Чтение онлайн

«Да, да, еще, крепче, еще глубже! Какая сладкая боль!» — Она заглянула ему в глаза, — «Любимая! И как она хорошеет, прямо на глазах! Не только губы, но и щеки у нее стали розовые» — наклоняется над ним, ниже, ниже, сейчас они сольются…

С диким ревом ужасный черно-синий монстр напал на них. Схватил его любовь за ее чудесные волосы, оторвал ее и отшвырнул в сторону, — «убить его! Уничтожить!»

Николя с трудом приподнял отяжелевшую вдруг руку, оперся о землю, попробовал встать, почему то не смог. Рядом с ним с диким ревом темно-синий монстр кромсает его любимую ножом. Николя всхлипнул — скорее от страха, чем от боли. Почему то ныла шея острой, колючей, дергающей болью, и вся грудь горела, словно в огне, почему он весь мокрый и липкий? Голова у Николя, оглушенного нападением монстра, кружилась; перед глазами то и дело плыл отвратительный, болезненный туман, он с трудом поднял камень, изо всех сил, с всхлипом, ударил синего монстра, кажется попал, монстр зарычал, взмахнул огромной когтистой лапой, Николя отлетел в сторону, больно ударился о дерево, он положил руку на дерево, вцепился пальцами в зеленую кору — земля, последнее прибежище, уходила из-под ног, Николя со стоном сполз на землю, мир вокруг него потускнел…

…Эссейл знал, что там, у озера, его ждет нечто ужасное — древнее зло, гораздо более древнее, чем эти горы и долина. Над темной водой клубился плотный белый туман; сквозь его матовую завесу пробивался необычный белый солнечный свет. Отвратительная, ящероподобная тварь с хлюпаньем присосалась к полубессознательному Николя, Эссейл видел, что по его голой груди нескончаемым потоком текла кровь. Монстр запустил свои щупальца очень глубоко, присосался к мужчине, словно жадный паразит. Дракатон с ревом налетел на монстра. Он кромсает тварь ножом, он покрыт вонючей слизью. Сильный удар в живот заставил его согнуться от боли; пальцы скользнули вниз по волосатой груди противника. Следующий удар со стороны камнем по голове — взмах рукой, по чему-то попал, еще один удар сбил его с ног, и он покатился по пологому склону в сторону озера.

Острая боль полоснула его по лодыжке, — «тварь кусачая» — вслепую удар ножом, пронзительный визг, Эссейл почувствовал, что его противник обмяк. Он оттолкнул вонючее тело ногами. Лег на землю, подышал. Надо идти, нет времени…

— Что ты с ним сделал? — Женский визг больно ударил по ушам, Эссейл поморщился, правая нога дракатона была сплошной раной — рваные брюки на ней висели оборванными клочками. Эссейл хрипло, тяжело дышал. Окровавленный, бледный Николя висел на дракатоне, еле передвигая заплетающие ноги,

— Эссейл, что произошло? — спросил Мейз, лицо которого сохраняло встревоженное выражение, и внезапно окутывающий туман беспокойства на мгновение расступился. Сквозь него проступило что-то ужасное — блестящее металлическое лицо страха.

— Срочно уходим, — напряженным голосом приказал дракатон, — на него напала тварь из тумана, он…

— Не думаешь ли ты, урод… — Начал было Заррот, но тут кто-то пронзительно закричал в стороне. Неужели в человеческих легких может хватить воздуха на такой долгий пронзительный крик?

— Не-е-е-т-а-а-а-а! Нет! А-а-а-а! Мертва-а-а-а-а! А-а-а-а-а!

Гомон возбужденных голосов, крики, вопросы — все смолкло. Лица студентов вдруг стали бледными и какими-то плоскими, словно двухмерными.

— О, боги, о, боги, о, боги… — забормотала Ганна, взъерошив рыжие волосы обеими руками.

Неожиданно крик оборвался, словно его отрезало…

Они бежали прочь от страшного озера, ужасного тумана, тяжело дыша, жадно хватая жаркий, сухой воздух пересохшими ртами. Они потеряли троих в ужасной долине — ребята так и не нашли Кая и Глена в лагере — молодые маги не до конца понимали что происходит, но всей кожей ощущали — это что-то страшное и непонятное, черного цвета. Джеймс и Драйт поддерживали с двух сторон еле живого, дрожащего в ознобе от потери крови Николя. Оставшиеся в живых постоянно думали о павших и тревожные, яркие воспоминания о страшной сцене у озера, всплывали в их сознании — какой они нашли Нетту — зловонное и кровавое месиво.

Значит Нетта не предавалась игривой любви! Значит ее там кто-то… Долго и со вкусом поглощал… Совсем недалеко от них! Эта мысль ударяла по обнаженным нервам, заставляла ускориться — сколько она там стонала — тридцать минут, дольше, совсем рядом и никто ничего не заметил! — «Это мог быть я, на ее месте! Хотя конечно, несомненно я не такой болван, чтобы позволить кому то сожрать меня и даже не пискнуть на помощь!»

Наставникам не пришлось гнать вперед уставших, перепуганных студентов — им отнюдь не хотелось разделить печальную участь погибших товарищей. Шатаясь, оскальзываясь на мокрой траве, они уходили прочь от озера; страх, казалось, придавал им свежие силы. Туман теперь стал еще гуще, деревьев не было видно, сильный запах лилий сшибал с ног, идти поначалу пришлось вслепую, как в молоке, только по хрусту гравия определяя дорогу, потом чуть прояснилось — они начали подъем на склон.

“Беги, беги, не смотри туда…» — Не пересилив себя, Айрин оглянулась на бегу, чтобы посмотреть назад, — и тут же громко вскрикнула, пораженная тем, что увидела, споткнулась и чуть не полетела вниз с крутого склона, сбив с ног того, кто карабкался за ней следом. Дракатон, бледный, с провалившимися глазами, поддержал ее вовремя.

— Не оглядывайся назад. Смотри только вперед.

Но девушка, казалось, не расслышала его слов. Айрин зажмурилась, мурашки пошли у нее по спине. Она застыла, как изваяние, глядя вдаль: Туман высоко поднялся над водой, медленно растекался. Неспокойная поверхность озера светилась ядовитым, зеленоватым темным сиянием. В полном безветрии, над рябристыми волнами то здесь, то там поднимались вверх невысокие фонтанчики, разбрызгивающие далеко вокруг себя пенящуюся, бурлящую воду. А на самой середине озера из глубины медленно поднимались какие-то фигуры, словно многорукие утопленники всплывали из мутной зелени.

— Айрин, любимая моя, вперед, не останавливайся, — Она не издала ни звука, только недоумевающе посмотрела на Эссейла, словно никак не могла понять, чьи пальцы вцепились в ее руку чуть пониже плеча. Кивнула, двинулись дальше.

В тумане не было слышно ни звука, только осыпались иногда мелкие камни под их ногами — «может никто нас и не преследует, а вдруг это всего лишь природное явление странной долины!» Никто не останавливается. Через жуткую тишину пробиваются глухие звуки — вот застонал Николя, рядом тяжело дышит Мелинда, непрерывным речетативом что-то монотонно бубнит Вереса. И вдруг неподалеку, в непроглядной белесой мути, ребята стали различать какое-то многочисленное бульканье и мягкий шорох. Они отшатнулись, сбивая друг друга, двинулись дальше, бульканье стало явственнее.

— Что это? — Сердце Айрин колотилось, как молоток;

— Что там? — спросил Кейст, замерев на несколько секунд.

— Я что-то чувствую, везде, вокруг, — сказал, задыхаясь, Драйт. Худой, чрезвычайно высокий менталист, казалось, впервые потерял свое знаменитое хладнокровие, — я чувствую зло!

Всматриваясь в сумрачный туман внизу, они не заметили ни малейшего движения, не услышали ни шороха, ни шелеста, ни звука осторожных шагов.

— Я видел что-то впереди, — ответил ему Моррис. — Какую-то фигуру. Призрак.

— Какого хрена ты всякую чепуху мелешь? — Закричал Мейз. — Что это было? Человек? Зверь?

— Ни то, ни другое, — ответил взволнованный голос. — Призрак. Я клянусь, что видел, как он показался — и тут же исчез, растаял прямо передо мной.

— Ты впадаешь в слабоумие, Моррис. — Процедил Заррот. Вперед. Надо выйти из этой проклятой долины, без магии я чувствую себя, как беззащитный младенец.

Они пошли дальше, но вскоре им снова пришлось затаиться в кустах. На этот раз их остановил впередиидущий Нед. У него побежали мурашки по коже при виде колышущейся завесы тумана, медленно плывущей над землей, меж деревьев всего в нескольких шагах от того места, где они сейчас находились. Эта вязкая, молочно-белая дымка, наплывающая на них, заставила его насторожиться, попятиться. Он вздрогнул, услышав вопль, раздавшийся совсем рядом.

Мужчины подняли свои мечи, приготовились…

— Божественный запах, — пробормотал вдруг Дрон чуть слышно, один из самых тихих студентов, маг-ветрянник дышал медленно, глубоко, как во сне, губы его расщепляла чуть напряженная улыбка. — Я слышу прекрасную музыку, меня кто-то зовет, пойду проверю. — Он уже было шагнул вперед, когда он почувствовал тяжелую руку Эссейла на своем плече:

— Плохая идея, мальчик, ты останешься со мной…

— Боги, я только что видела их там! — насмерть перепуганная Лиззи показывала рукой на траву прямо перед собой. — Целый выводок! Змеи! Они скрылись из виду, словно растаяли.