытался уволочь его за шиворот, вместе с Вильярой в охапке, но за комбинезон -- поди, ухвати. Мог бы забрать и унести одну колдунью, однако не стал. Просто скомандовал:

– - Нимрин, за мной! Прочь из круга, иначе умрёшь!

На этот раз нав не нашёл ни единого повода для спора и проволочек. Тяжело встал и, шатаясь, потащился следом. Боль подгоняла, а мысль о том, куда их с колдуньей ведут, и нужно ли им туда, замедляла шаги. Круг сжался до пяти камней, значит, выход уже близко, а что делать дальше, не ясно.

– - Вильяра, очнись, пожалуйста!
– - ноль реакции.
– - Вильяра!

Ромига подкинул её, перехватывая поудобнее, и вдруг его ноша полегчала, туманом утекла из рук. От неожиданности он потерял равновесие, чуть не завалился назад, потом с удвоенной скоростью рванул за анонимом. Нагнал его в каменных воротах, выскочил из круга первым, встретил лицом к лицу.

– - О мудрый, теперь, когда хранительница клана Вилья по собственной воле нас покинула, у тебя не осталось ни единого повода скрывать своё имя!

Ромига не был уверен, что Вильяра ушла сама, а не затянуло её куда-то, как тогда, когда он кусал её за ухо. Зато аноним не усомнился и пришёл в ярость.

– - Проклятая девчонка! Да сколько ж я буду за ней гоняться! Развела полные угодья беззаконников, а у самой -- одни забавы на уме!
– - искреннее возмущение, что добыча сбежала, и нотки фальши на фразе о беззаконниках заставили Ромигу разом позабыть недавнюю боль и собраться.

– - Мудрый, имя!

– - Да кто ты такой, чтобы требовать что-то у мудрого, безродный приблуда! Повелеваю, молчи и следуй за мной.

Наву Ромиге из Великого Дома Навь было, что возразить на безродного, и совершенно не хотелось подчиняться абы кому. Однако если анонимный мудрец упорно не желал представляться, то и Ромиге совершенно ни с руки было выдавать лишнюю информацию о себе. Интересно ещё, кто и что наплёл этому типу про Нимрина?

Идти на прямую конфронтацию нав поостерёгся. Уж если мудрая Вильяра, со всей своей силой и выучкой, почла за благо тихо слинять, бросив его тут... Точного хода Вильяриной мысли Ромига угадать не мог, но предполагал, что в первую очередь мудрая станет решать неотложные проблемы своего клана, сберегая, по возможности, собственную жизнь, а затем уже постарается вызволить чужака, которому обещала покровительство и защиту. Значит, его дело -- выкарабкаться самому или дожить до подмоги: с минимальными потерями, а лучше, с каким-нибудь прибытком. Ромига чуть склонил голову и посторонился, пропуская анонима вперёд.

– - Следую за тобою, о мудрый!

А кстати! Превосходящего противника сподручнее бить исподтишка в спину. Мысль мелькнула и тут же отразилась на лице бедовой улыбкой, сверкнула искорками в глазах. Мудрый аноним скривился, будто от кислятины:

– - Следуй впереди, Нимрин!

Ой, как ожидаемо и быстро!

– - А куда?

Аноним указал: плавным, отточенным жестом, исполненным величия. Краткая песнь проложила чистый и будто бы даже немного подсвеченный коридор в снегопаде. Эффектно! Нав ещё раз поклонился -- на сотую дюйма ниже прежнего -- и будто человский турист на экскурсии, заинтересованно глазея по сторонам, зашагал по тропе между скальных клыков, серпантином -- вниз по склону. Идти было легко, радужно искрящийся снег не проваливался и не скользил. А ещё он противоестественным образом не скрипел, не хрустел под ногами, оттого нав не слышал шагов анонима за спиной. Колдун поспешил сквитаться, или в этом месте так принято? Впрочем, магу достаточно ауры другого мага, воину -- дыхания: шорох одежды, звук шагов -- необязательные дополнения.

Спуск стал круче, волшебная тропа подстелила под ноги удобную лесенку. Впереди и внизу смутно замаячили какие-то огни. Резкий поворот, и нав упёрся в дверь в скале, ярко освещённую двумя горящими плошками. Деревянная створка сама собой отворилась с тихим мелодичным скрипом, будто пропела: "Добро пожаловать!". У входа в дом Ромига старательно отряхнул с себя снег. Аноним тоже встряхнулся по-звериному: озарённый трепещущими на веру огнями, он ещё сильнее напоминал грозное божество. Свет снизу превратил крупное, угловатое лицо в гротескную маску, глаза мерцали и вспыхивали своим собственным холодным пламенем. Наву не часто доводилось запрокидывать голову, чтобы встретить чей-то взгляд, и это был тот самый случай.

Ещё один величавый, исполненный самолюбования приглашающий жест:

– - Добро пожаловать в дом у фиорда, Нимрин! Проходи смелее, не бойся, не стой на пороге.

Ромига не боялся, но ощущение захлопнувшейся ловушки неприятно сжало сердце, когда дверь ещё раз пропела, затворяясь за спиной.

Коридоры здесь были такие же, как в доме Лембы: длинные, извилистые, скупо подсвеченные склянками со светлячками. И комната, куда анонимный мудрец привёл Ромигу, походила на гостевые покои, где нав познакомился с колдуньей и кузнецом. Каменные стены и свод, пол, застланный шкурами, ворох шкур, побелее и попушистее, на низкой лежанке, жаровня для тепла, масляные лампы для света. Аноним снял и небрежно зашвырнул в угол свою роскошную меховую куртку, будто бы нарочито красуясь литыми мышцами; вальяжно развалился в шкурах и указал наву на свободное место рядом с собой. Ромига прикинул доступные варианты: примоститься на краю лежанки или сесть вплотную, тело к телу? Нет, пока ни то, ни другое. Прошёлся по комнате, изучая обстановку в той же манере праздного, но любопытного туриста, исподволь ловя на себе жадные взгляды, в которых исследовательский интерес спорил с откровенно сексуальным и как бы не кулинарным.

Две молчаливые женщины, насторожённо косясь на чужака и с явным страхом -- на мудрого, внесли столик со снедью и тут же вышли. Ромига утянул с лежанки шкуру, свернул кульком и уселся по другую сторону стола: так и есть будет удобно, и смотреть в бесстыжие, прозрачно-льдистые глаза анонима. Тот протянул руку к одному из блюд, ловко подцепил толстыми пальцами тончайший ломтик копчёного мяса, свернул в трубочку, макнул в соус и надкусил, смакуя. Улыбнулся.

– - Угощайся, о Нимрин! В доме у фиорда дивно готовят!

По старой шасской пословице, мясо наву дважды не предлагают. Ромига попробовал -- вкусно и не отравлено, однако набрасываться на угощение не стал. Ел медленно, церемонно, словно на приёме у важной особы, да собственно, так оно и было. Через некоторое время важная особа соблаговолила поинтересоваться:

– - Нравится?

Ромига честно ответил:

– - Да.

– - А знаешь ли ты, что мы сейчас едим?

Нав светски улыбнулся:

– - Я не силён в кулинарии Голкья. Но судя по твоему вопросу, мудрый, мы едим либо что-то особо изысканное и редкое, либо что-то запретное для большинства охотников. Рискну предположить, что при жизни оно ходило на двух ногах и умерло не само, а его добыли в пищу намеренно? Я угадал?

Слишком густые и широкие, даже для уроженца Голкья, белые брови удивлённо поползли вверх.

– - Да, Нимрин, ты угадал. И я вижу, тебя совершенно не смущает участие в такой беззаконной трапезе.

– - Странно, что оно не смущает тебя, о мудрый.

Аноним горделиво расправил необъятные плечи:

– - Мудрому дозволено всё, что не вредит его клану. Это -- закон! Моему клану сия трапеза не вредит и даже приносит некоторое благо. Потому мне нечего смущаться и стыдиться, в отличие от тебя.