Чтение онлайн

— Я выполнил супружеский долг. Займусь делами… — стремительно покинул комнату, оставив жрицу один на один с шоком.

Тронув онемевшие губы, Кларисс сглотнула. Магия внутри всколыхнулась приятным согревающим теплом, что побуждал открыться…

Схватив тарелку с едой, она запустила её в стену.

Протяжный звон разбившегося стекла приятно порадовал мисс Мувиа. Он же насторожил фамильяра, появившегося на грохот. Грузно подползя к учинённому беспорядку, бочковатая нежить тяжело уселась на пол. Лапой повозила яичницу, обнюхала остатки овощного салата, поиграла белым сколом тарелки, оглядела стену, украшенную съестными потёками. Издала булькающий звук и, упав на брюхо, мгновенно заснула.

Звякнув цепью, Кларисс подтянула ноги к груди. Она устала от собственных эмоций. Перетекания от безмятежности до вулканической фееричности столь стремительные, даже голова кружилась. И фамильяры добавляли неуверенности. В этом доме их четверо. Сильные маги и с двумя еле справлялись, а её мужлан контролировал на порядок больше.

«Кто он? — появился первый проблеск интереса. — Магический потенциал явно немалый. Лучше поостеречься, прощупать почву, а потом действовать, — приняла она решение. Хотя толку? Без своих перчаток на людей повлиять не может, только и хватает сил разные ситуации для себя проигрывать, постоянно приходя к выводу, что от избранного Зовом не избавиться».

Медленно тянулись дни.

Прошла неделя, миновала вторая.

Вольг продолжал держать свою пару на цепи, правда поставил рядом с нею кровать и столик для съестного. Чтобы не думала Кларисс, после его поцелуя переставшая бунтовать против еды, подлинным садистом он не был и оставлял её на привязи не без причины. Когда уходил, за девушкой присматривали иномирцы: по очереди или скопом.

Пузато-одутловатый фамильяр вызывал у пленницы страх. Рождал он стойкое ощущение, что грехи всей империи легли на её хрупкие плечи. Пернатая наоборот воодушевляла и мир казался не таким унылым. Правда однажды, поняв клёкот птички, жрица моргнула и попятилась. Не иначе заточение вылилось в сумасшествие!

Крайка всплеснула крыльями и издала странный трескучий звук, осознав, что, наконец, пробилась в разум недужной.

— Заработал! Заработал! — вещала пернатая. — Она нас понимает! — И добавляла неодобрительно: — Хозяин единение неправильно провёл, затянул освоение. Меня зовут Крайка, — представилась, — вестница ветра.

А затем озвучила имена и ранги остальных, не особо дружелюбно взирающих на жрицу. Не искали они с нею общения.

Пузатому было лень.

Огненная думала так: «Недалёкая чужачка, раздражающе пассивная. Нет бы хозяина на колени поставить, а она сиднем сидит!»

«Недоразвитая…» — опустила жрицу эфемерная бесплотность, для которой люди «одной плоскости» — ущербные. Мисс ладно не предприняла попыток освободиться, всё равно бы не вышло. А разговорить хозяина? А понять его? Только и может что приказывать, однобокая!

В чём бесплотная была права, пленница не смогла бы освободиться. Кларисс пыталась. Погружая цепь в иллюзию, она рассматривала разные варианты её снять или разрушить. Пятьдесят две попытки доказали, что без дозволения своей «пары» — не видать ей свободы. Гонор скрывал бессилие. Руки опускались от обращения избранного, а так же угнетали бездействие и изоляция.

В Храме Амунаи жриц учили услужливости, поведению с клиентом один на один. Раньше она выполняла все предписания. Отчего же не смела применить навыки к избранному? Язык не поворачивался его умасливать, просительно молить об освобождении и равноправных отношениях. Не желала она сближаться, даже если на кону собственная свобода. Кларисс была уверена, что стоит сдать позиции и ситуация только осложнится. Почему? Она не могла себе ответить. Просто чувствовала, так и будет.

Заметив в магическом кругу Соли Офью, Алия моргнула. Фэр Арже начал её пугать. Какие разум и силы в нём крылись? Что двигало и куда? Такие задатки глупо списывать со счетов, умиляясь прозорливостью ребёнка.

«Он, правда, подросток?»

Призрачная прабабушка Розалии парила внутри сдерживающей пентаграммы над лишившим сил известняковым полом. Суровая в своей непоколебимости, она посмотрела на мальчишку и произнесла:

— Вернулись, молодой человек? И мисс Сейт прихватили?

— Вам на радость, — парировал парень, заметавшись по тоннелю и лёгкими прикосновениями пальцев активировав до этого незримые символы на стенах.

— Защита? — спросила Алия.

Парень явно боялся дядю, хотя пришёл за нею в ту пещеру. Странный подросток. Противоречивый. И почему-то к ней расположенный.

— Никаких внешних «глаз», — охотно кинул Фэр.

С нею он общался открыто и дружелюбно, тогда как с призрачной говорил отрывисто. Маневрировал между светским приличием и грубостью. Ходил по краю, судя по недоброму огоньку в глазах посмертной Офью.

Потерев зачесавшуюся шею, Алия спросила:

— Зачем из пещеры выкрал? Ты же хотел, чтобы мы с герцогом сошлись, — напомнила о его собственном наущении о принятии любви и предопределённости.

— Рано.

— Рано? — она удивилась и сложила руки на груди. Неприятная односложность.

Закончив с защитой, подросток обернулся. Уже привычно оправил манжет левого рукава, который, задравшись, оголил часть какой-то надписи, нанесённой алыми чернилами.

— У вас разобщение, — с серьёзным выражением лица пояснил Фэр. Не иначе собрался прочитать очередную лекцию на тему взаимоотношений и их правильного урегулирования. — В обычной ситуации, ничего страшного. Но в захудалой партии без кардинальных мер не обойтись. Мой так называемый дядя ищет доступных недужных, что с душою покалеченной каким страданием. Повезло, что вы с герцогом единение прошли, иначе к Кларисс присоединились. Дяде и Сарж го Садоху не нужен товар с магической меткой единения душ. Пусть связь пока слабая, но усилившись, она к вам герцога приведёт хоть из-под земли.

— Значит, наша общность заставила его очнуться и так он меня нашёл… — протянула Алия, невольно поёжившись при упоминании Кларисс. Ужасная смерть.

— Ваша связь сейчас нестабильна. Так я смог… — он щёлкнул пальцами, имитируя перемещение. — И, конечно, неоценима помощь господина Рока.

Что Прядильщик во всём замешан, на взгляд Алии, не внушало оптимизма. Тот наверняка знал, что она — не Розалия. Поэтому либо свои интересы преследовал, либо продолжал некую партию Скелии Офью.

«Знать бы в полной мере, что та задумала…»

— А цель? — попыталась девушка хоть что-нибудь разузнать через подростка.

— Обучение.

— Чему? — в один голос удивились Алия и Соли Офью.

Фэр оправил манжет левого рукава, стиснул и отпустил своё запястье. Казалось, ему больно. Хотя угловатое лицо оставалось привычно бесстрастным.

— Я могу за короткое время усилить дар недужной, — произнёс ровно.

— То есть ты сам… — встрепенулась призрачная.

— Нет. — Он снова стиснул и отпустил запястье. — Я могу усилить дар недужной, но только Офью.