К черту психолога!
Шрифт:
— Тебе пора спать. — безапелляционно заявляю, и отвожу слабо сопротивляющуюся сестру в её комнату. Укладываю в кровать, а потом долго сижу под её дверью, сам не знаю зачем.
Утром, точнее, ближе к обеду, Лена с опухшими, как у жабы глазами появляется на кухне.
— И так, братец, пока я здесь, ты будешь меня развлекать. И отвлекать. — раньше, я бы покивал головой и отправился по своим делам, но сейчас мне и самому нужно отвлечься, потому что руки то и дело тянутся к телефону. Безумно хочется набрать номер Яны и просто услышать тоненький голосок.
Поэтому следующую неделю, я неотрывно приглядываю за сестрой. Знакомлю с новыми друзьями, вожу в кино, и каждый вечер утираю сопли.
В один из таких вечеров, мне позвонил отец и сообщил, что его знакомые нашли дядю Марковой. Сообщил, что говнюк проходит курс психотерапии и страшно раскаивается в содеянном, потому что жизнь наказала его сама. Отец наотрез отказался давать адрес этого урода и велел не вмешиваться в это дело. А я не сдержался и послал его, куда подальше! Все, что касается Яны — мое дело!
Поднял уже своих знакомых, с просьбой достать информацию.
Внутри все кипело от негодования. Отец в своём репертуаре! Вроде, и помог, но все равно, все должно быть так, как он считает нужным!
После разговора с братом однокурсника — крутейшим хакером в стране, на душе стало легче, потому что тот пообещал найти «бедолагу» быстро и точно.
Уселся на диван, уставившись на экран мобильника. Пролистал телефонную книгу до имени Марковой и замер над кнопкой вызова. Набрать её номер казалось — жизненной необходимостью. «Лишите меня воздуха, но дайте услышать её.»
Именно в этот момент, в гостиную выплыла Лена. В коротких шортах и с боевым раскрасом. Такой я её видел впервые.
— Ты куда вырядилась? — не удержался от вопроса, всем видом демонстрируя удивление. За разговорами по телефону, я попросту не заметил, как плачущее существо, преобразилось в красивую девушку.
— Решила хватит ныть. Пойду в клуб! Танцевать! — сетрица кружится, демонтсрируя наряд, который я и так успел оценить, как доспехи «для панели».
— С ума сошла? Какой клуб? Тебя там съедят!
— А может, мне того и надо? — игриво улыбается плутовка, и я понимаю, что не могу отпустить сестру одну.
— Подожди. Сейчас переоденусь. Одна ты не пойдешь.
Лена оживленно кивает, в знак согласия, и только я понимаю, что именно этого она и добивалась.
Компания, собравшаяся за нашим столиком ничуть не скрашивала моих внутренних терзаний. Поэтому я молча сидел и выполнял лишь одну функцию- приглядывать за Ленкой, опустошающей коктейльные бокалы один за другим.
— Хочу танцевать! — наконец, заявила она, и попыталась утащить меня с собой. Но я, разумеется, отказался. Сестрица обиженно фыркнула и пошла на танцпол в гордом одиночестве, потому что никто из нашей компании не хотел идти на переполненный танцпол.
Когда увидел Яну, подходящую к нам, рядом с Леной, подпрыгнул от радости, как щенок, завидевший хозяйку, после долгой разлуки. Сам удивился своей реакции. Но радость сменилась злостью и непониманием, стоило только заметить, топающего за хрупкой спиной Марковой дружка.
Счастливо улыбаясь, Яна присаживается на край дивана, обводит взглядом всех присутствующих и на секунду замирает, встретившись со мной глазами. Улыбка тает на её губах, сменяясь печалью.
Что это, нахрен, значит?! Яна делает вид, что не знакома со мной.
Притащила сюда своего «Станиславского», цепляется за его грабли крепкой хваткой прямо на моих глазах ещё и разыгрывает обиженку. Или это значит, что она сделала выбор?
Я намеренно не звонил ей все это время. Не искал встреч. Хотел дать ей время.
Возможно, это было ошибкой, потому что любящие люди должны поддерживать друг друга в сложные моменты. Но я решил, что мое присутствие в её жизни сейчас только собьет её с верного пути. А она, не долго думая, бросилась в объятия менее принципиального парня.
Сколько раз в день я хотел ей позвонить?! Десять?! Сто?! Наверное, не меньше тысячи. Но я держался. Держался потому что понимал, что наше общение для неё — препятствие. Приятное и тягучее, как сладкий мед, но мешающее собрать себя в кучу.
— Ты привела девушку, в которую я влюблен… с другим парнем. Примешь в клуб брошенок? — сообщаю сестре, обнимающей меня за плечи и та удивленно вскидывает брови, заливисто смеясь. Конечно, ей смешно. Потому что раньше на её памяти, меня не бросали. А я не влюблялся.
Яна подпрыгивает со своего места, как на пружинках и вылетает из вип зоны. Естественно, за ней привязывается и Стас. Провожаю их взглядом, с трудом сдерживая порыв догнать.
— И чего ты сидишь?! Думаешь, сидя на жопе ровно, можно что-то изменить?! — Ленка ударяет меня кулаком по руке, пытаясь привести в чувства.
— Все сложно…
— Ничего не сложно! Я видела, как она смотрит на тебя! Она ведь не знает, что мы родственники?! Представь, что творится в её голове? — внутри все холодеет от этих слов. Если я отлично знал об отношениях Яны и её друга с первого дня нашего знакомства, то в её голове сейчас, наверняка произошел взрыв непонимания. Не стоит исключать и того варианта, что эти двое пришли сюда, как друзья. Дружба длиною в жизнь — это крепкая связь, и никто не в праве рушить её из ревности. Даже, если очень хочется.
Не помню, как вышел к танцполу, как нашел её, плавно извивающуюся, совсем не в такт музыки. В голове пульсировала лишь одна мысль: «найти, забрать, объясниться»
Прошу о разговоре, но Яна упрямо машет головой, продолжая пританцовывать. Пытается выглядеть равнодушной, но в глазах вижу отчаяние. Именно оно заставляет меня перекинуть хрупкое тело через плечо. Как пещерный человек тащу свою добычу. Не в свою пещеру, к сожалению.
Но тихое местечко здесь имеется, туда и направился. Яна возмущается и смачным шлепком опаляет мой зад. Даже не подозревая, как это действует на мое либидо. Крепче сжимаю упругую попу, с трудом сдерживая порыв отшлепать негодницу на прямо здесь.
Занёс свою ношу в кабинет друга, поставил на ноги.
Глаза Марковой сверкнули гневом, когда попытался поправить платье, оголившее соблазнительные бедра.
Яна явно настроена враждебно. И я это понимаю, учитывая картину, представшую перед ней, но все равно не могу удержаться от ревностных упреков по поводу её появления здесь да еще и в компании этого смазливого сморчка.
— Это всегда был он. Ты же знал. — печально заявляет Маркова, а я теряю почву из-под ног, понимая, каким кретином я был, когда бросил её один на один со своими проблемами. Карие глаза смотрят прямо. Без страха и сомнения. Значит, все, что было между нами — просто желание убежать от чувств к лучшему другу- кретину?