Изродок
Шрифт:
– А пушек?
– Что?
– Ну, я как Мюнхаузен, на ядре.
– Не хочешь говорить - не надо. Садись. Разговор долгим будет.
– Нет! На долгий нет времени. Дел по горло. И вы мне должны помочь.
– Чем могу… Но сначала: как ты узнал о том логове?
– Стэп намекнул, а я потом вычислил. Да и знал я об этих шахтах.
– И решил там спасти детей из гарнизона?
– Да. А почему нет? Если вам чужие дети до фени, то…
– Но-но-но, обличитель. Ты многого не знаешь. Ты ничего не знаешь!
– Я знаю, что вы виноваты в гибели детей! Элиты! Собрали их вместе и…
– Да… И - катастрофа… Но… Я почему тебя позвал? Там тоже ни одного тела. И в тех двух рейсах, на которых ты летал. И вот теперь. В чем дело?
– Я не знаю. Но узнаю обязательно.
– Но они… не погибли?
– По крайней мере, в тех двух рейсах я видел всех пассажиров спасшимися. Своими глазами видел. " И не только глазами, и не только видел" - мысленно дополнил Максим, вспомнив жаркие объятия в океанской воде.
– Это вселяет надежду.
– Я обязательно все это раскопаю. Но зачем это теперь, если вот - вот…
– Скажи, а о других берлогах ты не знаешь?
– Ну, только понаслышке. Кто-то подводную лодку купил, кто-то в космос собирается…
– Собирался.
– Передумали?
– Да нет… Просто…ну, нельзя пока в космос на любительском уровне. Катастрофа на старте. Но не об этом. Ты больше никого в эти убежища не занарядил?
– Нет. Как-то не задумывался. Нет, если бы воочию увидел, то возможно, и додумался бы. А что? Вы сами места перераспределили?
– Ну, не додумался, и слава Богу. Вот, в основном, и все.
– Мне кажется, что далеко не все. Как я понял, вы решили дождаться, когда вся эта шушера забьется по своим норам, а затем их всех рвануть? И ради этого вся эта шумиха насчет конца света? Но дети тогда зачем?
– Не совсем так. Рванет обязательно… Чуть позже. А до этого мы действительно всякую мразь… Чтобы потом не мешала восстанавливать мир.
– Кому и с кем восстанавливать? Вам, элите с выжившим "быдлом"?
– Ты очень плохо о нас думаешь, Максим. Мы должны спасти очень многих. А обеспечить средствами к существованию - вообще всех, кто спасется. И чтобы нам не помешали эти делки, придется идти на жесткие меры. Большего сказать не могу. Но ты и так понял, правда?
– То есть норка Степы…
– Да, это действительно норка по сравнению с нашими масштабами.
– И вам удалось держать это в тайне?
– Иногда мы организовывали утечку информации в отношении всех этих "свихнувшихся миллионеров". Будто бы это только их норы. А еще грядет час "Х". Вот-вот. Он наступит и пройдет. И ничего не случится… Для обычных людей. А через недельку, когда действительно припрет, организуем что-то типа учений. Под лозунгом: "Все это оказалось бредом, а если бы нет?" И тихо-мирно вывезем всех куда следует.
– Всех? Вы сказали "всех"?
– Всех, кого можем. Но поверь, это очень - очень много. А кого не сможем… ну, сам понимаешь.
– Да - а - а, лихо. Чем теперь могу помочь?
– Постарайся раскопать эту историю с детьми. Гарантирую любую помощь. За ту катастрофу многие заплатили и головами и должностями.
– А вы?
– Я тогда за это направление не отвечал. Ты же знаешь, я на этой должности недавно. Ты не представляешь, как эти ребята охранялись. И все равно… Чертовщина какая-то… Что тебе надо?
– Все, что есть на Серого.
– Это на которого?
– На того самого. Ну,давайте же по честному.
– Хорошо. Что еще?
– В автомобиле, который тогда ворвался на аэродром, когда…
– Понял.
– Там должна была остаться флэшка. По-моему, я ее еще держал в руках, когда ехал, а когда прыгнул на шасси…
– Держи, - протянул флэшку генерал.
– Кстати, запись очень интересная. И мадам эта нам очень знакома.
– Сведения о ней?
– Держи, - подвинул генерал к Максиму папку.
– Еще сведения вот об этом номере, - вспомнил Максим и эту наводку покойного Николая Николаевича.
– Сделаем. Еще?
– Все. Спасибо. Теперь какую бы комнатку с компом. Почитать и флэшку посмотреть. И мобильник.
– Сейчас предоставим. А материалы по авиакатастрофе?
– Спасибо, не надо. А как Света себя чувствует?
– Это тебе спасибо. Спас. Врачи говорят, - однозначно на поправку. Да и по голосу слышал. И вот получил. Смотри.
Счастливый отец вывел на один из мониторов фотографию улыбающейся во все свои тридцать два зубика Светланы. Она действительно неправдоподобно быстро похорошела. "Ну, еще бы… После купания с Эйором" - нахмурился Максим и протянул фотографию назад.
– Что? Поцапались? Да, характерец у нее матушкин. И сейчас прорезается. Хотя… неравнодушна она к тебе. Так, словно невзначай спросила, куда ты рванул, не попрощавшись. Но это личное. Вот появится в пятницу, приходи к нам домой, пообщаемся.
– А вы что, после совещания не сразу… туда?
– Я же тебе, кажется, объяснил. Утечка дезы. Кабинет готов. Сколько тебе надо времени? Впрочем, неважно. Вот, держи. Наша разработка. Секретит и кодирует, - протянул хозяин сотовик.
– Когда закончишь, заходи, поделись мыслями. А это - оденься, - забрал генерал у вошедшего адъютанта и тоже протянул Максиму комплект гражданской одежды.
– Найдешь детей - произведем в офицеры. А пока ты… внештатный сотрудник.
– Мне в этом удобнее. Не так в глаза бросается. Спасибо.
В небольшом угловом кабинетике в другом конце коридора Максим снял накидку и быстро переоделся в чистую сухую одежду. "Надолго ли?" - пробурчал он. Затем запустил комп, и пока тот пробуждался, взялся за папку. "Хм, хитрец. Какой мол, "Серый" тебя интересует? Да вот, именно этот, о котором и вы, господа-товарищи написали "Серый".
Максим быстро перелистал довольно пухлую папку. Замер, переваривая информацию. Чертыхнулся. Быстро вставил флэшку. Посмотрел запись. Вскочил, рванулся к выходу, промчался сквозь дверь. Вернулся, опять чертыхаясь, оделся. Схватил вторую папку с досье о " "мадам". Набрал номер Алены. Послушал гудки. Вновь кинулся к двери, метнулся назад, к компу, выдрал флэшку, кинул на пол, раздавил презентованным полуботинком и покинул, наконец, кабинет.
– Сведения по телефону!
– ворвался он к министру.
– Вот, - протянул тот листок.
– Да в чем дело? На тебе лица нет!
– Это на некоторых других его скоро не будет!
– пообещал Максим, читая новые сведения.
– Этого и следовало ожидать! Спасибо!
– спохватился он и, развернувшись, кинулся из кабинета.
– Да куда же ты?
– Я позвоню! Очень скоро позвоню!
Не встречая преград, юноша выскочил из мрачного здания, на секунду тормознул, озираясь и собираясь с мыслями.