Чтение онлайн

— Так скоро покидаете нас, ваша светлость? — издевается откуда-то этот ублюдок Паркер.

Позже я наложу на него какую-нибудь ужасную мерзость. Прямо сейчас я беру Мэйвен за другую руку, пока она продолжает притворяться, что все в порядке. Я знаю, что она не хочет казаться слабой перед здешними послушниками, что мудро, но знать, что ей больно, чертовски ужасно.

— Дыши. У тебя отлично получается, Подснежник, — нежно шепчет Эверетт.

Странно, насколько он мягок с ней, хотя всегда был таким ледяным придурком.

Как только мы скрываемся из виду из Большого Зала, Мэйвен покачивается, задыхаясь и сильнее хватаясь за грудь.

— Черт, — выдыхает она срывающимся голосом. — Что-то не так. Другое. Я…

У нее подкашиваются ноги, но Бэйлфайр внезапно оказывается рядом, чтобы подхватить ее на руки. Он спешит к гостевому коттеджу, прижимая ее к себе, как драгоценный груз, которым она и является, пока мы следуем за ним.

— У Крипта будет готово лекарство, — обещаю я, открывая дверь и затем запирая ее за нами. Ранее я дал инкубу пробник из своей новой партии — той, которую она, будем надеяться, сможет принимать перорально, на случай если нас застанут врасплох именно так.

Лицо Мэйвен искажено агонией, она качает головой, когда Бэйлфайр осторожно опускает ее на кровать.

— Ч-что-то, блядь, не так, — она снова задыхается.

Появляется Крипт и подносит флакон к её губам, выглядя таким же измученным, как и все мы, из-за того, что видит нашу могущественную хранительницу в таком состоянии.

— Вот, любимая. Открой для меня…

Мэйвен внезапно расслабляется, ее глаза закрываются. В то же время что-то так чертовски болезненно сжимается в моей груди, что я вскрикиваю. Эверетт делает то же самое, прислоняясь к стене и хватаясь за сердце, морщась.

Мое зрение затуманивается, когда боль расцветает в моей груди, а затем леденящий душу глубокий голос грохочет в моем сознании через связь.

— В какую игру ты играешь, дочь моя? Ты начинаешь испытывать мое терпение. Я чувствую перемену в тенях внутри тебя. Ты становишься сильнее, но как?

— Сайлас? Снежинка? Черт! — ругается Бэйлфайр, пытаясь вывести меня из этого транса.

Ужасное ощущение наполняет меня, когда я слышу откуда-то издалека леденящие душу крики. Хор людей в агонии, и особенно одна женщина, выкрикивающая имя Мэйвен.

— Я даю тебе пять дней до того, как твоя следующая цель должна пасть. Подведи меня, и они погибнут и будут съедены.

Я, наконец, могу вздохнуть, когда тянущее чувство исчезает, хотя ужас и боль остаются в моей груди, сжимая мое бешено колотящееся сердце, как тисками.

Я понимаю, что прислонен к стене, покрытый каплями холодного пота. Эверетт так же потрясен, как и я.

Мэйвен все еще недоступна. Исчезла.

Крипта и Бэйлфайра нигде не видно. Если бы мне пришлось делать смелые предположения, я бы рискнул сказать, что дракон-оборотень снова потерял самообладание, увидев свою пару в таком состоянии.

На данный момент я, черт возьми, его не виню.

Я ругаюсь и потираю лицо, подходя к Мэйвен, чтобы пощупать ее руку. Она замерзшая и бледная, ее волосы в темном беспорядке обрамляют лицо, и она по-прежнему не дышит.

Эверетт тихо бормочет молитву Гален, богине жизни и исцеления. Когда он обращается ко мне, его голос звучит глухо.

— Это была Сущность.

Я осторожно проверяю пульс Мэйвен. Его по-прежнему нет.

— Как она и говорила, он угрожает ей, — бормочу я, гнев медленно вытесняет затаенный страх.

Рев дракона откуда-то издалека за пределами коттеджа ненадолго привлекает наше внимание, прежде чем Крипт со стоном появляется снова и плюхается на один из стульев в столовой. Он покрыт ожогами, которые быстро заживают, так как его одежда слегка дымится.

— Как она? — хрипло спрашивает он, пристально глядя на Мэйвен.

— Время на исходе. — Я потираю лицо.

Он ругается. — Я это чертовски ненавижу.

— Как и все мы, — бормочет Эверетт. Затем он пригвождает нас взглядом. — У Мэйвен свои планы. Она целеустремленная и делает все возможное, чтобы довести дело до конца, но прямо сейчас она делает это сама. Что мы для нее сделали, кроме того, что ходили за ней по пятам и старались, чтобы нас не убили?

— Очень мало, — соглашаюсь я, сердито глядя в окно. — Она больше не борется с нами, но делает все необходимое для своего плана совершенно самостоятельно. Если бы мы только могли внести свой вклад, что угодно…

Мы все обдумываем это, пока Крипт не склоняет голову.

— Предположим, Мэйвен преуспеет, и людям в Нэтэре удастся пробиться на этот план существования. Я предполагаю, что у нашей умной хранительницы есть подробный план, как помочь им выбраться из ада, но что тогда?

Эверетт хмурится. — Появление такого количества людей из ниоткуда вызовет массовую истерию, особенно потому, что это считалось невозможным. Средства массовой информации будут свирепствовать, человеческое правительство будет в смятении… и знаете что? Возможно, в этот мир проникнут не только люди. Чем слабее становится Граница, тем больше теневых демонов вырывается наружу.

— Людям из Нэтэра нужно будет куда-то идти, не говоря уже о припасах и лечении. Зная, как мало мы знаем об их жизни там, можно с уверенностью предположить, что они будут в ужасном состоянии, — размышляю я, бросая на Фроста долгий взгляд. — Если бы только мы знали кого-нибудь с глубокими карманами и теневыми связями, кто мог бы профинансировать соответствующую помощь для подготовки к их прибытию.

Он медленно кивает, размышляя. — Хотя, это будет занозой в заднице, если мои связи не будут разжигать слухи.

— Предоставь это мне, — мрачно улыбается Крипт. — Удивительно, какими неразговорчивыми становятся люди, когда на кону их рассудок.

Мы все снова замолкаем на мгновение, обдумывая это новое занятие.

— Когда все закончится — когда люди будут в безопасности, а Мэйвен выполнит свою клятву на крови… — Эверетт вздыхает. — Что произойдет, если она не выполнит свое предназначение как ревенант?

Этот вопрос тоже не давал мне покоя. Судя по необычно мрачному выражению лица Крипта и тому, как Эверетт не может перестать закатывать и расправлять один из своих рукавов, мы все в равной степени боимся ответа, которого она нам не дала.

Мы такое угрюмое трио, что я вздрагиваю, когда Мэйвен заговаривает.

— Боги. Вы, ребята, выглядите так, словно кто-то умер или что-то в этом роде, — шутит она.

Крипт немедленно подходит к кровати, заключая ее в объятия. Она смотрит на меня через его плечо, выглядя измученной.