Чтение онлайн

– Еще чего?!- Татьяна близко к сердцу принимала его задания.- Какие еще отношения?

– Кто к кому как относится.

– Ну и напиши,- но он думал уже об этом и возразил:

– Хорошо бы. Да не разбежишься... Напишу, как к Петьке Рябову отношусь, а он прочтет и мне ума врежет.

– А у тебя кулаков нет - сдачи ему дать?

– Есть... Но у него сильнее.

– Ладно.- Мать не любила длинных речей и еще более - долгих размышлений.- Будет день, будет и пища. Дадут сочинение писать, тогда и будешь думать... Мне только покажешь, что ты там из жизни своей выбрал... Проводи его, Ген.

– Чай, сам дорогу найдет,- сказал Геннадий.- Я ему в конвоиры не нанимался.

– Сказали: что видишь, то и пиши,- пожаловался Коля, но они не обратили на его слова должного внимания, и он, поколебавшись, вышел - а только привыкать стал к блестящей компании...

– Преподают, гляжу, по-новому,- сказала мать, когда он ушел.- Нас арифметике учили - числа складывать.

– Это Кузьма Андреич экспериментирует,- сказал Иван Александрович.-Таланты ищет.

– Какие могут быть таланты? На гармошке если только играть да на пуговицах бабьих? Правда, Ген?..- Ей наскучили гости, и она перекинулась к своему угловатому и шероховатому возлюбленному.- Есть у тебя таланты?

– Чего-чего, а это найдется.- Геннадий, польщенный ее предпочтением, обнял ее за плечи, но это не мешало ему коситься украдкой на Ирину Сергеевну...

При расставании Татьяна снова оживилась и заулыбалась.

– Хорошо, что пришли. Посидели, языки почесали. Может, не так что - так вы не обессудьте: сойдет для первого разу. Привыкнуть нужно друг к другу, притереться... Пошли, значит?..- Она еще раз, на прощанье, обвела лукавым взором собравшуюся в путь бездомную парочку.- Уходят зачем-то. Здесь разве плохо?.. Куда идете хоть?

– Куда господь бог пошлет, да куда кривая выведет,- сказал Иван Александрович.

– Тут на бога надежда маленькая!- засмеялась она.- Черта, скорей, звать надо... Если не найдете ничего, сюда возвращайтесь. Дом большой - места хватит... Однако, где-то вы все-таки устроитесь, думаю. Ирина Сергевна часто теперь по вечерам отлучается.

– Не знаю, где она шастает,- лицемерно сказал Иван Александрович и мельком осмотрелся, оценивая возможности Татьянина крова.- У вас нельзя. Дети.

– И вообще не дом свиданий,- ввернул Геннадий, который, хоть и был снова как бы согласен с ним, но влепил отчетливую дерзость. Иван Александрович хмыкнул от неожиданности, Ирина Сергеевна потупилась, Татьяна накинулась на сожителя:

– А ты тут при чем?!. Кто так с гостями прощается?! Тоже мне - хозяин нашелся!..- Геннадий осекся и озлился, и ей, только что смягчившей его грубость, пришлось сглаживать собственную:- Разве можно так?! Всех гостей моих разгонишь! Медведь какой! И ведь парень незлой, добрый!..- но Геннадий, запомнивший ей слова про хозяина, был занят в эту минуту не этим: в сенях, в шубе и в кружевной косой шали - как яхта под белым парусом, стояла недосягаемая и желанная Ирина Сергеевна. Она нашла себе иную гавань и была готова к немедленному отплытию, а он, испытывая жар любовной лихорадки, терзался ревностью и накипал новой, до того ему неизвестной, только что обретенной злостью. Она ушла с главным врачом, даже не глянув в его сторону, и он и это запомнил. (Один вовремя не поздоровался, другая не попрощалась такие пустяки и решают судьбы человечества.)

Иван Александрович и Ирина Сергеевна вышли на улицу. Фонари не горели, но они знали здесь каждый метр дороги, каждую тропинку - да зимой и выбора меньше: знай иди себе по накатанному...

– Зачем ты так с ним говорил?- упрекнула она.

– Это он мне дерзил, не я ему... Как я разговаривал?

– Свысока... Ума большого для этого не надо. Так ведут себя, когда хотят от себя отвадить.

Он подумал вслух:

– Так оно, наверно, и было... Зачем он мне?.. Народ ушлый. И ей палец в рот не клади, и с ним рядом не сядешь...

Он посмотрел на нее сбоку. Ирина Сергеевна была задумчива и не слишком счастлива. Правда, она не стеснялась больше возможных очевидцев, будто бы наблюдавших за ней из окон, чтоб разнести затем новость по поселку: привыкла или притерпелась к своему двусмысленному положению - но другая забота бередила ее душу.

– Из-за меня хоть бы постарался,- сказала она.- Ты ж в гостях у меня был... Больше ходить не к кому...

– Это верно,- вынужден был признать он.- В приличные дома нас с тобой не пустят...- но и здесь нашел отдушину:- Одно утешение, что там не лучше. Здесь до драки чуть дело не дошло, а там скука смертная.

– Что ж: на свете интересных людей нет?- не поверила Ирина Сергеевна: она ведь была много его моложе.

– Вот мы с тобой интересные и есть - других не надо... Понюхай лучше, какой воздух свежий. Легкие будто прочистило.

– У тебя трудности с дыханием?..

Но в воздухе, действительно, произошли с утра какие-то подвижки и перемены. По-видимому, атлантические массы перекинулись через Урал и принесли с собой ростки будущего времени года: кругом ничего не изменилось, снег лежал теми же сугробами, что накануне, но в воздухе была та первая сыринка, с которой начинается капель весны и ее ручьи, и само половодье...

– И правда, водой запахло... Лето скоро... Куда отдыхать поедешь?

Он не понял коварства, таившегося в простом вопросе: делался беспечен и глуп от вина - как и многие другие тоже.

– Не знаю еще... Может, в Прибалтику... Хочу тебя на свое место поставить - на время отпуска.

Ее мгновенно разобрала досада.

– И приказ уже составил? Благодарю за оказанное доверие... Эх, Иван, не будь я такой однолюбкой, не ходила бы за тобой как на привязи, давно бы тебя бросила.

– Что так?

– За твои ляпсусы!.. Не понимаешь?.. Любимая женщина спрашивает его, как он летний отпуск провести думает, а он ее на свое место ставит!.. Зачем оно мне? Мне на своем хорошо.

До него дошло наконец.

– Извини. У меня от самогона мозги мутятся. Надо было водку с собой взять... Может, с тобой еще куда-нибудь поедем...

– И этого мог не говорить. Это еще хуже... Давай кончим этот разговор пока совсем не переругались... Куда мы идем с тобой?

– Во флигель - куда еще?

– В санпропускник этот?..- заколебалась она, но только из приличия: такое окончание вечеринки подразумевалось само собою.

Но когда они крадучись, в обход дошли до флигеля, оказалось, что ни он, ни она не взяли с собой ключа от входной двери.

– На тумбочке оставил... Вот, черт!.. Но у тебя ж свой был: специально делали?- досадовал он, ища по привычке виноватого среди подчиненных.

– Зачем он мне, когда мой кавалер рядом?.. Я связку выложила, она мне карман оттягивает, шубу портит. От дома только есть.

– Туда идти? Там Геннадий... Может, окна открытыми оставили?..- но окна и форточки тоже были заперты: Таисия славилась своей памятливостью и осторожностью.