Я вр'eзался в возраст учетаНе сдавшихся возрасту прав,Как в город из-за поворотаЖелезнодорожный состав.Еще я в дымящихся звездахИ чертополохе степей,И жаркой воронкою воздухСтекает по коже моей.Когда отдышаться сначалаНе даст мне мое божество,Я так отойду от вокзалаУже без себя самого —Пойду под уклон за подмогой,Прямую сгибая в дугу, —И кто я пред этой дорогой?И чем похвалиться могу?
Мщение Ахилла
Фиолетовой от зноя,Остывающей рукойРану смертную потрогалУмирающий Патрокл,И последнее, что слышал, —Запредельный вой тетив,И последнее, что видел, —Пальцы склеивает кровь.Мертв лежит он в чистом поле,И Ахилл не пьет, не ест,И пока ломает руки,Щит кует ему Гефест.Равнодушно пьют героиХмель времен и хмель могил,Мчит вокруг горящей ТроиТело Гектора Ахилл.Пожалел Ахилл Приама,И несет старик ПриамМимо дома, мимо храмаЖертву мстительным богам.Не Ахилл разрушит Трою,И его лучистый щитСправедливою рукоюНовый мститель сокрушит.И еще на город ляжетСемь пластов сухой земли,И стоит Ахилл по плечиВ щебне, прахе и золе.Так не дай пролить мне крови,Чистой, грешной, дорогой,Чтобы клейкой красной глиныВ смертный час не мять рукой.
Граммофонная пластинка
I. «Июнь, июль, пройди по рынку…»
Июнь, июль, пройди по рынку,Найди в палатке бой и ломИ граммофонную пластинкуПрогрей пожарче за стеклом,В трубу немую и кривуюПластмассу черную сверни,Расплавь дорожку звуковуюИ время дай остыть в тени.Поостеречься бы, да поздно:Я тоже под иглой поюИ все подряд раздам позвездно,Что в кожу врезано мою.
II. «Я не пойду на первое свиданье…»
Я не пойду на первое свиданье,Ни в чем не стану подражать Монтану,Не зарыдаю гулко, как Шаляпин.Сказать — скажу: я полужил и полу — казалось — жил, и сам себя прошляпил.Уймите, ради бога, радиолу!
V
Сказки и рассказы
Кузнечики
I. «Тикают ходики, ветер горячий…»
Тикают ходики, ветер горячийВ полдень снует челноком по Москве,Люди бегут к поездам, а на дачеПляшут кузнечики в желтой траве.Кто не видал, как сухую соломуПилит кузнечик стальным терпугом?С каждой минутой по новому домуСпичечный город растет за бугром.Если бы мог я прийти на субботник,С ними бы стал городить городок,Я бы им строил, бетонщик и плотник,Каменщик, я бы им камень толок.Я бы точил топоры — я точильщик,Я бы ковать им помог — я кузнец,Кровельщик я, и стекольщик, и пильщик.Я бы им песню пропел, наконец.
II. «Кузнечик на лугу стрекочет…»
Кузнечик на лугу стрекочетВ своей защитной плащ-палатке,Не то кует, не то пророчит,Не то свой луг разрезать хочетНа трехвершковые площадки,Не то он лугового богаНа языке зеленом просит:— Дай мне пожить еще немного,Пока травы коса не косит!
Две лунные сказки
I. Луна в последней четверти
В последней четверти лунаНе понапрасну мне видна,И желтовата и краснаВ последней четверти луна,И беспокойна и смутна:Земле принадлежит она.Смотрю в окно и узнаюВ луне земную жизнь мою,И в смутном свете узнаюСлова, что на земле пою,И как на черепке стою,На срезанном ее краю.А что мне видно из окна?За крыши прячется луна,И потому, как дым, смутна,Что на ущерб идет она,И потому, что так темна,Влюбленным нравится луна.
II. Луна и коты
Прорвав насквозь лимонно-серыйОпасный конус высоты,На лунных крышах, как химеры,Вопят гундосые коты.Из желобов ночное эхоВыталкивает на асфальтИх мефистофельского смехаКоленчатый и хриплый альт.И в это дикое искусствоВлагает житель городскойСвои предчувствия и чувстваС оттенком зависти мужской.Он верит, что в природе ночиИ тьмы лоскут, и сна глоток,Что ночь — его чернорабочий.А сам глядит на лунный рог,Где сходятся, как в средоточье,Котов египетские очи,И пьет бессонницы белок.
Телефоны
Номера — имена телефоновПостигаются сразу, когдаКаждой вести пугаешься, тронувЗмеевидные их провода.Десять букв алфавита без смысла,Десять цифр из реестра судьбыСочетаются в странные числаИ года громоздят на горбы.Их щемящему ритму покорный,Начинаешь цвета различать,Может статься, зеленый и черный —В-1-27-45.И по номеру можно дознаться,Кто стоит на другой стороне,Если взять телефонные святцыИ разгадку найти, как во сне,И особенно позднею ночьюВ час, когда по ошибке звонят,Можно челюсть увидеть воочью,Подбирая число наугад.
Серебряные Руки
Девочка Серебряные РукиЗаблудилась под вечер в лесу.В ста шагах разбойники от скукиСвистом держат птицу на весу.Кони спотыкаются лихие,Как бутылки, хлопает стрельба,Птичьи гнезда и сучки сухиеОбирает поверху судьба.— Ой, березы вы мои, березы,Вы мои пречистые ручьи,Расступитесь и омойте слезы,Расплетите косыньки мои,Приоденьте корнем и корою,Положите на свою кровать,Помешайте злобе и разбоюРуки мои белые отнять!
Дриада
Я говорю:
Чем стала ты, сестра моя дриада,В гостеприимном городском раю?Кто отнял дикую вольность твою?Где же твои крыла, пленница сада?
Дриада говорит:
Ножницы в рощу принесла досада,И зависть выдала, в каком краюСкрывалась я. Ты видишь — я стою,Лира немая, музыке не рада.Не называй меня сестрой своей,Не выйду я из выгнутых ветвей,Не перейду в твое хромое тело,Не обопрусь на твои костыли.Ты не глотнешь от моего удела —Жить памятью о праздниках земли.